Неандертальский томагавк в астроархеологии - Александр Розов

— Да! Это очень здорово! — отозвался Мвен, парень, как и Том, похожий на древнего афроамериканского боксера из юниорской сборной.

— Это, — возразил Хольм, — пустышка, которую желательно превратить в эргономичный, экологически насыщенный, комфортабельный вывернутый планетоид, или блуми, где классические гуманоиды числом до трех тысяч единиц, смогут жить с удовольствием.

— Я хотела бы заниматься экологией, — немного нерешительно сказала Инэс, еще одна девушка афро-европейского типа.

— Отлично! Считай, ты уже этим занимаешься. Как бы ты распределила экосистемы по оперативному полю? Где у нас будут экваториальный пояс, где тропики, где море.

— Море? — переспросил Нил.

— Да, — Хольм кивнул, — обычно на крупных блуми делают море. Это симпатично.

— Но не догма, — заметила Рами, — можно сделать вместо этого систему озер.

— А можно сделать большой водопад? — поинтересовался Рен.

— Почему бы и нет, — сказал Хольм, — если придумать под это ландшафтный дизайн.

— Ого… — юный гесионец напряженно задумался.

— Скажите, — встряла Вале, — А как удалось доставить сюда из Солярии такую сферу?

Рами улыбнулась и покачала головой.

— Блуми весит не так много, всего около тысячи тонн, если не считать воздуха, воды и оборудования. Но, конечно, его никто не транспортировал из Солярной системы. Он выращен из местных метеоритных материалов. Вода, кстати, тоже местная. Маленькая комета, которую перехватили синсекты, обеспечила нам реку, и кислород, получаемый обычным электролизом, и водород для реактора. Зачем возить из Солнечной системы материалы, которые летают по космосу здесь, на месте? А доставлялся только пакет синсектов, которые сконфигурированы для выполнения астроинженерных работ.

— Это очень здорово… — снова произнес Мвен.

— А потом будет замкнутый экологический цикл? — спросила Инэс.

— Да, — Рами кивнула, — по твоему проекту. Ведь это ты занимаешься экологией.

— Прежде чем строить планы, — заметил Жак, — надо знать, для какой это задачи.

— Задача, — ответил шкипер, — максимум комфорта для жителей и для гостей, с учетом разнообразия вкусов и даже предсказуемых капризов. В идеале, хорошо бы построить интерьер так, чтобы человек, побывавший здесь, а потом прилетевший в любое самое знаменитое место для отдыха, сказал: «ну, тут неплохо, но на блуми у Гесионы…».

— …Настолько лучше, — весело договорила Рами, — что и сравнивать невозможно.

— Кстати, — добавил Хольм, — надо срочно придумать этому блуми красивое имя.

— Евклид! — тут же выпалила изящная девушка, видимо корейского происхождения.

— Тахэ, — удивилась Рами, — почему вдруг Евклид?

— Потому, — ответила та, — что я сразу вспомнила школьную геометрию, и… В общем, ассоциация. По-моему, Евклид это красивое имя. Разве нет?

— Красивое, — согласилась бортинженер, — но надо, чтобы стиль соответствовал. Что-то геометрическое, но при этом, биоморфное и гуманное, под девизом «Три О».

— Три О? — озадаченно переспросила Веда.

— Да. Оригинально Организованная Оргия. Давно пора побороться с Таити за почетный титул «Остров Любви». Конечно, у Таити есть гандикап в виде природы, но там уныло-постоянная гравитация! А на Евклиде гравитация меняется вдоль любого меридиана от земного значения на Экваторе до нуля на оси! Это надо грамотно использовать!

— Мне кажется, — заметила Олла, — что оргия, это слишком животное удовольствие.

Шкипер Хольм сделал уверенный отрицающий жест ладонью.

— Слово «слишком» тут некорректно. Человек, это высокоорганизованное животное, и любые удовольствия у него животные по определению. А оргия, это одна из наиболее сложных и захватывающих форм эротической игры, доступный только человеку и, в некоторой степени, бонобо. Круговые фольклорные танцы были прелюдией к оргии в первобытных обрядах, связанных с плодородием. Это научно-этнографический факт.

— Но, — добавила Рами, — я не настаиваю на этом варианте. Предложите другой вариант, который лучше, чем оргия, будет соответствовать целям гуманного релакса, и давайте конфигурировать среду блуми Евклид под такой лучший вариант.

— Не забывайте, стажеры, — напомнил Хольм, — что Евклид — совместный объект: первая орбитальная станция для Афин-на-Гесионе и форт-58 для Солярного Патруля.

— А почему «форт-58»? — спросил Беар светловолосый парень скандинавского типа.

— Просто, по порядковому номеру, — пояснил шкипер.

Эста и Леа, две девушки — близняшки, похожие на карибских креолок, переглянулись.

— А можно посмотреть, как устроен какой-нибудь форт на блуми? — спросила одна.

— Мы не будем копировать, — пообещала вторая, — нам просто для примера.

— И еще… — продолжила Эста, — можно поплавать в реке?

— Так лучше думается, — пояснила Леа.

— Ответ «Да» на оба вопроса, — отреагировал шкипер, — Конкретно по первому вопросу: откройте на ваших коммуникаторах страничку «орбитальные форты Патруля», и там посмотрите все, что интересно. Но, не увлекайтесь простым просмотром. Хотелось бы увидеть что-то вроде вашего концепта или скетча… Скажем, через 5 часов, здесь же.

30

Через 5 часов на том же месте

Блуми — орбитальная сфера у Гесионы

Лидер стажеров Нил продолжал выглядеть как юный спартанский воин, но уже после сражения, завершившегося в пользу противника. О нет! На нем не наблюдалось следов физического воздействия инструментами античных боевых действий. Но его красивые серые глаза, и все лицо, и все его тело, выражали отчаяние или даже загнанность.

— Мы не понимаем, — сообщил он.

— Чего именно? — мягко спросила Рами.

— Ничего не понимаем, — печально ответил он, — мы смотрели форт-42 Лавкрафт, тоже сферический блуми, у планеты Ктулху, система Немезиды, субкоричневого карлика в периферийной области Солярной системы.

— Форт-42 — заметил Хольм, — это был первый эксперимент по выращиванию оболочек методом астробионики. Его диаметр 200 метров, и площадь 12 гектаров. А у нас 500 и площадь 75. Серьезная разница. И, форт-42 по форме скорее тыква, чем сфера.

— Мы это усвоили, — сказала Олла, — но, мы не понимаем: почему там так организована жизнь? Почему люди проводят время в таких бездумных развлечениях?

— Грр, — удивился шкипер, — я несколько месяцев работал в форте-42 Лавкрафт, мне не показалось, что там уж такие бездумные развлечения. Подвижные игры, популярные у экипажей Ктулху, конечно, не относятся к интеллектуальным, но это ведь релаксация. Представьте себе настроение звена патрульных капралов, которые 20 часов ползали по поверхности Ктулху, покрытой силикатным глюкеаном, и обеспечивали безопасность научной группы. А глюкеан, товарищи стажеры, это такая хреновина, по сравнению с которой любая болотная топь, или зыбучие пески, кажутся детской площадкой. Плюс, атмосфера: метан, водяной пар, аммиак, водород и их летучие производные. При грозе образуется цветной туман, который из-за эффекта электроакустического резонанса и высокой концентрации свободных радикалов, почти ослепляет портативные сонары и радары. Конечно, эти эффекты делают Ктулху сокровищем для физико-химической планетологии. Благодаря Ктулху, технология терраформинга сделала качественный скачок. Молекулярная робототехника и бионика — тоже. Вы видите здесь в форте-58, множество кочек с мачтами-одуванчиками. Они созданы по образцу оригинальных ктулхианских живых организмов. Там похожие одуванчики вырастают на верхушках водородных пузырей, бросают друг другу тросы-паутинки, и связываются в гибкий и прочный каркас, на котором потом развиваются мембраны-панели, и объединяются в огромные тенты-листья, в которых идет инфракрасный фотосинтез. Джунгли Ктулху. Инженерная бионика реализовала похожий процесс для строительства синтетических ландшафтов. Мы будем строить ландшафт Евклида именно по такой технологии. Но, вернемся к тому моменту, когда и полевые ученые, и капралы группы защиты, после исследовательской смены прилетают обратно в форт-42 Лавкрафт. Какое у них будет первое желание? Угадавший выиграет приз за находчивость. Три попытки на всех.