Закат блистательного Петербурга. Быт и нравы Северной столицы Серебряного века - Сергей Евгеньевич Глезеров

после первого удара последовал сильный второй, который, однако, прошел благополучно».

Гатчинский историк-краевед Владислав Кислов, являющийся, в частности, автором серии книг «Старая Гатчина. Летопись и очерки медицинской жизни», замечает, что интересны еще некоторые подробности и последствия трагедии. «Почти через месяц после события, 19 июня, утром в Гатчине был пойман с поличным и арестован некто Яковлев, похитивший четыре пуда железных связей от разбитого молнией памятника, – сообщает Владислав Кислов и с горькой иронией добавляет: – Оказывается, металл воровали и тогда!»

При обсуждении вопроса о восстановлении памятника выдвигалось несколько предложений: либо сделать обелиск из бетона, либо сложить из тесаного камня без применения металлических деталей, увенчав стеклянным, вызолоченным изнутри шаром, либо изготовить из металла полым внутри с металлическим шаром наверху и громоотводом. Однако окончательным стало решение восстанавливать памятник в его первозданном виде.

Восстановление обелиска заняло пять лет, поскольку черницкие каменоломни были заброшены, и пришлось проводить их подготовку к добыче камня. Блоки для восстановления обелиска добывались с глубины 6 метров, на реконструкцию ушло 687 штук камня общим весом около 640 тонн. Работы по восстановлению обелиска закончились только в 1886 году. Памятуя о трагическом случае 1881 года, при восстановительных работах сделали проволочный громоотвод, пропущенный через центр обелиска и проведенный в землю на 30 метров.

Забегая вперед, отметим, что в 1904 году производился ремонт обелиска, при этом заменили верхние двенадцать рядов каменных блоков, а в 1914 году отремонтировали парапет, но при этом использовали не пудостский камень, а песчаник. Памятник сильно пострадал во время Великой Отечественной войны, но впоследствии был полностью восстановлен.

Нежданный подарок для лавочников

Майский снег в Петербурге – тоже явление не такое уж и редкое. К примеру, ровно сто лет назад, в конце мая 1908 года, город и окрестности в один миг покрылись густым слоем снега.

«Откинув штору, петербуржец сегодня ахал, – писал репортер «Биржевых ведомостей». – Бесконечная пелена снега. Снег на крышах, на тротуарах. А на календаре – 24 мая». В тот день в пять часов утра мокрый снег повалил крупными хлопьями. Он продолжал идти беспрерывно до двух часов дня.

«Настоящая хорошая пороша почти в вершок глубины на полях, и крыши домов, покрытые белой снежной пеленой, как глубокой осенью в конце октября или начале ноября, – читаем в репортаже «Санкт-Петербургских ведомостей». – Вот та необыкновенная – даже для капризной петербургской весны – картина, которая представилась несчастным дачникам в окрестностях Петербурга при их пробуждении утром 24 мая». Из физической обсерватории сообщали, что Петербург оказался охвачен концевой частью циклона, пришедшего из Европы, а центр его разместился над Прибалтийским краем.

На дачах в окрестностях Петербурга усердно топили печи, сами же дачники, закутавшись в пледы и платки, не рисковали выходить из домов. Снег навел ужас на земледельцев, садоводов и огородников. Овощи и хлеба померзли, принеся небывалые убытки хозяевам. Уже на следующий день цены на свежую зелень и молодые овощи в петербургских лавках поднялись почти на пятьдесят процентов. Пользуясь случаем, лавочники подняли цену даже на старый прошлогодний картофель…

Ничего подобного раньше не бывало?

«Столь поздний и обильный снегопад в последний период весны, почти за две недели до наступления лета, принадлежит к числу редчайших метеорологических явлений», – сообщали «Санкт-Петербургские ведомости». Старожилы разводили руками: «Ничего подобного раньше не бывало». Действительно, еще никогда до этого в летописях Петербурга не был зафиксирован столь обильный снегопад в конце мая.

Снегопад сопровождался сильным штормом, который нанес много повреждений садам и паркам в пригородах Петербурга. Немало редких деревьев было поломано в парке Лесного института. Пострадали также Удельный парк и многие частные сады в Лесном, Удельной и в Шувалово. Обыватели Лесного чуть не остались без пожарной охраны: упавшие деревья порвали провода центральной телефонной станции Лесного пожарного резерва.

Майскому снегопаду сопутствовало резкое понижение температуры. Средняя температура воздуха в тот злосчастный день 24 мая побила все существовавшие к тому времени рекорды минимума температуры для этого числа. С 1743 года в Петербурге не наблюдалось такой температуры в день 24 мая…

После снегопада в столице установилась холодная и пасмурная погода. На следующий день кое-где выпал сильный град, но уже к вечеру погода стала улучшаться. Петербургская погода возвращалась к своим нормальным показателям…

Мартовский ураган

В конце марта 1911 года, когда на пороге уже стояла весна, капризная и непредсказуемая питерская погода преподнесла сюрприз, едва не парализовавший жизнь Северной столицы. На Петербург обрушился свирепый снежный ураган, причинивший немало хлопот жителям.

Город занесло снегом так, что на улицах образовались громадные сугробы. Как водится, городские службы оказались не готовы к подобному разгулу стихии. Движение транспорта по улицам почти прекратилось: трамваи стали редкостью, а легковые извозчики вообще пропали. Но больше всего пострадали петербургские окрестности.

В Шлиссельбурге, например, сугробы местами доходили до второго этажа. Почту, прибывшую из Петербурга, не смогли разнести, и весь городок остался без писем и газет.

Снежные заносы были настолько велики, что многим «зимогорам» (так звали горожан, круглый год живших в дачных пригородах) и особенно школьникам, учившимся в питерских школах, не удалось добраться до железнодорожных станций. Ночью из-за пурги прервалось сообщение по льду Финского залива с Кронштадтом.

Метель занесла Сестрорецкую линию Приморской железной дороги. Поезд, вышедший около полудня из Сестрорецка, врезался в глубокий сугроб и застрял. Пассажиры, ехавшие в Петербург, оказались в отчаянном положении. А когда они выбрались из вагонов, то тут же попали в руки местных крестьян-извозчиков, которые, видя беспомощность пассажиров, стали заламывать совершенно фантастические цены.

Несколько смельчаков, проваливаясь по грудь в снег, отправились пешком на следующую станцию. Они напоминали путешественников, совершавших переход в снегах Северного полюса…

Чтобы освободить поезд из снежного плена, из Петербурга пришлось вызвать целую партию рабочих. Только к семи часам вечера поезд отрыли от снега, и он вернулся в Сестрорецк.

Впрочем, уже через несколько дней о былом снежном урагане остались одни только воспоминания. Весна неуклонно, как и положено, вступала в свои права…

«Затмение земли»

17 апреля 1912 года жители Петербурга стали свидетелями солнечного затмения, вызвавшего большой переполох в столице. О нем много говорили и писали в столице, и если петербуржцы прекрасно понимали, что никакой опасности им не грозит, то в провинции многие с ужасом ждали светопреставления – «затмения земли».

Наблюдать это солнечное затмение могли также в Венесуэле и в Атлантическом океане. На Пиренейском полуострове оно стало полным и продолжалось шесть секунд, затем затмение видели в Бельгии, Голландии, Германии, в Европейской части России и в Сибири.

Поскольку ожидалось,