Трилогия о Драко: Draco Dormiens, Draco Sinister, Draco Veritas - Кассандра Клэр

Хорошо зная Драко, Гарри был крайне удивлён его такому восприятию дементоров. Твердо сжимая в руке палочку, Гарри никогда ещё не было так сложно вспомнить какое-нибудь счастливое воспоминание, он не создавал Покровителя с четвертого курса. Квиддитчные матчи и выигрыш школьного кубка казались очень глупыми и маленькими воспоминаниями. Гарри старался припомнить как можно больше счастливых мгновений жизни. Он возвращал свои мысли всё дальше и дальше в прошлое… и, конечно, думал о Эрмионе, Эрмионе, признающейся в любви. Но сейчас это почему-то причиняло ему боль, намного большую боль, чем что-либо ещё. Гарри заставил свои мысли покинуть воспоминание, в котором… дождь… зеркало… поцелуй Эрмионы… Он заставил себя вспомнить озеро, письмо Сириуса, смеющихся Драко и всё ту же Эрмиону. Гарри вспомнил, что их смех был столь заразителен, что он даже стал смеяться сам, а особенно смех Эрмионы, которая вообще очень часто смеялась, но в то же время очень редко так, как тогда, так, что не могла устоять на ногах, так, что не могла контролировать себя и своё счастье. Губы Гарри изогнулись в непринуждённой улыбке, когда он вспомнил, как она толкнула его вниз, а потом ещё долго смеялась ему в плечо.

Он поднял свою палочку и услышал собственный голос, звучащий откуда-то издалека:

— ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ!

И уже знакомое бело-серебряное сияние вырвалось из конца палочки. С облегчением Гарри упал на колени, поскольку расплывчатое сияние уже сформировалось в животное с разветвлёнными рогами и приближалось к дементорам. В тусклом свете олень сиял словно новая луна, а в то же время дементоры начали отступать, они уже скрылись в тени деревьев. Животное не последовало за ними, оно обернулось посмотреть на Гарри, попытавшегося изобразить слабое приветствие, но потом всё-таки исчезло в густом невидимом лесу.

Всё ещё стоя на коленях, Гарри обернулся и посмотрел на Драко, который всё ещё прижимал руки к лицу, но больше не дёргался.

— Они ушли, — сказал Гарри.

— Поттер, — медленно произнёс Драко, — Меч…

— Что?

— Убери его от меня, и подальше…

Гарри взялся за рукоятку меча, который Драко заткнул себе за пояс (при этом только чудом не поранив себя во время падения), и вскрикнул. Меч был холодный, как лёд. Гарри стиснул зубы, обхватил рукоятку и оттащил меч от Драко. Гарри почувствовал холод, излучаемый от меча, как будто тысячи гвоздей разом вонзились в его вены, и ощутил огромную силу…

Тоненький, ледяной голос послышался позади Гарри:

— ГАРРИ ПОТТЕР?

Меч больше не был таким холодным. Казалось, к нему перешло тепло от тела мальчика. Гарри казалось, меч был частичкой его самого, но намного тяжелее и более гладкий.

— ГАРРИ, — опять произнёс голос у него в голове.

Но сейчас он уже говорил совершенно другие вещи.

Гарри бросил, меч и отскочил, как ошпаренный.

— Гарри! — Но это уже был голос Рона. Он повернулся и увидел Джинни и Рона, они были очень бледные и усталые. И Рон, и Джинни были покрыты листьями, и даже несколько прутиков торчали из рыжих волос девочки — наверное, они запутались в ветвях.

— Гарри… это был…

— Покровитель, — кратко ответил Гарри, — Дементоры.

Рон начал покрываться какими-то серыми пятнами:

— Нам надо побыстрей убираться отсюда.

— У Малфоя сломана нога, — произнёс Гарри тем же отчётливым тоном.

Рон посмотрел на Гарри, потом на Драко. Затем он повернулся к Джинни:

— А ты не можешь залечить рану?

Но Джинни лишь покачала головой:

— В прошлом году я залечивала порезы, ушибы, но не кости. И я не хочу рисковать. Если допустить хоть малюсенькую ошибку, то можно вставить в ногу две кости вместо одной, или…

— Удалить их целиком, — перебил Гарри, вспоминая Локхарта.

— Вижу, что рисковать нельзя, — согласился Рон, — Гарри, подойди-ка сюда на минуточку. Мне нужно поговорить с тобой.

Гарри отошел вслед за Роном на небольшое расстояние и посмотрел на него непонимающе. У Рона было решительное выражение лица, что иногда было просто прекрасно, а иногда не очень.

Гарри восхищался постоянностью и решительностью Рона, но плохо то, что было практически невозможно переубедить его в чём-то, в чём он глубоко уверен.

— Ты в порядке? — спросил Рон, — Ну ты понимаешь, дементоры…и всё такое?

— Со мной всё хорошо, — ответил Гарри. И к его же удивлению это была правда — Странно, что дементоры повлияли на Малфоя намного больше, чем на меня.

— Действительно странно, — согласился Рон.

— Но я не уверен, что это ничего не значит. Обыкновенная слабость? Это означает что-то, но я не знаю что.

— Я думаю, что у вас будет время это выяснить, — сказал Рон

— Что ты имеешь в виду? — спросил Гарри.

— То, что думаю, мне и Джинни нужно отправиться за помощью, а ты останешься с Малфоем. Мы же не бросим его одного в лесу со сломанной ногой, даже если он и не нравится мне, и уж тем более я не оставлю с ним Джинни.

— Даже со сломанной ногой? — усмехнулся Гарри, — Да он даже не сможет поймать её, если она убежит.

— А если она не убежит?

— Да ты параноик, — сказал Гарри.

В ответ Рон бросил сомнительный взгляд куда-то вперед. Гарри, повернулся и увидел Драко, опирающегося на ствол дерева, а Джинни заботливо, поддерживающую его.

— Совершенно ничего не значит, — произнёс Гарри.

— Я не хочу, чтобы она кружила возле Малфоя, изображая заботливую нянечку. Потому что… потому…

— Потому что игра в нянечек ведёт к игре в непослушных стюардесс?

— ГАРРИ, — сказал Рон с негодованием.

Гарри сложил свои руки на груди:

— Да ты становишься ненормальным по теме: “Малфои”

Рон пожал плечами:

— Я был рожден, чтобы ненавидеть имя “Малфой” и приглядывать за младшей сестрой. Что, по-твоему, я должен делать?

**************

— Сейчас всё ещё больно? — с тревогой спросила Джинни, убирая небольшой локон волос с лица. Она помогала Драко сесть напротив дерева, а на его коленях лежал Слитеринский меч.

— Конечно, больно, — раздражённо ответил Драко, — Моя нога сломана. Естественно она болит. Ну хоть кто-нибудь знает какое-либо обезболивающие заклинание? Что с вами всеми случилось?

— А ты сам знаешь? — спросила Джинни резко.

— Нет, — ответил Драко без тени смущения.

— О, Боже! Ты раздражаешь людей даже со сломанной ногой, — произнесла Джинни со злобой. — Разве это сложно, просто спокойно посидеть? — она положила руку ему на плечо и мягко толкнула, чтобы прислонить Драко обратно к дереву.

— Спасибо, — сказал он и закрыл глаза.

— Не за что, — глядя на него. В некотором смысле ей было проще от того, что он сидел с закрытыми глазами, т. к. ей не пришлось смотреть куда-нибудь в сторону. Он был бледен, вероятно, от боли. У него были длинные, темные ресницы, которым позавидовала даже Лаванда Браун.