Трофейная жена для лорда-дракона (СИ) - Олеся Рияко

но тут же зажмурилась, почувствовав, как острое лезвие у ее горла вновь больно обожгло кожу.

К счастью Арвольду этого было достаточно, чтобы увидеть опасность и стражник, поймавший горлом короткий, наотмашь брошенный нож, уже больше не предпринимал попыток подняться.

Оставшиеся в тронном зале воины, демонстративно отступили от Арвольда, некоторые даже отбросили мечи, предпочтя отступить за спины трясущихся от ужаса вельмож. Иные опустили головы, признавая свое поражение и лишь некоторые все еще бросали взгляды на Маркуса Грэйна.

Однако тайных дел мастер выглядел не увереннее своих подчиненных.

Тамила чувствовала, как дрожали его пальцы, больно впившиеся в ее плечо. Как опасно трепетало в его руках лезвие, прижатое к ее горлу.

— Это… что это… — едва смог выдавить из себя Маркус, и сразу же попятился назад, едва Арвольд обернулся в его сторону. — Кто научил тебя…

— Библиотека Аджая самая древняя из известных в мире.

Со злой усмешкой ответил дракон и медленно двинулся в его сторону. Не нарочито, словно просто желая лучше видеть и слышать своего врага.

— Там было много интересных свитков о драконьей магии обращения.

— Аджай?! — с возмущением воскликнул Грэйн. — Так вот в какой дыре ты, змееныш, прятался!

— Прятался? Ты хотел сказать скрывался от подосланных тобой убийц?

Маркус словно не слышал его. Тамила не могла видеть лица мужчины, но ей показалось, что тот едва ли не бредит. Неразборчиво, путанно, вслух проговаривая свои мысли:

— Я думал ты нанял головорезов, а это были аджайцы… c чего бы им идти за тобой… да… что же ты им пообещал…Ага! Так вот кому ты служишь? Шаху Тазару!

Воскликнул он с победоносной усмешкой, словно только что раскрыл тщательно скрытый план.

Тамила поймала на себе холодный, сосредоточенный взгляд Арвольда. Точнее он смотрел даже не на нее, а на нож у ее горла. Не сводя с него глаз, не моргая, словно пытаясь расплавить его силой мысли, что конечно же было не в его власти.

В этот момент она поняла, что Арвольд зачем-то тянет время, но зачем? Быть может, кто-то еще есть здесь с ним сегодня. Кто-то, на чью помощь он рассчитывал?

— Я никому не служу, Грэйн. — Тихо и уверенно ответил мужчина. — Я — дракон, и это твой последний шанс подчиниться. Но если ты желаешь в этом убедиться, будь готов к последствиям. Твои поступки… то что ты сделал с моей семьей, с моими друзьями и со мной, не достойно сострадания.

— Сострадание? — Словно не веря своим ушам переспросил тот и истерично рассмеялся. — Ты думаешь я жду от тебя сострадания?! Пожалей себя, идиот! Даже если ты спалишь ко всем чертям этот замок со всеми нами, тебе никогда не владеть этими землями!

Арвольд зло усмехнулся.

— А ты считаешь, что я за этим здесь?

— А чего ради ты еще мог проделать весь этот крюк из другого конца мира обратно?!

— Не мерь всех по себе.

В этот раз он посмотрел прямо на нее. Заглянул Тамиле в глаза, завладев всем ее вниманием так, словно мог говорить с ней одним лишь взглядом.

В нем она увидела тепло и уверенность. Увидела то, чего ей так не хватало в каждой беседе с ним прежде… признание в том, что она нужна ему, что для него она единственная и вечная ценность. И больше всего на свете он боится лишь одного — снова ее потерять.

— Я вернулся ради справедливости. Вернулся за своей землей и твоей жизнью. Но готов оставить все это тебе, если ты сейчас же отпустишь Тамилу.

— Во-от как?

Издевательски протянул Грэйн, и уже открыл было рот, чтобы выплюнуть еще пару мерзких слов, но в растерянности отшатнулся, едва не выпустив девушку из рук.

Леди Ирма вцепилась в руку мужа, непроизвольно заставив того на миг убрать нож от ее горла.

— Маркус! — завопила она не своим голосом, — Отпусти ее! Отпусти сейчас же! Что ты делаешь?! Он же погубит всех нас, если ты продолжишь!

Он оттолкнул ее от себя с возмущением и без единой капли жалости, словно на самом деле никогда не испытывал к жене ни одного чувства сильнее раздражения.

И все же голос Мракуса Грэйна изменился. Услышав его за своей спиной снова, Тамила подумала, что в нем стало куда меньше уверенности, чем прежде.

— Ладно, дракон… Хочешь честной дуэли, да? Тогда при чем здесь я? Ты ведь пришел за девчонкой? Так разве со мной тебе нужно биться?

— Отец?!

Возмущенно воскликнул Румо, до того осторожно державшийся в стороне.

— Маркус, ты не в своем уме!

Переведя насмешливый взгляд со смертельно бледной жены на раскрасневшегося сына, Грэйн, казалось, развеселился еще больше.

— А что я сказал не так, моя дорогая? Если хочешь власти, должен быть готов отстоять ее с оружием в руках, сопляк! Берись за меч и возьми свое право на эту девчонку силой!

— Нет… Нет!

Голос Ирмы дрожал, да и сама она тряслась, словно стояла в одной сорочке на ледяном ветру.

— Я не позволю! Не смей! Я все им расскажу! Маркус, это же наш сын! Как ты можешь…

— Ну все. — Недовольно прохрипел король. — Довольно этого балагана.

Резкий щелчок пальцев, раздался во внезапно наступившей тишине, словно спуск крючка на арбалете. Вокруг началась возня, из конца зала послышались крики — это стражники, те, кто не бросил оружие, вступили с кем-то в бой.

Ожесточенный и короткий.

Глава 65

Тамила, как и все, заозиралась вокруг, не сразу поняв, что именно видит. А все потому, что разум отказывался верить глазам — тихие, незаметные слуги, простые лакеи в тонких ливреях, которым никто не придавал значение, играючи обезоруживали и скручивали всех, кто смел оказать им сопротивление.

— Что…

Только и успел выдохнуть Маркус над ее ухом и в тот же миг лезвие, жалящее горло Тамилы при каждом неосторожном движении, исчезло. Зато другое такое же появилось уже у самого кадыка Грэйна. Его прижимал к нему невысокий лысый мужчина с ярко-голубыми глазами.

Он едва заметно кивнул девушке и пнув Маркуса под колено, заставил того выронить из руки нож и широко развести руки.

Вздохнув устало и столь же тяжелым, скучающим взглядом, обведя всех присутствующих, король неспешно прошел вперед, к замершей у ног мужа леди Ирме, чтобы помочь той подняться.

— Вы не больны? Вы все это время не были больны? — пересохшими губами шептала она, не сопротивляясь.

— Боюсь, все же болен. — Грустно улыбнулся ей король. — Но не настолько, чтобы уйдя от дел, совсем пустить все на самотек. Пожалуй, оставить при