Гиперанатоксин - Юрий Манаков

Основная масса простого степного народа, состоящая в подавляющем большинстве из воинов верхом на лошадях в полном вооружении, выстроилась плотным строем по обе стороны прохода шириной метров сто. Наша делегация торжественно двинулась по центру этого живого коридора, который растянулся почти на километр.

Минут через двадцать мы подошли к входу в очень большую лощину. В центре ее находилось ровное пространство по размеру футбольного поля, но более вытянутой формы. На входе и выходе из лощины стояли шатры. Атаманы расступились, а Некрисса и Карайя вышли вперед. Они повели меня и остальных жрецов к первому, ближайшему к нам, шатру. Некрисса забежал вперед и откинул матерчатый полог входной двери. Как только я вступил в помещение, пропустил вперед Карайю, проскользнул следом и занавесил вход в шатер. Все. Прибыли… Я в ловушке.

В центре шатра горел костер и почти незаметный дымок от него, вытягивало через отверстие в потолке. Вдоль стен разбросаны шкуры и подушки. В общем, весьма скромная обстановка. Я повернулся к своим адептам, уселся на подушку и приказал.

– Рассказывайте! - Некрисса сделал шаг вперед, поклонился и приступил к докладу.

– На праздник привели одиннадцать вороных жеребцов и восемь кобыл. Из одиннадцати коней - два жеребца и одна кобыла - необъезженные и опасные дикари. - Я покивал головой и спросил.

– Когда начнется праздник.

– Завтра с утра, Старший брат.

– Так, понятно, - и, обращаясь к Карайе, сообщил. - Четверо из одиннадцати готовят какую-то подлость. Что мне делать, когда я выведу их на чистую воду? - Моя персональная ведьма, не удивилась и спросила.

– Опиши, как они выглядят, Старший брат. - Я приступил к перечислению примет.

– Первый, как мне кажется, самый опасный - молодой сопляк с усами, но без бороды, на груди золотой умбон с изображением птицы… - Жрица остановила меня жестом и сообщила.

– Силук, Крепс, боевой вождь племени Степной Птицы. Выставил необъезженных - одного коня и кобылу. Хитрый и наглый. Очень опасен. Привел с собой ладонь и палец двойных ладоней клинков, готовых на все. - Я принял к сведению информацию и добавил.

– Кажется он слегка не в себе, - и повторил оригинальный жест Некриссы, помахав обеими руками у висков, затем продолжил. - Второй - старый пердун, лицо, как сморщенное яблоко, одет в шелковый красный халат, на поясе нет сабли… - Карайя кивнула и выдала.

– Лохматый Лунь, Крепс, шаман племени Серой Птицы. Выставил необъезженного вороного коня. Умный, опытный, Великий колдун. Опасен. Привел две ладони двойных ладоней клинков. В сложной ситуации поддержит вождя Степных Птиц.

– Третий - пожилой великан, в неполном, золоченом доспехе и железной шапке с бармицей, шрам на лице, вот тут, - и я провел пальцем по щеке и подбородку.

– Бешеный Волк. Талах. Боевой вождь племени Белых Псов. Выставил вороного коня. Будет драться сам. Лучший клинок Талахов… но не более того. Привел с собой ладонь двойных ладоней клинков отборных воинов. В одной из схваток, один зарубил двойную ладонь Крепсов. Прирожденный воин, но по жизни - глуповат. - Я коротко прокомментировал рассказ.

– Тэ-экс, - и продолжил. - Четвертый - старик, седые длинные волосы, того же цвета усы и борода. На груди умбон - два скрещенных клинка.

– Проклятый Орел. Крепс. Вождь племени Горного Барса. Выставил необъезженного вороного коня. Прямой потомок главного жреца храма Богов Света и Тьмы. Всю жизнь, также, как его дед и отец, готовился к празднику. Привел два пальца двойных ладоней клинков. Очень опасен. Готов на все. - Я вздохнул и подумал, что компашка подобралась еще та… Затем, обращаясь к Некриссе, спросил.

– Как будет происходить праздник? - и он приступил к рассказу.

– Завтра утром все, кто приехал, займут каждый свое место на склонах лощины. После этого вожди будут тянуть камни из шапки. Кто вытянет черный - начинает первым. Он занимает место с той стороны долины у коновязей. Коновязей две. К первой, привязывают оседланного вороного коня и, если она есть, то и кобылу. Рядом с кобылой развешивают белую кошму. Как только тень от штыря гномона достигнет черты, я даю команду ударить в гонг. Тогда нужно встать с кресла, подойти к коновязи и вывести вороного под узды на середину. Поединщик выедет на бой на своем коне сразу, как только окажется в седле Старший брат… и не раньше. Для победы в схватке - воина требуется ссадить с лошади, убить или просто завладеть его оружием. Если воин упадет с лошади, - он может просить разрешения продолжать схватку на земле. Это разрешение дает Старший Брат, но тогда бой будет продолжен в самом конце праздника, после завершения всех остальных схваток. Так уже бывало несколько раз… очень давно. В случае победы: вороного жеребца мы забираем себе и две ладони лет, жрецы храма будут иметь окончательное слово при решении всех важных дел племени. Если у коновязи стоит кобыла, то сигнал к началу по солнечным часам даст Карайя. Девушка расстелет белую кошму на земле и выведет вороную кобылу на центр. Как только ты вскочишь в седло, сядет на своего коня и она. Ее нужно сбросить на землю, затащить на кошму и испачкать белый мех кровью. - Я, с некоторой долей неловкости, спросил.

– Э-э, нужно испачкать кровью у всех на виду, - жрец кивнул.

– Да. - Я хмыкнул и подумал, что 'древние римляне были очень развратные люди, но до этого даже они не додумались. Шоу получится в лучших традициях 'продвинутой', западной, демократической поп-культуры. И на такое представление следует билеты продавать… очень дорогие. А эти степные соколы хотят на халяву. Придется им чего-нибудь эдакое учудить… чтобы жизнь медом не казалась.' - Я улыбнулся и задал Некриссе вопрос.

– А ты будешь свечку держать? - жрец юмора не понял и посмотрел на меня в недоумении. Я махнул рукой, дескать, проехали - не обращай внимания, и продолжил выяснение нюансов схватки на кошме. - А если у девицы, уже кто-нибудь пролил кровь раньше?

– Этого не может быть. Страшный позор для племени. - Жрец буквально задохнулся от негодования. Я скептически скривился и глубокомысленно проинформировал.

– Рано или поздно происходит все. И Силук, и Проклятый Орел - вполне способны подкинуть такую подлянку. Что мне тогда делать? - Карайя сделала шаг вперед, сверкнула своими дьявольскими глазами и прошипела.

– Все племя заслуживает смерти. Я обязана крикнуть - 'белая жена', а ты должен постараться вырезать всех воинов племени, имеющих оружие. В этом тебе помогут… Оставшихся в живых и трупы привяжут к хвостам лошадей и выпустят в степь. - Я кивнул и подумал 'как это у нее лихо получается - обязан вырезать всех. На всех у меня и рука махать устанет…' а в слух с удовлетворением сказал.