Поход клюнутого - Сергей Чичин

— Пироги, мнэээээ… благодарствую, мне еще рано обедать, да и у виконта с пищеварением непорядок — постоянно откусывает больше, чем сможет проглотить.

— А я б посоревновался на пирогах, — запальчиво возразил виконт Эйблман, но оценил пилорамные бингхамовы габариты и добавил кисло, — но с графом, не с Вами, сударь.

— Таки чо, я победил? Разойдись, я завожу лосей на палубу.

— Погодите, погодите, любезный, — граф спешно вскинул руки, преграждая путь. — Давайте лучше посоревнуемся, у кого больше колен славных предков!

— А лучше — у кого больше влиятельных знакомых, — подхватил виконт. — Но, должен предупредить, это надолго, я один могу перечислять их неделю!

— Господа, мне б отплыть уже! — взвыл капитан, в отчаянии оглядываясь на кораблик. — У меня ж рыба сгниет!

— Капитан, вы будете ждать нас столько, сколько придется, если хотите и впредь заниматься речным извозом по торговым надобностям! Так я начинаю перечисление?

— Прекратите задирать нос, Эйблман, не такая уж Вы и важная птица, и отнюдь не каждый, кто покупал у Вас перец, узнает Вас, даже встретив в чистом поле!

— Если Вы имеете в виду Вашего приснопамятного батюшку, так он небось и Вас, граф, не узнает, то-то смеются над этой развалиной по всему королевству.

— Мой батюшка здоровье положил на алтарь отечества!

— Ну да, как же, всем ведом его титанический труд — собрание любовной переписки трехсотлетней давности между принцем и капитаном гвардии.

— Опа-нате, — озадачился Бинго и нервно передернулся. — Вот так потрешься в высшем обществе — такого наслушаешься, что не уснешь потом, о всяком думая. Слушайте, судари, давайте просто штаны снимем и шлангами померяемся?

Торгрим тем временем покинул седло, добрался вперевалку до капитана и поманил его перстом за груду ящиков. Капитан принюхался не без брезгливости, но последовал за дварфом, ибо смотреть на препирающихся без слез уже не мог.

— Что-то Вас, барон, все на простонародные ужимки тянет. Где, говорите, Ваши владения? Велики ли?

— Хо-хо, Шекхет, готов поспорить, что отнюдь невелики! По крайней мере в них не нашлось ни умелого кузнеца, чтобы соорудить милому барону железный доспех, ни приличного зубодера, дабы вставить золотые фиксы!

— Га-га-га! А может, у барона просто нет золота?

— Ух-ух-ух! Жжете, дорогой граф!

— Да чота у вас я тоже ни золотых зубов, ни железных доспехов не вижу, — обиделся Бинго. — И ваще я это… это я… я сейчас!

Он соскочил с седла, снял с луки обе свои доспешные перчатки и с обеих рук запустил их в физиономии собеседникам.

— Не хотели как лучше, будет как всегда. Подходи по одному!

— А!

— Э!

— Помилосердствуйте, барон!..

— Ладно, ладно, не нойте. Подходите оба сразу. Вы правы, так быстрее, не то начнете и тут очереди делить, вовсе никто никуда не уплывет.

— Но пааазвольте!

— Это, однако, ни в какие ворота!..

— Даже мой благородный папенька…

За спинами стремительно теряющих лицо аристократов из-за ящиков выглянули дварф и капитан. Торгрим отчаянно замахал руками, призывая Бинго на палубу, и потащил за собой пони, а капитан с видимым удовольствием защелкнул крышку перешедшего в его руки сломанного компаса из башни мага, заправил его в глубокий карман и махнул полуголым детинам на палубе — мол, готовьтесь к отплытию.

— Долго ждать мне недосуг, — предупредил Бинго, демонстративно возлагая лапу на рукоять чудовищного прузенского меча, что торчал у седла мрачным могильным символом. — Или вы это… как там она… думаете, что я не зарублю вас безоружных?

— Нас?

— Нас?!

— Барон, Вы воистину из диких краев! Причем тут мы?! Сейчас подойдет мой турнирный боец Руперт, обыкновенно выставляемый на двобой вместо меня…

— Эйблман, Вы все еще доверяете отстаивать свою честь этому пьянице? Мой Годфрид запросто уложит его после того, как разделается с бароном.

— Может быть, Руперт и прикладывается к фляге чаще других, Шекхет, зато он не бросает похотливых взглядов на жену своего хозяина!

— Не суйте свой нос в чужой вопрос, виконт! Я не потерплю гнусных инсинуаций ни в адрес моей благороднейшей супруги, ни в адрес моего славного защитника!

— Охренеть, — обалдело пробурчал Бинго под нос. — Надо будет трижды подумать, прежде чем на благородное звание соглашаться. Эй, вы! Раз уж вы сами биться отказываетесь, то и заместо меня защитник выйдет. А поскольку мне ныне недосуг, найдете его в моем родовом замке Громовая Круча, что в Железных Горах. От Ущелья Злых Духов налево, постучать в ворота, спросить Громелона.

— И описать суть вопроса?

— Не надо описывать, он сам догадается. Ну, или не догадается, но все равно делать ничего не умеет, кроме как честь рода отстаивать. Посторонись!

— Позвольте, что Вы себе позволяете? Ваша распущенность и невоздержанность Вам чести не делают, и уж подавно никто не уступает Вам право плыть на корабле! Я пришел сюда первым, в конце концов!

— Может, Вы и добрались к пристани первым, Шекхет, но я первым увидел с пригорка следующий к пристани корабль!

— Оставьте, виконт, вы со своим выпивохой разве заметите что-то, помимо бутылки!

— Вы-то, граф, и того не заметите, у вас это фамильное!

На этой ноте Бинго совсем уж не выдержал — растолкал бушующее дворянство и поволок Рансера на палубу. Конь вздохнул, но пошел послушно — случалось ему с прежним хозяином и по рекам плавать. Славное было времечко, когда холили, лелеяли, кормили вкусненьким и в бою полагались как на равного.

— Капитан! Что он себе позволяет?!

— Капитан! Скажите барону!..

— Прощения прошу, милостивые государи, я уж их повезу, — капитан похлопал по карману. — Они, вопреки вам, заплатить не побрезговали, не единой честью их по реке прокатить подкупили.

— Заплатили?!

— Заплатили?!

— Барон, Вы низкий чело… даже не человек! Вы позорите дворянство, опускаясь до товарно-денежных отношений! Вы ставите себя вровень с этим торгашом Эйблманом!

— Да, барон, вы… Чтооооо?! С торгашом?! Да что ты себе позволяешь, ты, отродье архивной крысы?!

Бинго перекинул поводья Рансера ближайшему матросу и трусцой вернулся на пирс. От нарядных экипажей, что ожидали у обоих концов пристани, как раз увесисто трусили к месту скандала два крупных бугая в тяжелых доспехах, на ходу нахлобучивая шлемы и хватаясь за мечи.

— Ни дня без строчки, — пробубнил гоблин малопонятно, но с душой, подобрал из-под дворянских ног свои перчатки и метнулся к переминающимся в отдалении грузовым лошадкам.

Защитники поспели к посадочным мосткам очень вовремя — виконт и граф как раз перешли к активным действиям, вцепившись друг другу в воротники и принявшись неумело, но энергично толкаться пузами. Деловитый Торгрим гадливо поморщился, а вот тонкий душою Бинго зачарованно полюбовался, как они друг друга пихают по настилу туда и сюда, но долго эти танцы не продлились — защитники взревели, выдернули мечи и принялись ими метелить друг друга. Вот на это зрелище уставился уже Торгрим, а Бинго вспомнил, что такого добра видел богато, подхватил обеих лошадей под уздцы и в обход звенящих клинков поволок их к тендеру.