Снежная сага - Данил Сергеевич Кузнецов

опору, в падении оторвал одну руку от меча и зашарил ею в поисках Натальи с Хремгиром.

Колени коснулись покрытого снегом острого каменистого склона и завопили от боли. По ушам совсем рядом резанули женский визг и мужской крик. Наверное, у Шитова из горла тоже вырвались какие-то звуки — он точно не помнил.

Георгий упёрся свободной ладонью в склон, ощутил, как заныли от холода и боли пальцы. Меч как будто воткнулся в камень; рукоятку резко потянуло вперёд и вниз, и следак дёрнул её на себя, стараясь удержать равновесие.

Визг не умолкал. Крик мужчины сменился тихой шипящей бранью на сложном для произношения наречии. В голове у Георгия сам собой всплывал перевод — Хремгир не выпустил меч. И то ладно.

— Наталья! Держись! — бросил следак во тьму и, балансируя на коленях, вслепую потянулся куда-то перед собой. — Дай руку!

— Жор! Где ты?!

— Здесь!..

Первое тепло в окружающем холоде — живые женские пальцы.

— Нашла! А Хремгир где?

— Ki ert fnym… — «Здесь я…»

— Как ты? Где мы?..

— Хороший вопрос, — ответил Георгий, изо всех сил удерживая меч и руку Натальи. — Но явно уже не в России. И не на Земле. Что скажешь, Хремгир: это похоже на твой мир?

— Не то слово… Кажется, мы в тех горах, откуда я тогда и спасся. Вот только где именно?..

— Думаю, создаваемый мечом портал имеет привязку к месту… — Георгию было трудно говорить от напряжения, которое тянуло его вниз и вперёд. — Точки с одинаковыми координатами связаны, и, уехав на сорок километров от одной, на столько же удалимся от другой… Да упритесь уже как-нибудь, я устал вас держать!

— Как?! Мы над обрывом!..

— Что?! Эх, вот же… Не бойтесь, я вас вытащу!

Стиснув зубы от натуги, Георгий подался назад и перенёс вес с колен на ступни. Спереди зашуршало, и напряжение вмиг ослабло наполовину: Наталья выбралась на склон.

Вдвоём с Шитовым они вытянули и Хремгира. Вонзили меч в камень чуть повыше и, сжимая рукоятку — каждый одной ладонью, немного перевели дух.

— Что нам теперь делать? — спросила Наталья.

— Наверх лезть, что же ещё, — фыркнул Георгий. — Пожалуй, я лишь сейчас понял, что значат слова «ни шагу назад». Куда шагать, если сзади — пропасть?..

— Нам надо найти ближайшее поселение горцев, — донёсся сбоку голос Хремгира. — Если всё так, как ты говоришь, то где-то в этих местах они должны жить покучнее… я знаю, я в Замке слышал… Только давайте тише: вдруг Огненные добрались и сюда в поисках меча?..

— М-да, вот ещё проблемка… Полезли? А то я уже задубел — на месте стоять…

Кое-как — с пыхтением, с окоченевшими и ободранными руками, с негромкими матами сквозь зубы — беглецы выбрались на ровную площадку метрах в двадцати выше по крутому склону.

«Повезло нам, — подумалось Георгию, когда он смог опуститься наземь около воткнутого в камень клинка и засунуть ладони внутрь рукавов, а те — в карманы пальто. — Могли бы до посинения вверх карабкаться — и, обессилев, сорваться… Или отбежать в лесу чуть дальше — и сразу разбиться здесь. Но, раз мы живы, — значит, для чего-то нужны… О, у меня даже пистолет не выпал! Весело… Чёрт возьми, как же тут холодно!..»

Он вытащил руки из карманов и растёр немеющие уши, затем — бритую кожу на голове. Были бы волосы как у Хремгира — может, не так бы голова мёрзла…

— Слышите? — шепнул вдруг каремник. — Шорохи. Точно вокруг есть кто-то…

Георгий ещё немного потёр голову, опять спрятал руки в тепло и прислушался. Сначала не уловил ничего, кроме собственного дыхания, но вскоре в сознании и вправду стали появляться какие-то еле различимые звуки. Скрип камешка… тихий стук… странное дуновение ветерка, на котором что-то словно развевалось…

Без сомнения, рядом кто-то был. И явно не один. Более того, эти люди, судя по звукам, уже окружили беглецов. И выхода из этого кольца не было.

Хотя… в одну сторону троицу с мечом, может, и пропустили бы. К обрыву — и прямиком к гибели.

Но те, кто таился сейчас во тьме, почему-то не спешили нападать. Несмотря на то, что могли. И невольно возникал вопрос: чего же они хотели?

— Мне страшно… — не удержавшись, выдохнула Наталья.

В следующий миг где-то сбоку (в темноте трудно было определить точное направление) кто-то, похоже, стукнул камнем о камень… и в нескольких метрах от сбившихся в кучку беглецов вспыхнуло ровное жёлтое пламя факела. Наклонилось чуть вбок — и зажглось ещё одно, которое, в свою очередь, передало эту эстафету дальше.

Вскоре вокруг троицы образовалось настоящее кольцо из горевших огней. В их свете стали видны силуэты людей, закутанных в одежды, напоминавшие то, в чём был Хремгир.

Каждый держал в одной руке факел, в другой — какое-нибудь оружие. У большинства были копья длиной примерно в рост человека, но там, откуда эстафета огня и пошла, выделялись люди с чем-то вроде коротких мечей. Наверное, они и были здесь главными.

Беглецы поднялись на ноги и сгрудились около ледяного меча, погружённого на треть длины в шероховатый камень площадки.

Георгий одной рукой приобнимал прижавшуюся к нему Наталью, которая испуганно смотрела исподлобья на неизвестных с копьями. Хремгир же стоял в полушаге от спутников, с другой стороны от реликвии, положив ладонь на её эфес, и глядел без страха, с оттенком независимости.

Внезапно один из факелов — зажёгшийся первым — двинулся вперёд, внутрь круга. Георгий напряг зрение и получше рассмотрел человека, который подходил к ним троим, неся огонь на конце длинной палки.

Он был почти в таком же меховом плаще, как и Хремгир, разве что более новом и получше выделанном. Под одеждой угадывалось мощное, плотное тело, которое явно не расплылось от еды, а было закалено в боях. Роста этот человек был невысокого — на голову ниже самого следака или каремника, — но впечатление производил.

Капюшон плаща был им накинут, но в свете факела виднелось обветренное лицо, изборождённое морщинами, с парой живо блестящих тёмных глаз и коротко обрезанной седоватой бородой. На вид мужчине было лет пятьдесят, но Георгий понимал, что мог немного и ошибиться. Другой мир, другие правила, другие стандарты…

И довершал образ короткий клинок из кости, который матово отсвечивал от факела в руке мужчины. Оружие смотрело острым концом вниз, однако было ясно: в случае чего оно вмиг окажется у чьего-либо горла.

— Ny llyk irt? — спросил у беглецов человек в плаще хриплым раскатистым баритоном.

Георгий без особого удивления отметил прозвучавший в мозгу перевод: «Кто вы?» — но