Длинные ножи - Ирвин Уэлш

Теперь, как и ему, Тоулу еще предстоит исправлять нанесенный себе вред.

Может, такая уж у нас судьба. Не за что, Аманда.

Эпилог

На следующий день в лучах слабого солнца Рэй Леннокс стоит возле тюрьмы Сатон, дрожа на холодном утреннем ветру. Ему пришлось постараться, чтобы Джейн Мелвилл организовала еще один последний визит. Он сказал ей, что официально числится в полиции до следующего месяца. Это его последний шанс выжать из Кондитера еще несколько имен пропавших девушек. Ему не пришлось говорить, что среди них могла быть и Ребекка: это было само собой. Встретив его на парковке, она говорит:

– Давай только без насилия в стиле Гиллмана.

– Нет, конечно, – отвечает Леннокс. – Я совсем не такой.

Он смотрит на суровое здание, гадая, посетит ли когда-нибудь снова это место. Надеется, что никогда, особенно если учесть, что в худшем случае это будет в качестве заключенного.

Когда он добирается до камеры, Кондитер читает "Нэшнл Джиографик". Он кладет журнал, увидев его.

– Леннокс...

– Мне будет не хватать наших бесед, — говорит Рэй Леннокс, упиваясь озадаченным взглядом Кондитера. – Должен сказать, я действительно немного расстроен тем, что меня вытеснил твой биограф. Хотя это теперь уже не моя проблема.

– Это еще почему?

– Я в отпуске, уже подал заявление на увольнение, – весело говорит Леннокс. – Эта игра в полицию больше не для меня. А тебе, вероятно, придется поискать другого биографа. Я вообще-то не люблю, когда меня пытаются убрать в сторону.

Кондитер выглядит обеспокоенным: что-то такое есть в голосе и взгляде его старого врага. Заключенный собирается заговорить, когда голова Рэя Леннокса врезается ему в лицо. Он не попадает Кондитеру в нос, но чувствует, как передние зубы того ломаются, царапая ему лоб, и их кровь смешивается. Затем Леннокс набрасывается на него и молча и расчетливо бьет его головой об пол.

Он останавливается только тогда, когда понимает, что сквозь панические, задыхающиеся хрипы Кондитер называет имена и места, которые, как он знает, могут спасти его жизнь. Приходя в себя, Леннокс прекращает избиение. Он встает, спокойный, даже не сбив дыхания, и наблюдает, как Кондитер корчится на холодном полу камеры, как застигнутый ливнем дождевой червяк. Достав свой "iPhone", он включает режим записи, чтобы записать жалкий монолог детоубийцы.

Убедившись, что у него есть все, что ему нужно, Леннокс смотрит на избитого Кондитера, у которого хватает наглости поднять на него глаза, в которых сквозь страх просвечивает ненависть.

– Не жалей о потере своего биографа, – говорит он близорукому бывшему государственному служащему. – Он тебя все равно наебывал, ты, тупой ублюдок. Ты только детей и можешь обижать, а в мире взрослых ты никто, – и он ногой бьет Кондитера по лицу с такой силой, что с очередными брызгами крови вылетают два зуба.

Затем он выходит из камеры, потирая содранные руки и кивая Ронни Макартуру, который заглядывает внутрь и замечает:

– Похоже, этот пидор упал.

– Стыд и раскаяние, Ронни, – говорит Леннокс. – так их мучают, что они на ногах не стоят.

Он выходит из тюрьмы и направляется на парковку, где его ждет Джейн Мелвилл. Ронни ей уже на радостях написал сообщение о том, что произошло в камере. Но она не восприняла эту новость с той радостью, которую проявил уходящий на пенсию тюремный надзиратель.

– Ты действительно думаешь, что лучше таких, как Гиллман?

– Да, – решительно говорит Леннокс, чувствуя вину за обман.

Но Джейн нелегко убедить.

– Тогда скажи, пожалуйста, как ты, бля, пришел к такому выводу.

– Потому что я постоянно терзаюсь мыслью, что, возможно, это не так. Это все, что у меня осталось. Не забирай хотя бы последнее, – просит Леннокс. Затем он проводит рукой по волосам. – Я узнал еще несколько имен... Мне жаль, но Ребекки среди них нет.

Джейн с мгновение смотрит на него и кивает, потом поворачивается и уходит.

Он садится в "Альфа-Ромео" и едет в два разных места, где забирает блокноты Кондитера. Первое находится на утесах близ Колдингема, недалеко от того места, где было найдено тело Бритни Хэмил. Ему приходится брести по щиколотку в воде к дальней части пустынной бухты, где он находит желтый блокнот в пакете на молнии, спрятанном за большим камнем. Второе место расположено на старом кладбище, к которому примыкает заброшенная железнодорожная сеть северного Эдинбурга. В стиле Кондитера, блокнот спрятан под упавшим надгробием с надписью:

ГРЕГОР ЭНДРЮ ЛЕННОКС

1922–1978

Насколько Ленноксу известно, они не родственники. Он долго возится, пока не удается отодвинуть камень и просунуть руку в образовавшееся пространство, чтобы вытащить пакет.

Со своей мрачной добычей, охватывающей пятнадцать лет его работы, Рэй Леннокс направляется в почтовое отделение в Кэнонмиллс.

Он стоит в очереди, наблюдая, как пожилые люди – "осколки доцифровой эпохи", как называет их Маккоркел, – получают свои пенсии. Он держит в руках два желтых блокнота. Настала пора отпустить. Он отправляет один блокнот Аманде Драммонд, а второй – Дуги Гиллману. Потом с телефона он отправляет электронное письмо:

 

Кому: [email protected]; [email protected]

От: [email protected]

Тема: Шоколадка

Я вам обоим отправил по маленькому подарку. Если вы их сложите вместе, сможете разгадать большую тайну. Вы оба совершите такое открытие, которое сделает из вас настоящих звезд полицейской работы. Но вам придется работать вместе и вести себя прилично.

Может, это станет началом прекрасной дружбы. Не ссорьтесь.

С любовью,

Рэймонд

 

Ты только что лишил Драммонд возможности уволить Гиллмана. Ясное дело, что этот козел тебя даже не поблагодарит.

Выйдя на улицу, с чувством выполненного долга он смотрит в витрину магазина, разглядывая грубую щетину на лице. У него закончились лезвия, но в последний раз, когда он ходил их покупать, он вернулся с упаковкой из шести бутылок "Стеллы" и поллитровкой "Смирнофф".

За спиной у него раздается резкий гудок автомобиля.

Ну, сейчас кто-то у меня дождется...

Хуже того, он видит, что этот кто-то ездит на "БМВ". Леннокс не знает, что ему делать: гудок явно предназначался ему, так как на улице больше никого. Потом водитель прекращает его страдания, выйдя из машины.

Джордж Марсден снимает свои очки-хамелеоны.

– Конечно, ты знаешь, что иногда нужно прислушиваться к дружескому совету. Садись в машину.

– Куда мы поедем?

– На южное побережье.

Леннокс улыбается, заслоняя глаза от слабого осеннего солнца.

– Я серьезно, – говорит Джордж. – Поехали, сам все увидишь. Если понравится, будешь работать со мной. Иначе ты здесь насмерть упьешься.

– А почему ты думаешь, что я там насмерть не упьюсь?

– О, ты, безусловно, так и сделаешь, – ухмыляется Джордж, открывая переднюю пассажирскую дверь. – но, надеюсь, это будет происходить немного медленнее!

Рэй Леннокс откидывает голову назад и смеется. А что, пока отложить написание завещания – неплохая идея.

Он садится в