Солнце полуночи - Стефани

Погруженный в свои мысли, я даже не сразу заметил, что мы приехали. Наверное, мое общество сейчас было не самым приятным. Белла вышла из машины и, радуясь погоде, сняла свитер, повязав его на пояс. Я сделал глубокий вдох и только сейчас понял, что всю дорогу даже не замечал аромат, наполнявший кабину. Аромат, который совсем недавно лишал меня способности мыслить здраво. Или я был слишком зол, или все не так плохо. С этой мыслью я хлопнул дверью пикапа, надеясь, что она не упадет к моим ногам.

Последовав примеру Беллы, я стянул свитер. Погода нас не подвела. Она идеально способствовала моим планам и, надо полагать, радовала уставшую от дождей и холода Беллу. Я чувствовал себя виноватым за ее испорченное настроение. Надо было исправлять ситуацию, а не стоять на месте.

- Нам сюда, - произнес я, глядя на стену леса, явно казавшуюся Белле непроходимой.

- По тропинке?

Я не ошибся — в указанном мной направлении она видела только дремучую чащу.

- Я говорил, что тут есть тропинка. Но я не говорил, что мы по ней пойдем.

В ее голосе смешались непонимание, удивление и страх. Это настолько умилило меня, что вся злость и раздраженность уступила место нежности.

- Со мной не потеряешься! - с улыбкой констатировал я, повернувшись к Белле.

Она, не отрываясь, смотрела на меня, но я не мог понять, что же выражает ее взгляд. А если учесть, как я себя вел по дороге...

- Хочешь вернуться домой?

Это же логично. И я ее понимаю.

- Нет.

Ее голос прозвучал тихо, но твердо. И как я мог забыть о ее упрямстве?

- Я человек неспортивный, хожу медленно. Тебе придется быть терпеливым.

Это все, что ее волнует? Мы можем преодолеть этот путь за несколько секунд, вот только мне не хочется пугать тебя еще больше, Белла... А терпения у меня хватит. Я был уверен, что волнует ее совсем другое. Именно то, что и должно волновать и пугать.

- Не волнуйся, домой я тебя отвезу.

А какие еще гарантии, кроме собственного обещания, я сейчас мог ей дать? Теперь только ей решать, что мы делаем дальше: я уже был согласен на любой вариант. Но Белла в очередной раз смогла удивить своим ответом:

- Если хочешь, чтобы до захода солнца я прошла по этим джунглям пять миль, то стартовать лучше прямо сейчас.

Не думаю, что Белла была со мной солидарна, но я наслаждался дорогой. Я радовался каждому мгновению, проведенному с ней наедине. Ее настроение становилось все лучше. Воспользовавшись моментом, я вновь вернулся к вопросам: наверное, я никогда не смогу утолить свое любопытство. Я с радостью встречал каждое препятствие на нашем пути, ведь тогда я мог подхватить Беллу на руки, ощутить ее тепло, вдохнуть ее аромат. Я с удовольствием не отпускал бы ее вообще. Конечно же, мне не стоило труда донести ее до места. Но как только преграда была преодолена, Белла стремилась продолжить путь самостоятельно. Хотя падений на этом пути было едва ли не столько же, сколько и шагов. Я всматривался в ее сосредоточенное лицо и не скрывал своего ликования, когда она улыбалась мне в ответ. Дорога заняла чуть больше двух часов, но я был согласен, чтобы она длилась еще столько же. Несмотря на улучшившееся настроение, Белла явно не разделяла этого желания. Я уже видел поляну — наш конечный пункт назначения. Для человеческих глаз она была еще слишком далеко, но просвет между деревьями выдавал ее. Я знал, что Белла сможет оценить красоту этого места. Я достаточно часто бывал здесь, но всегда один, ревностно охраняя поляну от чужих взоров. Я берег ее для Беллы. Но это было не единственное, что я обещал ей показать... Убедившись, что на оставшихся нескольких метрах Белле ничего не угрожает, я молниеносно переместился на самую границу тени и света. Один шаг — и я окажусь под яркими лучами солнца. Один шаг — и между нами станет на одну тайну меньше. Но как она воспримет то, что увидит? Я подождал, пока она оглядится по сторонам, заметит меня и успокоится, словил ее взгляд... а потом глубоко вдохнул, зажмурился и шагнул на залитую полуденным солнцем поляну.

Глава четырнадцатая

Открывать глаза не хотелось. Как выглядит моя кожа при солнечном свете, я и так отлично представлял: глыба льда — холодная, сияющая и бездушная. И даже если не было бы других отличий, уже одного этого с лихвой бы хватило, чтобы любой понял: мы не люди. Мы другие... Холодные, сияющие и бездушные. Я слышал, как участилось дыхание Беллы, когда она увидела меня в лучах солнца, но я не мог понять причину такой реакции, не мог услышать ее мысли. Я был готов бесконечно долго стоять вот так, замерев под открытым небом с закрытыми глазами. Я и стоял, пока не услышал звук ее шагов. Она шла очень медленно и осторожно. Она шла ко мне. Я улавливал стук ее сердца, ее дыхание, ее пьянящий аромат. С каждым шагом она была все ближе. Все остальное в этот момент для меня просто перестало существовать. Даже обжигающая горло жажда отошла на второй план. Я не мог вспомнить, когда в последний раз ждал чего-то с таким нетерпением и тревогой. Я чувствовал, что она уже совсем рядом. Наверное, я вел себя не совсем честно. Нет, вел я себя совсем не честно, но ничего не мог с собой поделать.

- Эдвард...

Она произнесла мое имя почти шепотом, на выдохе. В ее голосе было столько нежности и восхищения... Она опять удивила меня. Я опять нашел повод для надежды.

Ощущение тревоги, с которым я жил все последнее время, куда-то ушло. Мне было хорошо и спокойно. Я же собирался позволить себе быть счастливым? Именно этим я сейчас и занимался. Обычно я приходил на поляну, чтобы, раскинув руки, лежать на траве и смотреть в небо. Я сравнивал свои мысли с бегущими по нему облаками. Я приходил сюда, чтобы побыть наедине с собой и не думать ни о чем. А вместо этого часами размышлял о своей жизни. И вот только сейчас, когда рядом со мной сидела Белла, я смог забыть обо всем. Я окончательно похоронил миф о своей самодостаточности и ни капли не скорбил об этом. Я давно понял, что не смогу без нее. А она не хочет жить без меня. Осознания этого было больше, чем достаточно, чтобы быть по-настоящему счастливым. Хотя бы сейчас. Хотя бы здесь.

Теплый ветерок развевал волосы Беллы, усиливая ее аромат. За несколько часов мы не перебросились и парой слов, но те нежность и восхищение, с которыми она произнесла мое имя, теперь читались в ее шоколадных глазах. Она откровенно любовалась мной, а я, словно школьник, смущался под ее пристальным взглядом. Я не заметил когда, но в один момент в моей голове зазвучала мелодия — колыбельная, написанная для Беллы. Я знал, что на моем лице блуждает улыбка, и даже не пытался прогонять ее.

Единственное, о чем я не мог позволить себе забыть ни сейчас, ни когда-нибудь еще, это о том, что Белла — человек, а я — вампир. И я должен контролировать себя.