Эротические рассказы - Подростки - Stulchik

И вот разражается гроза. В лоне каждой из нас, в центре наших тел, во мраке, пробуждаются, открываются тысячи каналов — и хлынул через них ревущий поток сокрушительного оргазма… Она застонала, ее миловидное личико исказилось страданием, человеческим страданием — дрожь, страх, слезы. Я превратилась в паралитика, потерявшей власть над своим телом, из глаз ручьями полились слезы. Мы покрылись потом, словно борцы борясь со стихией. Два наших тела бьются в головокружительном темпе. Я вскрикиваю, мой стон ничем не остановить, сжимаюсь в комок. Сжимается и она, роняет голову мне на грудь, сжимает губы, закусывает их, задыхается, и на вершине напряжения и полета дает волю телу и чувствам. Она по-прежнему стонет, нам обоим жарко, наши тела невольно вздрагивают еще два-три раза, затем уставшие конечности расслабляются, она падает на меня всей тяжестью и тонет, разбитая и опустошенная. Вновь нас окутывает тишина.

Она соскользнула на бок, еще окончательно не разъединившись со мной, ожидая, когда удалится от нас эта восхитительная буря. Затем Света вытянулась рядом со мной и мы застыли в неподвижности и оцепенении.

Первый учитель

Категория: Подростки

Автор: Bоtan

Название: Первый учитель

Прозвенел звонок. Учитель физики Татьяна Сергеевна взяла журнал 11-го «Б» класса и направилась проводить свой последний урок первого после универа учебного года. День стоял прекрасный, а урок был по расписанию последний. И решила молодая учительница не держать весь класс, а провести урок только для желающих.

В классе занимался кто чем. У окна группа одноклассников обоих полов вела оживленную беседу на тему, кто чем будет заниматься после окончания школы. На последней парте во всю целовались Марина С. с Сергеем В.; отличник Максим Ш. сидел, уткнувшись в учебник.

Надо сказать, в начале года Максим был парнем крайне робким и неуверенным в себе, чем вызывал постоянные насмешки. Но со временем он на них перестал реагировать, не стал замыкаться, а наоборот, стал более общительным, на него даже стали засматриваться девчонки из 9-х — 10-х классов. Но он не обращал на них никакого внимания, было видно, что на уме у парня учеба, перспектива поступления в ВУЗ, успешная карьера.

— Здравствуйте, дети!

— (легкий смешок).

— Сегодня у нас последний урок. Домашнего задания я вам не задавала. Учебный курс полностью пройден, оценки все выставлены. Впереди только выпускные экзамены. У меня нет ни малейшего желания отнимать у вас время для отдыха и подготовки к экзаменам, поэтому предлагаю: кто хочет уйти, тем в добрый путь. У кого есть вопросы по курсу физики, задавайте, я отвечу.

Как и следовало ожидать, все ученики встали со своих мест, и, сказав «до свидания», удалились. Захлопнувшись, щелкнул английский замок. Только Максим продолжал сидеть, уткнувшись в учебник.

— Максим, а ты почему остался? У тебя же и так знания великолепные. Я просто убеждена, что в университет ты поступишь по конкурсу, на бюджетное место.

Максим поднял глаза и сказал:

— Ой, я и не заметил, что в классе никого. Пожалуй, я тоже пойду.

После он поднялся со своего места и, глядя своей учительнице в глаза, произнес:

— Большое Вам спасибо, Татьяна Сергеевна, за Ваши уроки. Не скажу, что без Вас я бы хуже усвоил материал, но мне просто было приятно ходить на занятия. И поступать я решил именно в университет и именно на физмат благодаря Вам.

Татьяна Сергеевна сделала шаг к своему ученику, и, сказав: «Тебе спасибо», прикоснулась губами к его щеке. И тут она испытала ощущение, какого не испытывала, пожалуй, со школы. Легкая приятная дрожь прошла по её телу, дух захватило, её влекло к Максиму… («Нет, только не это! Что со мной? Он же мой ученик, я учитель! Как же педагогическая этика?!»)…

Прекрасное было время — 11-й класс! Таня дружила с Лёшкой — своим одноклассником. После уроков они никогда не спешили по домам. Прогуливались по парку, много-много целовались, беседовали на разные темы, а чаще всего тема и не нужна была, потом расходились по домам. И вот, однажды, в один прекрасный весенний день Танина бабушка решила, что кроме младшей дочери (Таниной мамы), с которой и еще с внучкой они вместе жили, есть еще и старшая в Красноярске, и надо её навестить. В общем, проводили они бабушку, а на следующий день с Лёшкой вместо парка пришли к Тане домой. Едва переступив порог и закрыв дверь, упали они в объятия друг другу. Губы слились в жарком поцелуе. Языки друг у друга во ртах извивались как змеи. Огромное желание близости переполняло обоих. Под Лёшкиными брюками Таня ощущала твёрдую плоть.

Лёшкины руки проникли под блузку и ласкали кожу спины. Таня расстегнула одну за другой пуговицы Лёшкиной рубашки. Лёшка прямо под блузкой расстегнул лифчик, его руки переместились вперед, и Таня почувствовала, как Лёшкины пальцы скользят по набухшим соскам. Таня сама расстегнула блузку и скинула её, потом мешавший лифчик прямо на пол. Лёшка губами припал к Таниной груди, потом ласкал их языком. Его язык скользил то по одному соску, то по другому, обводил их вокруг, то Лёшка их обхватывал губами. Его руки расстегнули «молнию» сбоку, и юбка упала вниз. Правую руку Лёшка засунул Тане в трусики и водил ей по ягодицам. Левой рукой ласкал левую грудь, правую грудь нежно целовал. Таня тем временем расстегнула Лёшкины брюки и сняла их с него вместе с плавками.

— Я хочу посмотреть, — сказала она, приседая на корточки и прикоснувшись к желанной плоти руками. Лёшкин член был твёрд, но не как камень, сравнения Таня не могла подобрать. «Какой большой», — подумала она, проведя по нему пальцами туда-сюда. И вдруг — ствол «выстрелил». Заряд попал Тане на грудь. Потом еще несколько «выстрелов», и, только что бывшая твёрдой плоть стала мягче, а по груди и животу Тани текла липковатая полупрозрачная густая жидкость…

Воспоминания длились буквально какое-то мгновение, но они отодвинули куда-то на задний план и стыд, и педагогическую этику. Татьяна Сергеевна, следуя своим инстинктам, обхватила шею Максима и впилась губами в его губы. Максим обнял её за талию и прикоснулся кончиком языка к её языку. Потом расстегнул её платье и снял его. Через мгновение его губы нежно ласкали её живот, а кончик языка щекотал пупок. Но щекотно не было, было просто очень приятно. Татьяна Сергеевна прилегла на учительский стол и немного приподнялась, опершись об него локтями. Максим снял с неё трусики, и вот, его губы прильнули к её нижним губам, а язычок стал проникать в её щелочку. Такого с ней ещё никогда не было. Сдерживаться она уже не могла, и как будто сам по себе вырвался характерный для такой ситуации стон. Руки как будто сами обхватили Максима и потащили вверх. Брюки и плавки у него были уже спущены, член был напряжен. Поводив им немного по клитору, Максим направил его во влажную щелку, Татьяна Сергеевна почувствовала лёгкую боль от разрыва плевы, но тут же её охватило такое блаженство, что никакими словами выразить невозможно. Максим сделал внутри неё несколько движений, она отозвалась криком «да, да!» и от наслаждения почти потеряла сознание. Одновременно Максим кончил. Прозвенел звонок с урока. Поцеловавшись, они оделись и Максим удалился…