Портреты гомеопатических препаратов (часть 1) - Кэтрин Култер

На одной из серии комических рисунков Дунзбери изображен неряшливый и небритый, по виду Sulphur, Марк Слэкмейер, который одеждой и поведением выражает протест против установок своей процветающей и зажиточной семьи. К нему обращается мать со словами: «Марк, дорогой, мне интересно, что ты думаешь о материальной собственности?» Он отвечает с чувством непререкаемой правоты: «Ты, конечно, должна знать, мама, что взгляды Маркса, Христа, Ганди и мои взгляды на материальную собственность полностью совпадают, т. е. собственность является проклятием человечества». «Я так рада слышать это из твоих уст, — отвечает она оптимистично испуганному сыну. — Я как раз только что вернула в магазин твой мотоцикл».

Даже Sulphur, который стремится к материальным приобретениям и наслаждается своими вещами, может проявлять настоящие антиматериалистические черты в отношении своей одежды, в «безразличии к своему внешнему виду» (Кент). Как подросток, так и взрослый, любят одеваться в хлопчатобумажный спортивный свитер, порванные спортивные тапочки и джинсы (всеобщая популярность последнего из перечисленных предметов одежды свидетельствует о преобладании среди населения тенденций Sulphur), что происходит не столько из-за отсутствия у него эстетического понимания, сколько из-за потребности цепляться за свои вещи. Благодаря свидетельствам длительного пребывания в распоряжении Sulphur и вследствие этого будучи хорошо поношенной, его одежда становится как бы частью его самого, а как можно выбросить часть самого себя?

По этой же самой причине предпочитаемая взрослым Sulphur одежда может состоять из твидового пиджака двадцатилетней давности, хорошо потертого на локтях или с плохо пришитыми заплатками, и пары засаленных, плохо на нем сидящих брюк, которые, кажется, он приобрел при благотворительной распродаже. Ему нравится чувствовать себя удобно в этих старых любимых одеждах, этих старых настоящих друзьях, заслуживающих полного доверия (Natrum muriaticum). «Если жена о нем не заботится, то он может носить (рубашку) до тех пор, пока она не развалится на нем на куски» (Кент).

Однако и здесь можно встретить прямо противоположное. Он может быть очень внимательным к одежде, одеваясь опрятно и дорого и стремясь произвести впечатление на своих родственников. Однако, даже когда он одевается хорошо, одна какая-то деталь может оставаться поношенной или старой: то у туфель стоптанные каблуки или сбитые носки, то помят воротник или галстук перекручен. Чаще всего это неподходящие носки. Несмотря на высокую стоимость и внимание к портновскому искусству, какая-то одна деталь может быть упущена («может выглядеть очень щегольски, но всегда что-то не в порядке», Блэки), и общее впечатление остаётся по-прежнему Sulphur.

Привязанность к старым рваным вещам является ещё одной гранью того, как этот тип гордится своей собственностью, что в гомеопатической литературе описано так: «считает, что владеет красивыми вещами; даже тряпки считает красивыми» (Геринг). Его восхищение всем, чем сам владеет, выглядит экстравагантно, и во всём ему принадлежащем он видит достоинства там, где никаких достоинств нет. У ребенка эти чувства направлены на предпочтение, отдаваемое старой бейсбольной карте, у взрослого — на особую привязанность к какой-нибудь старой рубашке. Это проявляется, например, у родителя типа Sulphur, который гордится ребенком, не имеющим никаких внутренних качеств, заслуживающих подобную гордость. Он может похвастаться своим сыном, склонным к недобрым проделкам и присвоению чужого: «В один прекрасный день он станет хорошим бизнесменом»; а о дочери, которая лжёт и обманывает, он с неподдельным восхищением в голосе отваживается высказать предположение: «Она такая умная, намного умнее, чем другие дети. Она, конечно же, преуспеет в жизни». О той же дочери мамаша Sulphur говорит: «О, у неё великолепный вкус! Другие девушки выглядят серенькими рядом с ней».

Гордость за собственных детей — это, без сомнения, общая для всех черта, но у Sulphur это совсем иное. Другие конституциональные типы могут не видеть недостатков своих детей или преувеличивать их хорошие качества, но все же более объективны в своих оценках. Arsenicum album критичен, даже несмотря на то, что хвастлив; Sepia бесстрастна и лишена иллюзий, как обычно Natrum muriaticum и Nux vomica; Pulsatilla нежная и всепрощающая, но видит всё ясно; Calcarea carbonica может потакать плохому поведению, но не будет его защищать. Никто не станет прощать эгоизм и непривлекательные стороны ребенка. Но Sulphur (а также Lycopodium) едва ли замечают недостатки в своей собственности и инстинктивно думают: «Если это мое, то оно должно быть восхитительно». Временами он может даже превозносить своё собственное умное, но не слишком похвальное поведение, хвастаясь поступками, о которых другие предпочли бы умолчать.

Ещё одним врожденным проявлением практического и материального в жизни Sulphur является его способность к бизнесу. Он часто обладает здоровым финансовым чутьем: и когда содержит небольшой бакалейный магазин, и когда управляет большой корпорацией. Некоторые из них больше интересуются экономикой и финансами как таковыми, чем накоплением личного богатства, а у других, кажется, единственной целью в жизни является такое накопление, и они ведут постоянную борьбу с судьбой ради того, чтобы добиться такой возможности. Для них деньги — это мерило успеха, и они судят о возможностях и талантах людей по тому, как много они зарабатывают денег. Этот индивидуум обычно относится к своим накоплениям упорядочено и бережно. Он не слишком широко открывает свой кошелек и не переводит свою удачу на дикие планы и рискованные вложения (как это мог бы сделать Phosphorus или Lachesis), но опирается на своё богатство как основу для гордости и ощущения могущества. Позже ему начинает нравиться преподносить в дар свой капитал большим и престижным организациям или основывать свои благотворительные общества. Он таким образом удовлетворяет как свои инстинкты щедрости, так и приобретения, и преуспевает в служении Богу и мамоне одновременно.

Некоторые из них очень прижимисты и не любят одалживать или тратить деньги на других (Arsenicum album). Муж может создавать трудности для семьи, настаивая на том, чтобы соблюдали ненужную мелкую экономию (Lycopodium). Он ставит домашний термостат на неудобные низкие температуры и отказывается покупать чайник со свистком или новый абажур, который больше подходит к обстановке. Sulphur любит экономить ради самой экономии, хотя у каждого индивидуума есть своя собственная причуда. Он гонит свой большой автомобиль за несколько миль, чтобы купить горючего на несколько центов дешевле, чем на ближайшей станции заправки. Конечно, это глупость, если учитывать дополнительный расход времени и износ машины, но это именно та экономия, которая так по душе Sulphur, против которой он не в силах устоять. Преуспевающий писатель печатает свои рукописи на обратных сторонах писем, счетов и других клочков бумаги, которые выбрасываются большинством людей. Он даже начинает волноваться, если его семья не следует его примеру. Однако после дозы лекарства эта скупость смягчается и домашнее равновесие сохраняется. Пациент уже позволяет семье потеплее обогреть дом или воспользоваться чистой почтовой бумагой, хотя сам продолжает по-прежнему пользоваться бумажными отходами. Гомеопат неоднократно обнаруживает, как «разблокировка» одного члена семьи при помощи конституционального лекарства влияет на улучшение отношений во всей семье.

Подобное поведение служит примером того, как Sulphur не любит отходов. Ничто не радует его больше, чем обед из остатков или возможность сохранить «вполне хороший» кусок проволоки из разобранного посудомоечного аппарата для починки электрики в его машине. Для него неотразимо привлекательна возможность «поторговаться». Если по дороге с работы домой он сможет купить по сниженной цене мускусную дыню или авокадо, то это будет главным впечатлением всего дня. И не имеет значения, что дыня переспелая и поэтому стоит только половину своей цены; он извлекает удовольствие из самого принципа покупки.

В своём стремлении поторговаться он может дойти до такой крайности, когда в результате его усилий ему приходится расстаться с половиной того, что он выторговал, но ему это тоже нравится. Так как в нем щедрость сосуществует рядом со скупостью, то он без конца кормит и содержит в доме друзей и родственников одновременно в течение многих дней, но в то же время не может устоять против того, чтобы не сэкономить несколько центов на полусгнившем авокадо. Зажиточный Sulphur обычно тратит свои деньги так, чтобы это было видно окружающим, — на покупку дорогих машин, стереоаппаратуры, на огромный дом или другие символы его материального статуса, или каким-либо другим образом проявляя свой взгляд на вещи, как сущий нувориш. Один из таких пациентов выразился о себе: «Страшно люблю эффектные покупки». Независимо от того, богат Sulphur или беден, его зачаровывает цена вещей и то, сколько кто зарабатывает, и это является главной темой разговоров многих неинтеллектуальных Sulphur (и Arsenicum album). Иногда он просто не может остановиться в разговоре о деньгах! Всякий, кто любит произносить с особым удовольствием и необычно часто фразы типа: «миллион долларов… миллиарды баррелей… тысячи акций…», безусловно, где-то в своей картине содержит качества Sulphur. Однако этот щедрый индивидуум будет с такой же радостью говорить и о высокой цене на фасоль или минеральную воду.