Фауст - Лео Руикби

Если эта история правдива, можно предположить, что Фауст сбежал в Фюрт, после чего ещё раз попросил впустить его в город либо для начала написал письмо, чтобы прощупать почву. Охранная грамота представляла собой раннюю форму паспорта, гарантировавшего свободу и безопасность во время путешествия. Лютеру была выписана такая охранная грамота, с которой он отправился на рейхстаг в Вормс (1521); в 1528 году такой же документ намеревался получить Агриппа, чтобы покинуть Францию. Понятно, что охранную грамоту просили лишь в ситуации реальной опасности и что Фауст имел причины заботиться о своей безопасности. Одно из возможных объяснений, почему Фаусту отказали в защите от возможного ареста со стороны городских властей, – то, что он уже бывал в Нюрнберге{344}. К сожалению, информация Меланхтона, переданная Манлием, была основана на слухах и не содержала хронологии.

Намерение Фауста посетить Нюрнберг выглядело естественным: это был один из крупнейших городов Германии. В середине XV века его население насчитывало около 20 000 человек, что для того периода было значительной цифрой. В начале XVI века город достиг своего расцвета. В результате Войны за ландсхутское наследство, в которой Нюрнберг участвовал на стороне герцога Баварско-Мюнхенского Альбрехта, городские владения значительно расширились. Политическое значение, промышленная мощь и развитие культуры сделали Нюрнберг поистине одним из сокровищ империи.

Выходцы из Нюрнберга – такие как Ганс Сакс или Альбрехт Дюрер – входили в когорту самых продуктивных и видных деятелей того времени. Город привлекал к себе наиболее выдающихся представителей научного мира, таких как Конрад Цельтис или братья Виллибальд и Каритас Пиркгеймеры. В 1471 году в город приехал известный математик и астролог Региомонтан. Если Фауст, находившийся в Фюрте, продолжал ждать решения о допуске в город, то Иоахим Камерарий и Иоганн Шёнер начиная с 1526 года обосновались в Нюрнберге. Оба занимали профессорские должности: Шёнер преподавал математику, а Камерарий – греческий и историю. Наконец, оба профессора занимались астрологией.

Вполне вероятно, что, когда тот, кто однажды дал астрологический совет епископу Бамбергскому, постучался в калитку возле их небольшого участка, Шёнер и Камерарий решили вместе держать конкурента на дистанции. Помощник бургомистра Хольцшуэр был знаком с Камерарием и наверняка информировал того о запросе Фауста. Камерарий и Шёнер не только дружили, но также были коллегами, и мы вправе предположить, что они вместе защищали общие интересы. Позже Камерарий и Фауст ещё столкнутся друг с другом (об этом говорят исторические документы), так что их соперничество или началось в Нюрнберге, или впервые открыто проявилось в этом городе.

Камерарий преподавал греческий в Эрфуртском университете в 1518 году, вскоре после визита Фауста в Эрфурт, и несомненно слышал истории о его магических подвигах. В 1521 году он перебрался в Виттенберг, где подружился с Меланхтоном. В филологии Камерарий разбирался лучше Меланхтона и со временем завоевал международную известность в этой области.

В Нюрнберге перед Камерарием открывалась прекрасная карьера учёного. Для своей книги «Астрология» он перевёл и отредактировал работы астролога Гефестиона Фиванского, произведения Гермеса Трисмегиста и тексты астролога II века Виттия Валенса. Он также пользовался рукописями Региомонтана из библиотеки Шёнера. Библиотека Шёнера считалась ценным собранием. Из этой библиотеки Камерарий опубликовал комментарий Теона Александрийского к астрономическим работам Птолемея. Он также работал над переводом и комментариями к греческому изданию астрологического трактата Птолемея, известного как «Тетрабиблос» и опубликованного в Нюрнберге в 1535 году. Помимо этой научной работы Камерарий занимался частными астрологическими консультациями, предназначенными для аристократии. Судя по опыту Фауста в Бамберге, это занятие приносило хороший доход – и Камерарий явно не желал появления конкурента.

Наконец, в тот год в Нюрнберге проходил рейхстаг. После того как в 1531 году князья-протестанты и города организовались в Шмалькальденский союз, император Карл V был вынужден вступить с ними в переговоры. Результатом стал договор о религиозном мире, подписанный в Нюрнберге 23 июля 1532 года. Протестанты получили гарантии, что их не будут притеснять до очередного собора или сейма, а Карл получил возможность начать военную кампанию против османов. Нюрнберг выставил вдвое больше солдат, чем обычно, и в сентябре армия турок начала отступление. Возможно, именно этот рейхстаг был причиной, побудившей Фауста к посещению Нюрнберга? Но какой политический смысл скрывался за решением не допускать Фауста в город, учитывая его прошлое знакомство с епископом Бамбергским?

В Нюрнберге на поверхность всплыло старое обвинение против Фауста. Его считали «известным содомитом». Итак, нам напомнили о старом пасквиле Тритемия. Теперь мы видим, насколько катастрофическими оказались последствия в своё время пущенных слухов. Но был ли Фауст «известным содомитом» и удалось ли Камерарию вместе с Шёнером посмеяться в рукав при виде того, как перед магом закрывают городские ворота?

Великий и могучий морской дух

Судя по тому, что напечатал издатель XVII века, в 1532 году Фауст уже умер. Он оставил всё мало-мальски ценное своему помощнику (издатель назвал этого человека Вернером, но чаще о нём говорят как о Вагнере), в том числе книгу по магии, которую издатель предлагал вниманию публики. Оказывается, этот Вернер потерял книгу Фауста. Книга переходила из рук в руки, пока наконец не оказалась у человека, сумевшего с её помощью добиться весьма большого успеха. В 1532 году этот человек надёжно спрятал книгу, возможно, потому, что испугался скрытой в ней силы. Книгу вновь обрели в 1661 году, и уже в 1692 году издатель представил ее публике как самое действенное и доступное руководство по фаустовским ритуалам.

Центральным элементом изданной в Амстердаме под названием «Великий и могучий морской дух доктора Фауста» был способ вызова самого Люцифера, а также морских духов Форнеуса, Вепара (Вепхара) и Залеуса. Был ещё один дух по имени Пэймон, появлявшийся без всякого вызова в качестве спутника Люцифера. Эта «чёртова команда» предлагала следующие услуги: «Теперь можешь требовать у Люцифера всё золото, и серебро, и другие ценности, какие лежат на дне морском, произрастают в море или тонут с погибшими кораблями – всё, что пожелаешь»{345}.

Хотя сомнительно, чтобы эта работа принадлежала Фаусту и датировалась (как утверждал издатель) XVI веком, тем не менее в ней были использованы имена духов, аутентичных эпохе Возрождения. Все четыре названных демона перечислены в работе Вира 1563 года, а их характеры совпадают с данными из описания.