Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

— Почему?

— Не знаю, — пожал плечами Кьярно, давая понять, что не хочет продолжать этот разговор.

Решив сменить тему, Леофрик посмотрел в дальний конец зала, где сидели вожди кланов, и спросил:

— Это и есть вождь клана Лайту, тот, что сидит рядом с правителем Олдельдом? Он совсем не похож на эльфов Коэт-Мары.

— Еще бы он был похож! — заметил Кьярно и откусил большой кусок красного плода; по залу поплыл сильный и чуть горьковатый аромат, и у Леофрика сразу потекли слюнки.

Ему очень захотелось отведать диковинного плода, но, вспомнив старые сказки, в которых рассказывалось о гибельных последствиях таких поступков, решил все же воздержаться.

Тем временем Кьярно продолжал свой рассказ:

— Лайту живут в Зимних Пещерах, там стоит вечный холод и тьма. Мерзкое место. Там никогда не бывает весны и солнца — только холодная луна, вот и все.

— Да, жутковато, — сказал Леофрик. — А почему они там живут?

— Это их дом, — ответил Кьярно. — На вашем языке «лайту» означает «лунный клинок»; говорят, что для своих заклинаний Лайту используют свет звезд.

— Зачем же они сюда приехали?

— А… — сказал Кьярно и, утерев с подбородка фруктовый сок, отхлебнул вина. — Скорее всего, из-за меня…

— Что ты имеешь в виду?

— Как-то летом я забрался в их владения и увел у них несколько лошадей.

— То есть украл?

— Не украл, а увел на время, — возразил Кьярно. — Я отпустил лошадей сразу, как только выбрался за пределы владений Лайту. Наверняка все кони быстро вернулись домой.

— Но если ты их отпустил, то зачем было красть? — спросил Леофрик.

— Просто так, для смеха, — вздохнул Кьярно. — Клянусь слезами Айши, ты начинаешь говорить, как Кайрбр! Я увел их для того, чтобы проверить, получится у меня или нет. Неужели ты никогда не пытался совершить что-нибудь невозможное, просто чтобы проверить, на что ты способен?

Леофрик хотел было возразить, но потом вдруг осекся. Заметив его движение, Кьярно сказал:

— Ага, значит, пытался! Расскажи.

— Нет, это не одно и то же.

— Нет, расскажи! — смеясь уговаривал Кьярно.

Он отхлебнул еще вина, выжидающе глядя на Леофрика.

— Ладно, ладно, — ответил Леофрик, махнув рукой. — Только учти: в то время я был молодым странствующим рыцарем, к тому же еще и глупым.

— Не виляй, рассказывай, — упрямо повторил Кьярно.

— Хорошо, — сказал Леофрик. — Чтобы заслужить благосклонность Элен, я вызвал на поединок герцога Шилфроя из Артуа. Это был лучший и храбрейший рыцарь Бретонии, отлично владеющий пикой; еще никому не удавалось выбить его из седла. Мы сошлись в поединке, и, хотя я дрожал так, что звенели мои доспехи, я знал… каким-то образом знал, что сумею его одолеть.

— Откуда?

— Не знаю, просто знал, и все, — пожал плечами Леофрик. — Словно мне это шепнула на ухо сама Дама Озера.

— И ты его победил? — спросил Кьярно, допивая вино.

— Да, — гордо кивнул Леофрик. — Пика попала ему прямо в грудь, и он кубарем скатился с коня. Я был счастлив, как никогда.

— Вот видишь? — сказал Кьярно и, поставив кубок на стол, встал, слегка пошатываясь. — Так что не говори, что не понимаешь, зачем я увел лошадей. Просто у меня возникло желание совершить что-то такое, чего раньше никто не совершал. После этого чувствуешь, что живешь! Только тебе для этого нужно было участвовать в турнире, а мне увести лошадей Лайту. И я опять это сделаю!

— Правда? Несмотря на последствия?

— А ты бы не вызвал еще раз того рыцаря?

Леофрик покачал головой:

— Теперь я стал старше и умнее, Кьярно. Я рыцарь и понимаю разницу между доблестью и бесшабашностью.

— Это не ответ! — крикнул Кьярно. — И вообще, я хочу еще вина.

Кьярно говорил все громче и громче, и Леофрик заметил, что юноша стал привлекать к себе внимание; многие бросали на него укоризненные взгляды, но остановить его Леофрик не успел, и Кьярно нетвердыми шагами отправился искать новую порцию вина.

Предоставив его самому себе, Леофрик стал смотреть на танцоров войны, которые неслышно скользили между столиками. Эльфы Коэт-Мары старались казаться равнодушными, и все же Леофрик не раз замечал, как настороженно они поглядывали на танцоров. Ку-Сит, высоко подпрыгивая и делая невероятные кульбиты, исполнял свой дикий танец, двигаясь так, словно был невесом.

Леофрик вспомнил одно представление, которое показывала труппа актеров под руководством трубадура по имени Тристан; актеры собрались перед домом герцога Танкреда, и, чтобы увидеть представление, на улицу высыпал весь двор. Акробаты и жонглеры показывали самые невероятные номера, но теперь, по сравнению с дикими танцорами леса, они казались Леофрику немногим грациознее, чем беременная свинья.

Леофрик потянулся за кубком, но обнаружил, что он пуст. Он уже собрался идти искать другой, как вдруг рядом раздался тоненький голосок:

— Не желает ли господин еще вина или фруктов?

Леофрик увидел рядом с собой одного из мальчиков-слуг в зеленой тунике; в одной руке малыш держал блюдо с фруктами, в другой — кувшин с вином. Леофрик кивнул и подставил кубок, чтобы мальчик его наполнил. Пока ребенок наливал вино, Леофрик с удивлением заметил, что лицо его было свежим и румяным, а не бледным и прозрачным, как у эльфов.

Налив Леофрику вина, мальчик спросил:

— Не желает ли господин чего-нибудь еще?

— Нет, спасибо, — ответил Леофрик. — Хотя постой… — Леофрик запнулся, когда вдруг увидел, что мальчик был вовсе не тот, за кого он его принял. — Ты же человек…

Поставив кубок на стол, Леофрик всмотрелся в лицо мальчика — круглое, кожа чуть смугловатая, обычные человеческие уши. Мальчик хотел уйти, но Леофрик схватил его за руку.

— Ты человек? — спросил он.

— Что, господин? — спросил мальчик, удивленно глядя на него.

Не отпуская мальчика, Леофрик обвел зал глазами, стараясь разглядеть остальных слуг. Через некоторое время все стало ясно: эльфам Коэт-Мары прислуживали люди.

— Мне можно уйти, господин? — спросил мальчик.

— Нет, — ответил Леофрик. — Еще нет. Как твое имя, мальчик?

— Имя?

— Ну да, как тебя зовут?

— Айдан, господин.

— Хорошее бретонское имя, — сказал Леофрик. — Скажи мне, Айдан, почему ты здесь?

— Чтобы прислуживать на Празднике Зимы.

— Нет, я имею в виду Атель Лорен. Как ты сюда попал?

— Я здесь всегда жил, — ответил мальчик, не спуская с Леофрика удивленных глаз.

— Всегда? Это сколько? — спросил Леофрик, чувствуя, как в его душе зарождается ужасное подозрение.