Игрок поневоле - Терентий Гравин

Если это так, то спрашивается: а на кой ему мы сдались? Живи себе спокойно, восстанавливай инфраструктуру земель, бери под свою власть города и превращайся в полновластного диктатора. Или ему настолько важно обладание моим Щитом?

Вряд ли… Что-то тут ещё кроется в возникшей его ненависти к нам…

Мелькнула было мысль, что недавно оживший труп увидел Даниэллу и влюбился в неё, но я отогнал её с максимально возможным сарказмом.

«Абсурд! Он её даже толком и рассмотреть бы не смог издалека. Да и такой моральный урод в любом случае скоро для себя целый гарем рабынь натаскает, если мы ему голову не свернём. Эх!.. Хорошо сидит!.. Вот бы сейчас по нему жахнуть!»

Позиция для нашей ракеты и для её дальности казалась идеальной. Вся проблема в том, что управляющее заклинание должно ориентироваться на высланную нашим магом вперёд пентаграмму с особыми рунами, а отправить её настолько далеко не получится. Или получится?.. Если постараться «закинуть» пентаграмму как можно дальше? Вдруг взрывная волна окажется достаточно большой? По некоторым намёткам, даже взорванная в пятидесяти метрах ракета начисто снесёт эту башню из брёвен к потрохам собачьим.

Только не стоит забывать, что Канцура — маг, причём очень сильный и живучий. Вон вчера каких три ранения получил, любой другой бы человек или умертвие — загнулся бы. А этот уже и не хромает вроде. Стойкий, скотина! Плюс ещё неуверенность да всякие «вдруг». Главного врага следует бить наверняка, в самое яблочко, чтобы от него и мокрого места не осталось.

На месте я не стоял, прохаживаясь по всему периметру стены и посматривая внимательно во все стороны. Заслоны и в самом деле были выставлены практически везде. Даже при желании уйти отсюда, пойдя на прорыв — будет довольно сложно вырваться, а потом и от погони оторваться. Надо будет поспрашивать баронов: есть ли отсюда подземный ход и как далеко он выходит из крепости на поверхность. Судя по всем канонам и правилам создания подобных миров, должен быть. Но мало ли…

Вернувшись по стене к воротам, заметил некоторые изменения в стане врага. Башня уже почти достроилась и обкладывалась снизу камнем. К чему такие сложности? Боятся нашей вылазки и страшного напалма? Увы, неисповедимы пути и помыслы всякой умершей швали.

Зато меня тотчас привлекла своим видом повозка, показавшаяся рядом с башней. Почти точная копия сожжённой нами вчера, но раза в полтора больше, массивней, и похоже, что не из дерева, а из железа. Или, скорей всего, покрыта стальными листами. Мать честная, настоящий танк! Только пушки и пулеметов не хватает… Тьфу, тьфу, тьфу! Чтобы не сглазить!

Но нет, сколько ни присматривался, а оружия стрелкового не заметил. Но зато сам предводитель дохлого войска куда-то подевался с верхушки своей башни. Наелся? Или собирается на выезд? Неужели Бигросс вздумает на этой колымаге приблизиться к крепости? Похоже на то… Вон подошли и взялись своими лапами за специальные оглобли два голема… Ещё двое! Ого, и ещё пара? Неужели местные боги услыхали наши молитвы? Ну!

Есть! Бинго!

Повозка поползла в нашу сторону, а вокруг неё и впереди, в боевых порядках, тронулись зомби-рыцари, гномы, жуки и гули. Солидной так толпой идут, не меньшей по численности, чем вчера. Но что больше всего радовало: компактно подходят, прямо-таки рядами и колоннами. Понятно, что так они дойдут лишь до первого рубежа атаки, где их предводитель уже с безопасного для него расстояния останется руководить сражением. Но нам-то только этого и надо!

И я уже орал быстро бегущему ко мне Чайревику:

— Димончик, жми! Там повозка к отметке в девятьсот метров приближается! У тебя минут пять ещё будет!

— Успею! — выдохнул он, пробегая мимо меня и перехватывая бинокль. — Готовь!

По предварительной договорённости, мне тоже следовало дать время на подготовку. Те же пять минут, не меньше. Так что я, уже будучи внизу, метался как угорелый вокруг нашего «Потомака», подставляя под нужные места корпуса ёмкости с разгорающимся керосином. Разогрев у нас иначе никак не получался.

Успел. Выдохнул. Оглянулся. Увидел две выглядывающие с заднего двора физиономии. И так на них рявкнул, что после всего двух слов они ловко и далеко спрятались. А ведь первое слово нормальное вроде было — «Урою…». Второе — это да, слегка переборщил в гневе. Ну и не фиг наши прежние договорённости нарушать!

Бросок к воротам, снять упоры, отодвинуть запоры. В руки верёвки, намотать на кисти, чтобы не соскочили. Вовремя.

— Запускай! — орёт со стены наш командный маг, и я рву жилы, с помощью продетых на растяжки верёвок открывая ворота. Затем второй бросок, и подставляю под рабочее сопло емкость на треноге, в которой горит сгусток напалма. Увы, электронного зажигания мы тоже сделать не сумели!

Теперь главное — успеть сделать три прыжка, нырнуть в щель и прикрыться сверху своим Щитом, универсальным, выручающим во всех случаях здешней жизни. Если произойдёт взрыв ракеты на месте, то меня ничего не спасёт. Но если всё будет удачно, то бушующий здесь огонь первичного взрыва-зажигания меня не испепелит.

Успел. Накрылся, чувствуя, как саднит ушные перепонки от взрыва и скрипит прогнувшееся надо мной железо артефакта. Грохот с рёвом, вой изрыгающегося пламени ещё не утих вокруг, как доносится гул несколько отдалённого взрыва. А что тут лететь-то? Семьсот, максимум восемьсот метров. И всё затихает…

Но всё равно сижу на месте секунд двадцать, а потом с натугой приподнимаю божественный артефакт. Оказывается, на него земли, мусора и камней порядочно накидало, потому и отяжелел до невероятности. И первым делом беспокойство за команду, значит, осматриваюсь по сторонам и выкрикиваю в сторону стены:

— Димон! Ты как?! — Ему тоже выемку среди валунов соорудили, но они же могли его и сдавить, осунувшись. Но секунды через три донеслось:

— Нормально, выбираюсь!

В том месте, куда угодил главный выхлоп улетающей ракеты, перегораживающий двор сарай уцелел. Но вот крыша на нём загорелась весело, с гудением. Ладно, туда уже бегут слуги с вёдрами, баграми — должны справиться. Моя же задача — быстро и на всякий случай закрыть ворота. Если от них что-то осталось…

Дедуля обещал, что не сгорят, но сомнения у нас у всех оставались порядочные. Радует, но он оказался прав, и я суматошно принялся закрывать обе створки. А так как врага поблизости не оказалось, никак не смог удержаться от того, чтобы не взглянуть на итог наших кропотливых, можно сказать, адских усилий.

В том месте, куда попала ракета, дыбилась и горела земля. Напалма мы тоже не пожалели! Повозки не просматривалось и в помине, как и листов железа, её покрывающих. В радиусе метров пятидесяти кто-то или что-то шевелилось, пытаясь встать на ноги, а то и куда-то идти. Но иных подробностей снизу да без бинокля было не рассмотреть. Пришлось поторопиться с закрытием створок и поспешить на стену. А там уже подпрыгивал от радости Чайревик, размахивая моим драгоценным биноклем: