Карибский кризис. 50 лет спустя - Дмитрий Язов

– Сколько у нас оружия в Турции? – поинтересовался Дж. Кеннеди.

– У нас там ракеты «Юпитер», – задумчиво начал генерал Тэйлор.

Его перебил Макнамара:

– Около пятнадцати, насколько я помню. Есть также самолеты – носители ядерного оружия.

Затем речь зашла о ядерных боеголовках для советских ракет на Кубе. Есть или нет ядерное оружие на Кубе – никто из официальных лиц в Овальном кабинете президента США ответить не мог. Помощник Дж. Кеннеди по вопросам национальной безопасности Банди назвал этот аспект «блефом» со стороны Москвы.

Утреннее совещание у президента США в Овальном кабинете закончилось ничем: никаких решений принято не было. Необходимо было изучать проблему дальше – таково было общее резюме президента Джона Кеннеди.

Во второй половине дня 16 октября прошло несколько рабочих совещаний в военном ведомстве и Госдепартаменте США. Последняя встреча, на которой присутствовали фактически все высокопоставленные деятели США, завершилась в 23.00. В Вашингтоне шел процесс выработки предложений для представления президенту. В результате совещания министра обороны с членами Комитета начальников штабов вооруженных сил США были выработаны некоторые нормативы проведения авиационного удара, который рассматривался еще на утреннем заседании у президента в Белом доме. Макнамара доложил Кеннеди, что между принятием политического решения о нанесении авиационных ударов до практического осуществления этой операции необходим зазор в 24 часа. Для проведения авиационной операции ВВС США готовы обеспечить 700-1000 самолето-вылетов в день. Вся же воздушная операция, по словам генерала Тэйлора, могла бы продолжаться пять-шесть дней.

Под конец напряженного дня 16 октября в Белом доме задались и другим вопросом: а какой ущерб могут нанести советские наступательные вооружения на Кубе в случае их применения против США. Для многих политиков оказалось откровением заявление генерала Тэйлора о том, что США «очень уязвимы против обычных бомбовых ударов, особенно проводимых с малых высот в районе Флориды». Поясняя свою мысль, председатель Комитета начальников штабов заявил: «Вся наша система ПВО создана для противодействия с других направлений. У нас никогда не было ПВО от самолетов противника, летящих на малых высотах. Поэтому вполне возможно для самолета МиГ с обычным оружием на борту вторгнуться в наше воздушное пространство и нанести нам ущерб».

Итогом длительных обсуждений возможных действий США в ответ на размещение советских ракет на Кубе стало размежевание участников дискуссий на сторонников и противников военной акции. Министр обороны Р. Макнамара и председатель Комитета начальников штабов генерал М. Тэйлор, как ни странно, оказались в стане «голубей».

– Так вы против вторжения? – задал Тэйлору прямой вопрос Дж. Кеннеди.

Ответ генерала был однозначный:

– В данный момент – против.

– Господин президент, – вмешался в диалог Макнамара, – мне кажется, нам надо очень хорошо подумать о возможных последствиях военной акции с нашей стороны. Как отреагирует мир на это. Каким станет мир после такого шага.

Затянувшаяся дискуссия подошла к концу, однако у ее участников появилось больше вопросов, чем ответов. Все сошлись на том, что для принятия решения необходимы новые, более точные данные аэрофоторазведки.

Поздно вечером 18 октября 1962 года в ЦРУ США была подготовлена совершенно секретная справка «Объединенная оценка советской угрозы с территории Кубы», основанная на данных аэрофоторазведки, проведенной самолетами-шпионами 14, 15 и 17 октября, и на информации, полученной от американского шпиона в Москве Олега Пеньковского.

В справке отмечалось: «В западной части Кубы в двух позиционных районах развернут как минимум один советский полк, состоящий из 8 пусковых установок и 16 баллистических ракет средней дальности SS-4 с дальностью пуска 1020 миль». Эти мобильные ракетные комплексы «необходимо считать функционирующими», ракеты могут быть запущены через 18 часов после принятия решения об их запуске. Кроме того, как указывалось в справке ЦРУ, в районе Гаваны шло строительство позиционных районов для ракет, окончание возведения которых ожидалось в декабре 1962 года. Эти районы, по мнению американских экспертов, предназначались для баллистических ракет промежуточной дальности SS-5 с дальностью пуска 2200 миль и могли быть введены в строй к декабрю месяцу.

ЦРУ отмечало, что личный состав, обслуживающий выявленные ракетные позиции, был полностью советским. Никаких данных о наличии ядерного оружия в распоряжении американской разведки не было, однако, как указывалось в справке, «можно предположить, что на Кубе в настоящее время могут быть атомные боеголовки для поддержки наступательных возможностей ракет, как только закончится их полное развертывание». Вероятный вес ядерных боеприпасов оценивался в 3000 фунтов, а мощность – до нескольких мегатонн.

Вывод справки ЦРУ США гласил: «Советский Союз намерен превратить Кубу в важнейшую стратегическую базу, а не в символическую демонстрацию силы. Комбинация ракет с дальностью полета 1020 и 2200 морских миль представляет собой общую угрозу для США и большинства латиноамериканских государств».

На следующий день, 19 октября, для доклада военно-политическому руководству США в ЦРУ была подготовлена «Специальная национальная разведывательная оценка», получившая название «Советская реакция на некоторые варианты действий США в отношении Кубы». В ней в сжатом, концентрированном виде даны исходные соображения для принятия президентом США решения в создавшейся ситуации. Важнейшие положения этого документа гласили:

«Оценка

1. Главной целью военных приготовлений Советов на Кубе является демонстрация того, что мировой баланс сил сдвинулся в их пользу, что США отныне не смогут предотвратить продвижение наступательной мощи Советов даже в их собственном полушарии. В этом смысле, естественно, они ожидают, что их военные развертывания рано или поздно станут всем известными.

2. Существует вероятность того, что СССР устанавливает эти ракеты с целью использования их в процессе выторговывания уступок со стороны США в других регионах мира. Мы считаем это, однако, маловероятным. Открытый вывод советских ракет с Кубы может создать серьезные проблемы для отношений СССР с Кастро. Это может вызвать сомнения в твердости советских намерений защищать режим Кастро и, возможно, поставит под сомнения советские обязательства в других регионах мира.

3. Если США согласятся с развертыванием стратегических ракет на Кубе, Советы продолжат развертывание своих стратегических вооружений на Кубе. У нас нет данных для оценки уровня военных сил, который они намерены достичь, но уже сегодня ясно, что он превысит пределы символических возможностей…