Остаться человеком - Карлаген

и вонючем, есть капля древней крови. Занимаясь каннибализмом, я хоть и не стал старше по Родословной, но смог полноценно развить своё тело. Гниль же пожрала десятки, а то и сотни гоблинов забрав жизнь, плоть, кровь и Родословную. Похоже это и позволило монстру стать сильнее, и возможно подобный способ сделает сильнее меня.

К счастью, племя не развалилось пока нас не было. Всё же четыре дня ушедшие на дорогу недостаточно большой срок. Детки прогрызли загон всего пару раз, одному мелкому отгрызли пару пальцев... В остальном тишь, гладь да божья благодать. Всегда бы так!

***

Я медленно выжигал на дереве гоблинские цифры. Колдуны и Шаманы гоблинов всегда основными хранителями знаний, но также письменность и цифры должны были знать Старейшины и Вожди. Старейшина у меня всего один - Гряв, вождь - Жмых Большой. Со временем ситуация изменится, но настало время заложить фундамент будущей культуры.

Сперва я сделал шаблон основных цифр для себя. То, как записывали числа гоблины, на удивление оказалось не самой ужасной системой счисления. Вначале цифры гоблинов напоминали римские: один - одна палочка, два - две палочки, три - три палочки. Дальше начинались различия: четыре - четыре палочки, пять - четыре зачеркнутых палочки. Понятно и примитивно, числа от одного до четырёх назывались "пальцами", число пять звали "пятюней". Из четырех "пятюней" складывалось "копьё" или же стрелочка направленная вверх, образовывая тем самым число двадцать. Всё логично: на руках десять пальцев, на ногах десять пальцев, их обладатель может носить с собой копьё. Из пяти копий образовывалась "пятюня" копий или же сотня нормальным языком. Тут правда был нюанс, кроме "пятюни копий" сотню обозначала цифра "женщина" - нечто напоминающее "W" с сильно скруглёнными концами, тем самым напоминая рисунок попы или груди... Сейчас это даже заставило задуматься, не было ли у гоблинам ещё попаданцев? Тех же англичан или американцев, слишком число "женщина" напоминала первую букву слова "woman". Эта цифра также имело свою логику: "Женщина родит сотню - женщина - сотня". Четыре пятерки копий образовывали число "Дом" или стоянка или логово племени - цифру четыреста. Пять "домов" образовывали "гору" , причудливую загогулину, напоминающую два треугольника нарисованные одной линией, иногда эту цифру изображали похожей на каплю. "Гора" - это две тысячи. Так что можно сказать прямо - у гоблинов всего шесть цифр, и их более менее хватает для счета и записи чисел.

Мой мозг склонный больше к естественным наукам, чем к математике искренне радовало, то что несмотря на необычные цифры у гоблинов десятичная система счисления. Всё могло бы быть куда хуже, будь у них двоичный код или что похуже. И главное, хорошо, что несмотря на заумную письменность, колдуны не перемудрили с системой счёта. Само собой мне были привычнее бы родные, арабские цифры, но даже сейчас наличие чего-то подобного сделало многое проще.

Большой Жмых мог использовать только "пятюни", уверенно считал до двадцати, но после возникали сложности. Гряв же знал все цифры вплоть до горы, умел считать и записывать свои расчеты. Читать и писать не умели оба, и мне предстояло обучить обоих этой науке. Это будет долго, очень долго. Соблазн обучить всех арабским цифрам я отбросил сразу. Может они удобнее и практичнее, но у моего народа есть своя собственная культура, в которой они должны разбираться, а не плодить противоречия. Сначала обучу их тому что есть, потом можно медленно будет реформировать цифры и письменность.

Уроки удавалось проводить время от времени, и хотя Гряв был куда старше, обучать его было в разы проще чем вождя.

Меня занятого своими мыслями неожиданно обняла Ткачиха, нет Мия, одна из моих жён... Забавная выходила история, девушке семнадцать, мне ментально за тридцать, физически же моему телу двенадцать странно всё это и не нормально, особенно учитывая, что условно для девушки это второй брак и второй ребенок. Мне стало неуютно, и мерзко от себя самого.

- Ты... такой хороший, почему мы не встретились раньше? - Я чувствовал как девушка плачет. На душе было по настоящему гладко. У меня гарем из жертв насилия. И они... Они что любят меня?! Я только отношусь к ним лучше - по-человечески насколько возможно. И что уже Стокгольмский синдром?! В такие моменты начинаешь понимать различных скопцов и правителей создающих евнухов. Но люди не гоблины! С некоторым трудом я переборол волну самобичевания и тут же мой разум захлестнула дикая, всепоглощающая ярость, ещё немного, и я начну рвать эту девушку на части. Она. Смогла. Подойти. Незаметно. Смогла незаметно!

Усилием воли я едва смог подавить это желание. Спустя десяток стуков сердца я начал успокаиваться и нежно погладил Мию по руке, стараясь не касаться её нежной кожи своими когтями.

- Среди гоблинов - возможно, но как человека меня вряд-ли можно назвать хорошим.

- Ухыр, ты не прав. Даже как человек... Ты был бы лучше многих. - Я тихо хмыкнул, чувствуя, что совершенно не согласен с этим утверждением.

- Я не человек, а серокожая плотоядная тварь, Мия. И даже если я добр, разве это меняет основной факт? - Девушка слегка поёжилась.

- Муж мой, ты ведь не знаешь, как я попала в рабство к твоим собратьям? Дозволь рассказать.

- Дозволяю.

- Отца за полгода до этих событий задрал медведь. Осталась я, мать и сестра. "Добрые" люди нас приютили, заботились, а потом к селению подошёл твой отец. Он был не один, и явно приходил уже не первый раз. За день до его прихода нас опоили. Я очнулась тогда, когда нас уже уносили гоблины. Мать отправили в грязный "зверинец". Мне и сестре вшили волосы в пятки. Сестра заболела и не пережила этого. Мне же досталась честь быть в гареме этой твари. Вот и вся моя история, Ухыр.

- Мой отец знал язык людей? - Этот факт удивлял. Это значило, что не все гоблины, как Ырук, хорошо это или плохо - другой вопрос.

- О да, говорил на нём куда грязнее тебя, но его речь можно было понять, а сам он понимал даже слишком много. Муж мой, понимаешь ли ты, чем меня удивляешь?

- Я слишком добрый?

- Да, для гоблина ты просто воплощение добродетели, при этом умудряешься выживать.

- Даже среди гоблинов, есть хорошие люди.

- Возможно, но ты для меня лучший. Ухыр, я должна тебе кое-что рассказать...

- Я чувствую, что ты в положении. - Услышав