Богиня по ошибке - Филис Каст

Вообще-то один светлый момент служил мне наградой. Я была абсолютно уверена в том, что в этом мире, в качестве ставленницы Богини, я принесла гораздо больше пользы, чем в Оклахоме, когда была учителем. Да и как могло быть иначе? Это можно было расценивать как своего рода продвижение по службе. Все-таки лучше, чем «уйти на повышение» в школьную администрацию.

— Что такое, милая? — Я взяла графин с водой с ближайшей тумбочки и помогла ребенку сделать глоточек.

Ее лицо, шею и руки покрывали жуткие гнойные волдыри. Когда девочка приоткрыла потрескавшиеся губы и попыталась напиться, я увидела, что и язык у нее весь в красных болячках. Вода пролилась на подбородок, я промокнула его краем простыни.

— Наверное, чудесно скакать верхом на Эпоне? — Юный голосок хрипел, как у заядлой курильщицы.

— Да, милая. — Я тщательно промокнула ей лицо куском влажной ткани, поднесенным мне одной из помощниц. — У нее такой ровный ход, что кажется, будто тебя несет ветер.

— А это правда, что она разговаривает с вами? — Ее глаза, блестящие от лихорадки, уставились в мои зрачки.

Я сразу узнала пыл истинной любительницы лошадей.

— Думаю, да. Она очень умненькая, знаешь ли. Девочка слабо кивнула.

— Как тебя зовут, милая?

— Кристианна, — прошептала она.

— Давай договоримся, Кристианна. — Девочка по-прежнему не сводила с меня глаз. — Ты поправишься, а я отведу тебя поболтать с Эпоной. Возможно, она даже скажет, что с удовольствием возьмет тебя на прогулку.

Я сказала так и тут же пожалела, потому что ребенок попытался сесть в постели.

— Спокойно! Это значит, что ты должна отдыхать и сосредоточиться только на выздоровлении.

Девочка со вздохом снова опустилась на замызганные простыни.

— Богиня, — с грустью произнесла она, — а лошадка действительно захочет со мной поговорить?

Внутренний голос нашептал мне слова, которые я повторила вслух:

— Эпона всегда ищет молодых, жаждущих услышать ее голос.

— Я хочу ее услышать… — Фраза оборвалась, когда ребенок то ли погрузился в сон, то ли отключился.

Я отложила в сторону компресс, печально посмотрела на распухшее личико и прошептала:

— Надеюсь, так и будет, милая.

Сначала я почувствовала теплую волну, идущую сзади, а потом уже услышала, как он произнес мое имя:

— Риа!

Я повернулась и чуть не врезалась в мускулистый торс Клан-Финтана.

— Ой, привет.

Я прекрасно сознавала, что похожа на сводную сестру Медузы горгоны со своей дурацкой рыжей шевелюрой. А он выглядел сильным, красивым и неотразимым. Как всегда.

— Нам не хватало тебя на воинском совете. — Его голос теплой патокой обволакивал мое больное тело.

— Прости, — сказала я, лихорадочно пытаясь перевязать волосы, придать им хоть какое-то подобие приличия.

Потом я глянула вниз, увидела, что весь перед одежды в пятнах рвоты, и сдалась.

— Надеюсь, ты объяснил им причину моего отсутствия?

— Да, они все поняли и даже похвалили твое чувство ответственности за людей, — проговорил Клан-Финтан, взял меня за руку и начал подталкивать к дверям.

Я успела заметить, что Каролан кивнул ему, перед тем как он распахнул двери и мы оказались в коридоре.

В огромные окна лениво светило вечернее солнце. Я даже не заметила, как прошел день.

Внезапно меня обхватили руки кентавра.

— Фу… — Я безуспешно попыталась вырваться. — Я вся грязная.

— Стой спокойно. — Его низкий голос подействовал как гипноз. — Я соскучился.

Я действительно замерла. «Он соскучился!»

Кажется, я глупо улыбалась, уткнувшись в него.

— А еще я за тебя беспокоился. — Муж чуть отстранился, чтобы заглянуть мне в лицо. — И что это за магия такая, о которой говорила Аланна? У тебя действительно есть талисман против оспы?

— Да. — Мне понравилось встревоженное выражение его лица. — На самом деле это не магия, а медицина. Но поверь мне, она работает. Я не могу заразиться оспой.

— Хорошо. — Он крепко прижал меня к себе и чмокнул в макушку. — Я никогда не позволю тебе подвергаться опасности.

— Я тоже никогда бы этого не позволила, — попыталась я отшутиться.

Он сжал меня еще крепче.

— Это не предмет для шуток.

— Прости, — пискнула я, и он ослабил хватку. — Просто мне не особенно нравится такой поворот событий. Не хотелось бы тебя шокировать, но я не гожусь в помощницы лекаря.

— Я вовсе не шокирован. Тебе не нравится то, что дурно пахнет, а болезни всегда сопровождаются зловонием.

— Как это верно, — саркастически улыбнулась я. — Кстати, Аланна тебе говорила, что оспа, вероятно, свирепствует и в храме Муз?

— Да, — вздохнул он. — Это осложняет наш план.

— Послушай, если мы пошлем воинов-людей в этот район, то они могут заразиться. На армии это плохо скажется. — Я чуть отпрянула, не разрывая кольца его теплых рук. — Ты когда-нибудь слышал, чтобы кентавры болели чем-то, похожим на оспу?

— Нет, — с уверенностью ответил он. — Раса кентавров невосприимчива к оспе.

— Так я и думала.

— Это значит, что только воинам-кентаврам будет позволено приблизиться к храму Муз. Я уже отослал туда первую группу. Они сообщат обитателям храма наш план и доложат нам о состоянии здоровья тамошних женщин.

— Думаю, ничего хорошего мы не услышим. Пусть это звучит ужасно, но нам нужно изолировать храм и всю территорию вокруг него. Мы пришлем им припасы, но не можем позволить, чтобы обитатели храма заразили всю Партолону.

— Согласен. Я уже распорядился насчет карантина. — Он критически оглядел меня. — А теперь, видимо, я должен позаботиться и о тебе.

— Вот как!..

— Ты не забыла, что тебя ждет довольно бурная ночь? — Муж вопросительно посмотрел на меня.

Я поворковала, подражая сексуальной Мэрилин Монро:

— Что у тебя на уме?

— Разговор с повелителем фоморианцев.

Меня словно окатили холодной водой. Все греховные мысли вмиг разлетелись.

«Я ведь совершенно забыла о предстоящем деле».

— Ах да.

— Жаль, что нет другого способа. Меня все еще тревожит, что тебе придется язвить повелителю зла.

Его большие пальцы медленно рисовали круги на внутренней стороне моих локтей, там, где пульс. Я не хотела заниматься всем этим дерьмом в ночных кошмарах, мечтала подольше понежиться в бассейне, отобедать как следует и замучить его в постели. Но настойчивый голос внутри шептал, что сначала — дело.

Довольно трудно игнорировать Богиню, когда она засела у тебя в башке и не переставая давит на кнопку жалости.

— Я сама не очень жажду этой встречи, но раз надо, то надо, — вздохнула я и прижалась к нему. — Ты, кажется, говорил, что останешься со мной. Правда?