Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

обнаружил, что не так уж серьёзно ранен, по крайней мере, его руки и ноги были целы.

«А голова моя никогда особенно хорошо не соображала. Черт возьми, как больно».

Единственная мысль теперь подгоняла его: найти лагерь. Старик Смит будет беспокоиться, если он не вернётся.

— Где Обамби? Интересно, не упал ли он тоже? — пробормотал он.

Он оглянулся.

Но Обамби ни живого, ни мёртвого нигде не было видно. И Стрелок отправился на бесполезные поиски лагеря.

Сначала он побрёл на северо-запад, прямо в противоположную сторону от последней стоянки лагеря Смита. Тонгани-бабуин, сидевший на сторожевой скале, увидел, как он приближается, и поднял тревогу. Сначала Денни увидел только пару обезьян, шедших ему навстречу, лаявших и рычавших. Он видел, как они время от времени останавливались и прижимали головы к земле, и он мысленно назвал их «рехнувшимися монахами», но когда их число увеличилось до сотни, он, наконец, понял потенциальную опасность их когтей и острых клыков. Тогда он изменил курс и отправился на юго-запад.

Ещё некоторое время Тонгани преследовали его, но когда они увидели, что он не имеет намерения причинить им зло, позволили ему идти дальше и возвратились к прерванному занятию — кормёжке. Человек, вздохнув с облегчением, продолжал свой путь. В овраге он обнаружил воду и тут почувствовал, что голоден и хочет пить.

Он попил из того же самого пруда, у которого Тарзан убил Хорту-кабана.

Он также смыл кровь с головы и лица, как смог. Потом он снова продолжил бесцельное брожение. На этот раз он взобрался вверх по склону горы в юго-восточном направлении и пошёл, наконец, по правильному пути в уже оставленный лагерь.

Случай с Тонгани навел его на верную дорогу.

Через некоторое время он дошёл до места, показавшегося ему знакомым. Он остановился и посмотрел вокруг, стараясь вспомнить, хотя мозг его плохо соображал.

— Этот удар дубиной по голове совсем лишил меня памяти, — заметил он вполголоса. — Черт возьми, что это такое?

Что-то двигалось в высокой траве, через которую он только что прошёл. Он стал наблюдать и через минуту увидел голову Шиты-пантеры, проходившей сквозь траву на небольшом расстоянии от него. Картина была неожиданно знакомой.

— Вспомнил! — воскликнул Стрелок. — Я и Тарзан спали здесь прошлой ночью. Сейчас я это отлично помню.

Он также вспомнил, как Тарзан прогнал пантеру, и подумал, сможет ли сделать то же самое.

«Какая огромная голова. Держу пари, что ты заблудилась. Если Тарзан зарычит и побежит за тобой, ты быстро уберешься прочь. Да, пожалуй, у меня это не получится. Почему ты не идёшь по своим делам? Ты меня просто раздражаешь».

Он наклонился и поднял камень.

— Получай! — выкрикнул он и запустил камнем в Шиту.

Огромная кошка взвилась и побежала прочь, исчезая в высокой траве, да так быстро, что Стрелок смог только на мгновение увидеть её извивавшееся тело.

— Ну, что вы на это скажете? — воскликнул Денни. — Получилось!

Голод начал мучить его, а вернувшаяся память подсказала способ, как его утолить.

«Интересно, смогу ли я?» — размышлял Денни, осматривая землю, пока не нашёл тонкий осколок скалы, с помощью которого начал убирать грязь и землю с небольшого бугорка, который поднимался на несколько дюймов над землей. Вскоре он откопал остатки кабана, которые Тарзан спрятал на случай их возвращения. «Интересно, смогу ли я есть?» — снова спрашивал себя Стрелок.

С помощью карманного ножа Денни отрезал несколько кусков, соскоблил с них грязь и занялся приготовлением костра, на котором обжарил мясо только сверху.

Приготовленное таким образом блюдо в других обстоятельствах вызвало бы у него гримасу отвращения, но сегодня он не был разборчив и глотал, не прожевывая, обжаренное, а частично и подгоревшее мясо, как прожорливый волк.

Его память снова вернулась к нему, к тому моменту, когда он ел мясо в этом же месте с Тарзаном. Вот с этого момента он вспомнил все, что оставалось темным пятном в памяти. Сейчас он знал, что мог бы найти дорогу обратно в лагерь с того места над деревней бандитов, где он и Обамби завтракали, и поэтому отправился в том направлении.

Когда он нашёл это место, то взобрался на край скалы, которая возвышалась над деревней, и тут лег отдохнуть и понаблюдать за деревней бандитов. Он очень устал.

— Вшивые негодяи! — воскликнул он. Он видел, как бандиты двигаются по деревне.

— Жаль, что у меня нет с собой моей «машинки». Я бы расчистил эту мусорную яму.

Он видел, как Стабух вышел из хижины и пошёл к лошадям, наблюдал за ним, когда тот разговаривал с черным и их вождём.

Потом русский повёл двух лошадей к хижине.

— Этот парень ничего не чувствует, — пробормотал он. — Я его выследил и доберусь до него рано или поздно, даже если на это потребуется вся моя жизнь. Черт возьми, да это же та девчонка с ним!

Стабух вызвал Иезабель из хижины.

Вдруг странная вещь произошла в голове Денни Стрелка Патрика. Как будто кто-то открыл окно в тёмной комнате, свет полился в неё. Он видел все уже другими глазами, связывая с прошлым. При виде Иезабель, память возвратилась к нему. Он с трудом сдержался, чтобы не позвать её и не сказать, что он тут. Но осторожность сковала его язык, и он лежал, наблюдая, пока двое сели на лошадей и выехали из ворот деревни.

Он встал и побежал вдоль гребня на север параллельно курсу, который они взяли. Были уже сумерки, через несколько минут опустится ночь. Если бы он только мог не упускать их из виду до тех пор, пока окончательно не узнает, в каком направлении они едут. Забыв об усталости, он бежал