Техносоциализм. Как неравенство, искусственный интеллект и климатические изменения создают новый миропорядок - Ричард Пэтти

– Министр финансов США Джанет Йеллен, в заявлении Чикагскому совету по глобальным делам, апрель 2021 г.

Некоторые критики утверждают, что экономическая теория, лежащая в основе глобальной минимальной ставки корпоративного налога для транснациональных корпораций, не будучи ошибочной, на практике в реальном мире просто не сработает. Если не попробовать, это наверняка будет правдой. Наша же позиция заключается в том, что скептики, возможный негатив и проблемы существуют всегда, но если достичь международных договоренностей, то любые проблемы можно будет урегулировать. Тот факт, что чего-то не происходило раньше, не означает, что этого не может произойти в принципе, и уж точно не означает, что нам следует перестать пытаться.

Налогообложение ИИ и роботов

В цифровой экономике и ЗИК-экономике для решения многих задач будут использоваться роботы и искусственный интеллект, а не человеческий труд. Не сократится ли тогда налоговая база до такой степени, что основные услуги потеряют должное финансирование? Это интересный вопрос, в котором заключено множество предположений и возможностей. Чтобы дать на него разумный ответ, данную проблему следует разделить на несколько частей.

Во-первых, учтите, что в вопросе, вытеснят ли людей ИИ и роботы, – выбор за нами. Благодаря долгосрочному планированию этого перехода мы можем переобучить работников на новые профессии или предоставить им новые рабочие места. Мы полагаем, что люди продолжат трудиться, просто они будут выполнять другие виды работ. Конечно, системный сдвиг в обучении и доступе к образованию становится фундаментальным требованием для упорядоченного перехода.

Во-вторых, политики, акционеры и клиенты потребуют от крупных технологических компаний, внедряющих искусственный интеллект, уничтожающий рабочие места, уменьшить этот ущерб в соответствии с большей корпоративной социальной ответственностью. Мы видим, как крупнейшие технологические игроки становятся добровольными участниками массовых программ создания рабочих мест и переобучения, поскольку сами же разрушают отрасль и классические рабочие роли. В противном случае эти компании могут стать социальными изгоями, в результате чего люди отвергнут их продукты и услуги. В конечном счете подобный сдвиг в корпоративной культуре станет единственным способом, с помощью которого крупные игроки FAANG/BATX смогут управлять репутацией своего бренда на более социально взаимосвязанных глобальных рабочих местах.

В-третьих, если эти корпорации не будут активно реагировать на изменения в сфере занятости, навязываемые ими, правительствам придется облагать налогом роботов, алгоритмы и искусственный интеллект, которые они внедряют. Корпорации будут либо охотно сокращать количество уничтожаемых ими рабочих мест, либо будут вынуждены жертвовать огромные суммы наличных денег на благо сообществ и людей, которым они служат.

Кое-что еще следует иметь в виду: компании, владеющие роботами и использующие ИИ, будут намного более прибыльными, чем неавтоматизированные. Наполнять этим богатством бюджет поможет предложенная выше глобальная схема налогообложения. Мы могли бы даже создать некие роли, отвечающие за смягчение последствий изменения климата в регионах, и умную инфраструктуру, которые могли бы встать над несколькими экономиками, финансируемыми за счет этой огромной неожиданной прибыли, генерируемой ИИ.

Вопрос опять же возвращается к справедливому распределению богатства. Если крупнейшие в мире компании – это технологические гиганты, уничтожающие процессно-ориентированных рабочих-людей и в то же время накапливающие триллионные прибыли на благо акционеров и корпоративного богатства, мы могли бы ожидать, что общество поставит подобное неравенство вне закона.

Таким образом, внедрение ИИ означает, что общая налоговая база вырастет, но по мере дальнейшего развития экономики, становящейся всё более цифровой и всё более зависимой от автоматизации, прибыль, которую приносит автоматизированный труд, начнет непропорционально увеличиваться относительно прибыли, генерируемой человеческим трудом. При этом возникает несколько налоговых соображений.

Бесспорно, генерируемых налоговых долларов должно хватать для финансирования социальных благ. В сегодняшней экономике это означает выделение средств на образование, здравоохранение, пенсии, инфраструктуру, оборону, поддержку торговли и общественных проектов. Кроме того, нам необходимо будет финансировать борьбу с изменением климата, будущими пандемиями и прочими непредвиденными проблемами, вероятность которых весьма высока. Для удовлетворения будущих потребностей и ожиданий понадобится гораздо больше налоговых долларов, чем в настоящее время. Поскольку автоматизация начнет приносить больше прибыли, нам необходимо будет убедиться, что либо налоги, которые уплачивают компании, получающие выгоду от автоматизации, покроют этот счет, либо нам нужно будет перенести налоговое бремя с труда на капитал, облагая налогом роботов и сам ИИ.

Наиболее простым подходом для современных компаний, осуществляющих новые инвестиции в технологии, было бы взять в качестве точки отсчета данных о прибыли доинвестиционную прибыль за один год либо вывести среднее значение за несколько лет в качестве базового уровня. Инвестиции, сделанные в роботов и технологии, для начала необходимо полностью вычесть из этой прибыли, так что уплачивать налог до тех пор, пока не вернутся капитальные затраты, будет не нужно. Это подтолкнет бизнес к дальнейшим инвестициям и обеспечит переходный период, в течение которого технология должна интегрироваться в бизнес и начать приносить прибыль.

Как только это произойдет и инвестиционные затраты будут полностью покрыты, компания начнет платить налог на вмененную стоимость трудозамещающих ресурсов, то есть на роботов и ИИ. Одним из способов расчета его ставки могло бы стать масштабирование налога, уплачиваемого каждой компанией, с долей заработной платы, ранее выплачивавшейся работникам-людям.

Допустим, ставка налога на доходы компании составляет 23 % в соответствии с приведенной выше рекомендацией, и компания получает прибыль в размере 100 долларов США после того, как общие затраты на оплату труда в размере 70 долларов вычитаются из валового дохода в размере 200 долларов; вычислим масштабный коэффициент: 70 / 200 = 35 % дохода, который затем облагается налогом по средней ставке налога, уплачиваемого работниками, нанятыми компанией. Если бы эта средняя ставка составляла, скажем, 20 %, то налог составил бы 20 % от 70 долларов, что в сумме дало бы 14 долларов.

Четырнадцать долларов США компания уплатит в качестве дополнительного налога – условного налога на вклад, сделанный роботами и искусственным интеллектом, которые используются в компании. Фирма по-прежнему остается в плюсе на 56 долларов (70 минус 14), которые в противном случае она должна была бы выплатить в качестве заработной платы работникам-людям, но ведь роботам платить не надо – их стоимость уже полностью возмещена компанией благодаря поощрению инвестиций. Налог, уплачиваемый компанией, будет состоять из вмененного «налога на роботов» в размере 14 долларов плюс 23 % налога, взимаемого с прибыли компании в размере 100 долларов, что составит 23 доллара, и в итоге к общему налогу, уплачиваемому компанией, добавится 37 долларов США. Мы считаем, что компаниям нельзя позволять просто так уничтожать старые рабочие места и передавать 100 % полученной экономической выгоды исключительно акционерам. Нам нужен социально сознательный капитализм.

Предложение: двухуровневое списание налогов и долгов ради борьбы с изменением