Руби - Вирджиния Эндрюс

– Это не сигареты, это косяк.

– Косяк?

Улыбка Мартина стала шире. Бо сел на кровати, брови его поднялись, и на лице появилось выражение любопытства. Я покачала головой.

– Ты никогда не слышала о конопле, марихуане? – спросила Жизель.

Я округлила губы. Марихуаны я никогда не видела, но знала о ней. На протоке было несколько лачуг-баров, в которых, как предполагали, происходили подобные вещи, но бабушка Катрин предостерегала меня, чтобы я никогда не подходила даже близко к ним. И некоторые дети в школе говорили об этих притонах, причем считалось, что курили в основном коноплю. Но никто из моих друзей этим не занимался.

– Конечно, я слышала об этом, – сказала я.

– Но сама никогда не пробовала? – спросила Жизель с улыбкой.

Я покачала головой.

– Может, поверим ей на сей раз, Бо? – поинтересовалась моя сестра. Молодой человек пожал плечами.

– Это правда, – настаивала я.

– Тогда это будет твоя первая проба, – заявила Жизель. – Мартин…

Тот поднялся и передал каждому из нас по сигарете. Я замешкалась, брать ли мне.

– Бери. Она тебя не укусит, – сказал он, смеясь. – Тебе понравится.

– Если хочешь быть в нашей компании и проводить время с остальными моими друзьями, ты не должна быть занудой, – заявила Жизель.

Я взглянула на Бо.

– Попробуй хоть один раз, – проговорил он.

Я неохотно взяла сигарету. Мартин дал нам прикурить, и я сделала быструю затяжку, выдохнув дым, как только он коснулся моего языка.

– Нет-нет-нет, – сказала Жизель. – Это не курят, как сигару. Ты притворяешься или действительно так глупа?

– Я не глупа, – возразила я с возмущением и взглянула на Бо, который откинулся на кровать и вдыхал дым марихуаны явно со знанием дела.

– Неплохо, – заявил он.

– Втяни дым и подержи его немного во рту, – учила Жизель. – Давай, делай так, как я сказала, – скомандовала она, стоя надо мной и приковав свой каменный взгляд к моему лицу. С большой неохотой я подчинилась.

– Вот, теперь так, как надо, – похвалил Мартин. Он сидел на корточках на полу и попыхивал своей сигаретой.

Жизель включила музыку. Все смотрели на меня, поэтому я продолжала втягивать дым, держать его во рту, выдыхать и понятия не имея о том, что же должно произойти. Но вскоре в голове появилась необычайная легкость, будто я могла закрыть глаза и подняться к потолку. У меня, должно быть, сделалось очень смешное лицо, потому что все трое начали смеяться, только на этот раз, сама не знаю почему, я засмеялась вместе с ними. Это вызвало у них еще больший приступ смеха, и я смеялась еще сильнее. Я смеялась так громко, что мой желудок начал болеть, но как бы он ни болел, я не могла перестать смеяться. Каждый раз, когда я останавливалась, стоило мне взглянуть на кого-нибудь из ребят, как я вновь начинала хохотать.

Внезапно мой смех перешел в плач. Не знаю, почему это случилось. Я почувствовала, как мое лицо сморщилось и по нему потекли слезы. Прежде чем я опомнилась, я уже сидела на полу по-турецки и рыдала как ребенок.

– Ух ты, – проговорил Бо. Он быстро поднялся, вырвал сигарету с марихуаной из моих пальцев и выбросил ее вместе с тем, что осталось от его сигареты, в туалет Жизель.

– Эй, это хороший товар, – крикнул Мартин, – и к тому же дорогой, – добавил он.

– Сделай что-нибудь, Жизель, – сказал Бо, когда увидел, что мои рыдания не прекращаются, а только усиливаются. Плечи мои сотрясались, грудь болела, я не могла остановиться. – Эта штука оказалась слишком крепкой для нее.

– И что, предполагается, я должна сделать? – воскликнула Жизель.

– Успокой ее.

– Вот ты и успокаивай, – заявила девушка и растянулась на полу. Мартин захихикал и подполз к ней.

– Прекрасно, – произнес Бо. Он подошел ко мне и взял мою руку.

– Пошли, Руби. Тебе лучше пойти и лечь у себя. Пошли, – настаивал он.

Все еще плача, я позволила ему поднять меня на ноги и увести из комнаты.

– Это твоя спальня? – спросил он, кивая на соседнюю дверь. Я кивнула в ответ. Бо открыл дверь и ввел меня в комнату. Он подвел меня к кровати, я легла и закрыла руками лицо. Постепенно мои рыдания становились тише и реже, а потом перешли в тихое хныканье. Внезапно я начала икать и никак не могла остановиться. Бо сходил в ванную и принес стакан воды.

– Выпей немного, – сказал он, садясь рядом со мной и помогая мне поднять голову. Он поднес стакан к моим губам, и я немного отпила.

– Спасибо, – пробормотала я и начала опять смеяться.

– О нет, – воскликнул парень. – Ну-ка, Руби, возьми себя в руки. Давай-ка, – уговаривал он меня. Я пыталась задержать дыхание, но воздух взрывался у меня во рту, раскрывая мне губы. Что бы я ни делала, это вызывало у меня вновь и вновь приступы смеха. Наконец я слишком изнемогла, выпила воды, закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

– Прошу прощения, – простонала я. – Прошу прощения.

– Все нормально. Я слышал о людях, у которых была такая же реакция, но никогда не видел ничего подобного. Теперь ты чувствуешь себя получше?

– Я чувствую себя нормально. Просто устала, – добавила я и позволила себе откинуться на подушку.

– Ты настоящая загадка, Руби, – проговорил Бо. – Кажется, ты знаешь намного больше о разных вещах, чем Жизель, и вместе с тем так многого не знаешь.

– Я не лгу.

– Что?

– Я не лгу, просто познакомилась с ней в автобусе.

– А-а. – Некоторое время Бо сидел молча. Я почувствовала, как его рука коснулась моих волос, а потом ощутила, что он наклоняется и нежно целует меня в губы. Во время поцелуя я не открыла глаза, не открыла их и позже. Потом, когда я думала об этом, я не была уверена, случился ли этот поцелуй на самом деле или это было еще одной моей реакцией на марихуану.

Я была уверена, что почувствовала, как Бо поднялся с кровати, но уже крепко спала, прежде чем он дошел до двери. Я не просыпалась до тех пор, пока не почувствовала, что кто-то трясет меня за плечо так сильно, что вся кровать сотрясается от этого. Я открыла глаза и увидела Жизель.

– Мама послала меня привести тебя вниз, – пожаловалась она.

– Что?

– Они ждут за обеденным столом, глупая.

Я медленно села и выдавила сон из глаз, чтобы посмотреть, который час.

– Наверное, я потеряла сознание, – сказала я, пораженная, что прошло так много времени.

– Да, наверное, но смотри, не говори им, почему это с тобой случилось, и ни слова о том, что мы делали, поняла?

– Конечно, не скажу.

– Хорошо. – Жизель некоторое время смотрела на меня, и ее губы растянулись в двусмысленной улыбке. – Кажется, ты сильно нравишься Бо, – заявила девушка. – Он был очень расстроен тем, что произошло.