Перерождение (СИ) - Артур Прост

- Подышать свежим воздухом не хотите?

На секунду другую повисла пауза.

- А как же именинник? – озабоченно спросила она.

- Без него. Пока что без него, - уточнил Таш.

- Будет сложно, - задумалась Анна.

- Придется много потрудиться, - подметил Макс.

- Вы пройдитесь. Я, пожалуй, дома останусь, а вы уж сами там как-нибудь, - Анна прервала молчание.

- Ты как всегда меня бросаешь, - Максим поднялся на ноги, - я поделюсь с тобой, как было хорошо на прогулке.

- Боюсь я устану слушать, - Анна скрылась из окна.

Таш зашагал вперед, Максим рядом.

- Вечеринка для Каро остается в силе, - произнес Таш. – Нужно чтобы Аня помогла Сате с рисунками. Она что-то там планирует вместе с детьми.

- Женщины. И ты им доверяешь такую важную задачу как рисунки? – шутковал Макс.

- Думаю, они справятся…

- Да они краску израсходуют за два часа, - перебил Максим.

- Главное чтобы с фейерверком было все в порядке.

- Вот за это не беспокойся, - твердо заявил Макс. – У Ани в оранжерее все семена как на подбор и листочки исключительно сочные, - он закатил глаза, вспоминая дурманящий аромат белого напитка, называемого среди деревенских «фейерверк».

- Смотрите не переборщите, алхимики. У нас много времени и торопиться не стоит, - Таш осадил напирающий пыл Максима.

- Хорошо, шеф. Буду осторожен. Только вот Анне это не понравится.

- Что именно?

- Ей и так не хватает реагентов. А теперь видимо забором займемся мы сами?

- Придется. Во всяком случае, его нужно ослабить гораздо сильнее.

- Возни будет много.

Таш кивнул.

- А тебе пора за свою работу.

- Эх, сегодня дивный день, - громко вздохнул Максим, - легкие так и раскрываются. Жаль, только, солнца нет.

- Всему свое время.

- Слушай, - Максим огляделся, - прикроешь меня?

- Опять за свое? Вы же только помирились? – поразился Таш.

- Свежий воздух, первый весенний дождь.

- А я могу тебе помешать? – безразлично ответил староста.

- Тогда я пошел, - улыбка озорника украсила лицо Максима, и он юркнул в переулок между домами.

- Марии привет, - крикнул вслед Таш.

Максим обернулся, словно ошпаренный и зло посмотрел на старосту, на чьем лице сияла коварная ухмылочка. Таш проводил взглядом сутулую фигуру Максима до поворота. Староста был рад тому, как отреагировал Максим. Он всегда был легким на подъем. Был душой кампании среди друзей за забором, остался таким и здесь. Хотя его шуточки мало кто понимал. Но Максима не могла остановить такая незадача. Он был шутом и где-то на уровне второго я чувствовал, что в Деревне не хватает искры и ею он страстно желал быть. Он не был оптимистом и никогда не вдавался в пространные рассуждения о жизни. Он ее высмеивал, над ней подшучивал и выставлял полной дурой. Для Таша он был как радио, которое включалось само по себе и порой не знало когда выключиться. Некоторым подобная манера поведения казалось нелепой. В большинстве случаев так оно и было, но именно голос Максима, как ни чей другой мог звонко разрезать вдруг сгустившуюся пустоту.

Таш сразу приметил Максима, когда тот прибыл в Деревню. Слишком выпячивал этот молодец свою уникальность. Ему было страшно здесь, но свой страх он одел в яркие одежды из слов. Многим кто хорошо знал Максима казалось, что он как вечная батарейка полон энергии и готов улыбаться, шутить и смеяться всегда. Лишь Анне были известны все грустные тайны. О них знал и Каро. Он же первый и расхохотался над шуткой новичка Максима. Ташу же никогда не нравилась его клоунада. Но, за несколько лет он нашел ее полезной. Максим очень ловко разговаривал с персоналом лаборатории и находил общий язык с охраной. Эта способность стала решающей, когда Таш согласился с Каро и они посвятили его в тайну побега из Деревни.

Каро неоднократно использовал способность Максима отвлекать охрану. Несколько раз Макс вытягивал охранников из сторожки, давая возможность Каро использовать силу излучения для проверки своей теории об уязвимости датчиков слежения. В разных точках Деревни Каро проверял степень надежности системы по обнаружению излучения. Случались провалы и вместо уязвимости, Каро своими действиями поднимал тревогу, и охрана со всех ног бежала к месту излучения. Каро ловили и запирали в лаборатории на неделю. После того, как ученые убеждались, что это лишь непроизвольный выброс излучения они отпускали Каро обратно в Деревню. Так продолжалось несколько лет. Таш хорошо помнил то время. Когда услышав звук сирены и топот ботинок охраны, он выбегал на улицу и искал Каро. И сейчас он был как никогда уверен в том, что делает все правильно. Он завидовал Сате с ее способностью улавливать чужую энергию. Она могла почувствовать Каро. Ему же оставалось только думать о нем. И о том, что все делает правильно – как задумал Каро.

Из не оповещенных оставалась только Мария. Ей было 38 лет. В Деревне она живет уже девятый год. В план побега ее посвятил Каро на одном из занятий по энергетическому сдерживанию, которое он проводил вместе с Эльзой. Перерождение Марии находилось в самом расцвете, на седьмом этапе развития. Цвет бирки, как и у большинства диверсантов, была красный – она умела заряжать предметы электрическим потенциалом, а также лишать его. Сейчас к ней направляется Максим. Для большинства это был визит гуляки к своей любовнице. Эту легенду придумала девушка Максима. Охрана из чувства солидарности иногда даже прикрывала его, когда Анна стучала в дверь сторожки, требуя найти «этого козла». Такие выпады всегда были частью ширмы для отвода глаз от основного действия, разворачивавшегося почти рядом. За десятки лет жизни в Деревне, Каро знал повадки всех работающих здесь. Изменения в штате персонала резервации происходили редко. И Каро изящно ставил перед ними спектакли, напоминавшие обычное существование деревенских.

Таш был доволен. Решимость его друзей передавалась ему, и он чувствовал как наполняются силой его руки. Дыра в груди медленно затягивалась. Смотря в сторону лаборатории, он чувствовал, как дергается его сердце. Но он закрывал глаза и брал волю в кулак. На горизонте оставалась одна небольшая проблема – Кир. Он чувствовал в нем угрозу больше чем в охранниках и лаборантах.

Со стороны главной дороги послышался звук резкого торможения. Электромобиль резко свернул на улицу пятого круга. По сильному гулу двигателя было понятно: санитары сильно спешат и быстро приближаются. Таш направился навстречу к несущемуся автомобилю, который вскоре показался. Санитары пронеслись мимо старосты, и через два метра электромобиль остановился у его дома. Таш побежал в дом. Санитары ворвались внутрь и схватили спящего Кира. В дом вошел Таш.

- Что вы делаете?

- Приказ Кроберг: его и девчонку срочно в лабораторию, - проговорил один из санитаров.

Кир брыкался во сне. Он упирался ногами и вырывался. Он что-то бормотал. Санитары потрясли его и сильно ударили по лицу. «Кнут, не надо…», - вдруг выдал Кир и очнулся. Санитары поволокли его к машине. Таш через секунду сообразил, что санитары упомянули какую-то девочку.

- Кого еще? – кричал он им в след. – Что за девочка?

- 2245.Таня, - ответил санитар, разворачивая машину, после чего вдавил педаль газа и помчался в сторону главной дороги.

Таня жила на восьмом круге в 854 доме. Таш бежал по переулкам.  Зачем и почему он не знал, но что-то его тащило и тянуло к ее дому. Скоро до ушей донесся удаляющийся звук электромобиля. Таш сокращал расстояние, огибая дома. Послышался крик. Таш замер. Это был не детский, но женский голос. Санитары ворвались в дом к Тане. Совсем рядом раздавались детские голоса. Таш пошел на них. Между домов он увидел пробегающих детей, среди них была Таня.

- Эй! – раздался крик санитара.

Дети замерли.

- Ты, 2245 – иди сюда, - злобно приказал санитар.

Но Таня не подчинилась. Она оттолкнулась от ребят и побежала в противоположную сторону. Через дом Таня свернула в переулок и врезалась в старосту. Она закричала. Таш держал ее. Он присел и смотрел ей прямо в глаза.

- Послушай меня девочка. Не надо бежать. От них не убежишь, не сейчас. Будешь бежать, они все равно тебя поймают, и будет хуже, - Таш не крепко сжимал ее руки и смотрел на нее не как староста.

Он чувствовал, как дрожит ее маленькое тельце, как сопит нос, сильно вдыхая воздух. Несколько раз Таня порывалась дернуться и вырваться из цепких рук старосты. Но его взгляд останавливал ее. Он смотрел на нее иначе: Таш понимал ее и его голос, теплый и обволакивающий, усмирял ее взбесившийся нрав. Таня кивнула несколько раз и сделала шаг назад.

- Молодец. Теперь иди.

Таш отпустил Таню, и она спокойным шагом вышла из переулка. Санитар тяжелыми шагами, как паровоз пронесся мимо, схватив ее. Он свернул в переулок и вышел на восьмой круг. К нему подъехал санитар на электромобиле. Они уселись, и машина рванула в сторону главной дороги. Таш вышел из переулка и посмотрел в след удаляющейся Тане. В голове с новой силой обрушивались мысли о Каро. Таш сопел как турбина, разогреваясь от того, что он ничего не знает. Он проклинал себя за беспомощность и ненавидел все вокруг. Безликие дома, жителей с пустотой в глазах – все вызывало отвращение. Таш поморщился. На языке ощущался гадкий привкус. Сжав руки в кулаки, он нырнул в переулок.