Время еще не пришло - Николай Александрович Воронков

найти слуг, чтобы они взяли по комплекту нашей одежды с обувью и принесли к ручью выше моста. И ещё побольше мыла с мочалками.

Потом недолгая прогулка вдоль ручья, пока нашли подходящее уединённое место на полянке среди деревьев. Теперь начиналось самое интересное. Надо бы выбрать подветренную сторону для раздевания, но ветерок был едва заметный, и я плюнул на это, решив, что сейчас подойдёт край поляны ниже по течению.

— Вставай сюда — скомандовал я Антеле.

Та чуть помедлила, но выполнила команду.

— Двумя руками касаешься краешков шляпы и осторожно, не болтая и не переворачивая, кладёшь на землю перед собой — шляпка была так себе, лишь бы волосы прикрыть, но поля достаточно широкие, так что получался хороший пылесборник — А теперь отступи назад на пару шагов.

Антела выполнила команду. Блин, а теперь начиналось самое сложное. С ОЗК просто — скинул плащ, сапоги, противогаз, и ты почти чистый. А вот как с женской одеждой? Как я понимаю, основная пыль и отрава собрались на ботиночках и юбке, но как их снимать, не прикасаясь? Я подошёл к Антеле сзади.

— Замри и не шевелись.

Осторожно просунув руку за пояс юбки сзади, запустил руку поглубже, чтобы случайно не повредить тело, чуть повёл пальцами, направляя тонкий луч плазмы, и юбка распалась чуть не до самого низа. Придерживая её за пояс, осторожно опустил её на землю.

— Тихонько выйди из юбки и отступи на два шага.

Антела послушно отступила. Я глянул на её сапожки — самые обычные, без шнуровки.

— Сможешь чуть спустить их, а потом стряхнуть, не прикасаясь?

— Э… не знаю. Никогда не было необходимости так делать.

Вот же… неженка. Видно никогда не приходилось в грязных сапогах ходить. Отойдя к деревьям, срезал большую рогульку и придавил один сапожек.

— Вытаскиваешь ногу, сразу отводишь её назад на чистое место. Потом вторую.

С этим заданием Антела справилась легко — всё-таки с чувством равновесия у неё порядок. Затем настал черёд жакетки, блузки. Лифчик тоже снялся довольно легко, а вот на панталончиках мы застопорились. Антела стояла красная как рак, прикрывая руками грудь, и не могла переступить через свою стеснительность. Я не стал её уговаривать.

— По плану, после того как ты сняла бы с себя всё, я хотел тебя осмотреть, чтобы ничего не прилипло, потом запустить диагностику и целительское, чтобы нейтрализовать возможное отравление. Но раз ты не можешь переступить через себя, иди в ручей и мойся там полностью не менее трёх раз. Понадеемся, что этого будет достаточно.

Постояла, подумала, покраснела ещё больше, но сняла с себя последнее. Стоит, блин, изображает из себя Венеру, закрывшись ладошками. Очень приятная фигурка, но сейчас это интересовало меня меньше всего. Очень тщательно проверил организм Антелы, особое внимание уделяя коже и лёгким, но явных следов отравы не было. Может я излишне перестраховался, но в таком деле лучше перебдеть чем недобдеть.

— Целительское запускать или лучше не надо?

Помолчала, подумала, но кивнула.

— Если ты такое же запускал, то и мне не помешает.

— Только сразу предупреждаю — ощущения могу быть странные.

— Потерплю.

— Ну тогда терпи — хмыкнул я.

Щедрой рукой пустил энергию Антеле между лопаток с приказом чистки кожи и лёгких. Ничего, облезет немного, как после сильного загара, зато я успокоюсь.

Антела враз забыла про свою стеснительность. Стоит, прислушивается к своим ощущениям. И что она там такого интересного почувствовала? Я ещё раз просмотрел её организм — ничего особенного, всё идёт как надо. Я помахал ладонью перед её лицом, привлекая внимание.

— Отойди ещё на десять шагов.

А потом огненной струёй с начинкой из плазмы по её одежде. Хватило бы и одного раза, но я прошёлся на три раза (для гарантии), и образовалось такое хорошее раскалённое корыто глубиной с полметра.

— Ладно, я отойду ненадолго, а ты лезь в ручей и вымойся хотя бы три раза. Идеальная чистота нам только на пользу.

Свои дела удалось сделать достаточно быстро. В километре, наверное, от ручья мне приглянулась ложбинка на склоне холма. Со стороны меня не видно, так что никто не узнает что я здесь делал. А сделал я очень просто — пробурил скважину глубиной в сотню метров. И заклинание для этого использовал простейшее — «Буравчик». Внешне — почти аналог наших буровых установок, которыми роют колодцы, только здесь работала магия. Опустил бур, размолол пару метров земли, вытащил наверх и отбросил в сторону. Диаметр всего сантиметров пятьдесят, дело двигалось быстро, но я поставил себе задачу зарыться на сотню метров вглубь, а это время. Зато потом с огромным облегчением сбросил в глубину свою куртку с контейнером. Постоял, прислушиваясь, но взрыва не было, контейнер не сломался, излучения не появилось. Ну и… Закапывать было ещё проще. Тот же «Буравчик» только со знаком минус. Диаметром чуть побольше, идёт снизу-вверх, а земля летит вниз, засыпая только что сделанный колодец. Чуть утрамбовать, разровнять землю, что достал раньше. Потом вообще сделал небольшой оползень, заравнивая ложбинку. На несколько раз проверил сканером, но даже намёка на сделанный колодец не обнаружил. Весь склон превратился в перепаханную землю, и узенький колодец просто потерялся. А через год земля слежится, и никто вообще не узнает что здесь было. При очень большом желании найти, конечно, можно, но это только если знаешь что искать. И мне заранее жаль тех магов, которые всё-таки найдут и откроют тот контейнер.

Когда вернулся к ручью, Антела успела помыться, обсохнуть, нарядиться в красивое платье, и теперь возлежала на покрывале, вкушая фрукты и сладости, принесённые слугами. Самих слуг не видно, но рядом с покрывалом лежал и мой единственный праздничный костюм. Похоже, время прошло больше, чем я думал, и Антеле надоело меня ждать. А если успели и одежду принести, а потом ещё и за обедом сбегать, то… минимум два часа прошло. Да и ладно. Антела скандал не закатывает, я никуда не опаздываю, дело почти сделано. Можно не торопиться.

Для начала избавиться от одежды. Почти как Антела, только быстрее и без стеснения. В какой-то момент вдруг резкого зажгло кожу на ногах, но я уже знал что делать. Через пару минут кожа на голенях стала облазить, но терпеть было можно. Похоже, я довыделывался, уверовав в свою неуязвимость, а надо было избавляться от одежды сразу, как пришли сюда. Ничего, кожа нарастёт, но теперь я спокоен хотя бы за контейнер.

Сжёг одежду, потом