Неудобный наследник - Владислав Добрый

свадьбу. Что играло мне на руку. Собралась толпа народу. Я смог вовлечь в заговор еще нескольких. Они там как пауки в банке, только злобный старик во главе не давал им перегрызть друг другу горло. Они не зря называли его Старым Змеем. Стоило обратить на это внимание. В общем, старик оказался умнее, чем я мог подумать, глядя на его сына. Он убил своего брата, Эмиля, который мог дать нам хорошую поддержку. Но это было не страшно, Эмиль толком ничего не знал. А потом дружку Гонората отрубили нос на турнире и следующей же ночью этот придурок сорвался с цепи и устроил резню. Остальные присоединились, потому что решили, что их заговор раскрыт, из-за убийства Эмиля. Мне ничего не оставалось делать, как тоже участвовать. Мы убили Старого змея. Но город… Город так и не стал нашим.

— Это охрана Старого Змея так тебя… изранила? — не выдержала вампирша. Хоть в начале она нашла увечья своего гуля просто забавными, сейчас её все больше разбирало любопытство. Как именно их нанесли?

— Нет. Это, — Анастас коснулся огрызка уха. — Магн. Старший брат Гонората. А это, — он осторожно коснулся развороченной щеки слева. — Его оруженосец.

— Старший брат? — уточнила Лупакия. И нахмурилась. — Ты должен был убить его в самом начале!

— И я лично перерезал ему глотку! — вскинулся гуль, ощерив смешные и не страшные человеческие зубы.

— Он что… — удивленно вскинула брови Лупакия. Неужели “сородичи” есть и в Регентстве? Нет, они там совершенно точно есть. Но после страшной чистки фанатиками Имперского Культа почти сто лет назад, они скрываются. Неужели сородичи в Регентстве снова стали проявлять себя и обращать знать?

— Нет, Магн живой. Я был с ним рядом, я бы почувствовал. Я не знаю, как он смог выжить. Говорят, его вылечила какая-то горная ведьма… Тогда я подкараулил его за городом. Взял с собой Гонората, чтобы завязать его на крови.

— И тогда ты подставил голову под удар его оруженосца? — не выдержав, перебила вампирша и сдавленно хихикнула.

— Нет. Это было уже в третий раз.

Лупакия опять хихикнула, но веселье быстро сошло на нет. Ей не нравилось, когда её слуги не справляются. Таких она не держала. Вампирша снова потянулась, повернувшись к гулю спиной. Скорее раздетой, чем одетой. В этот раз для того, чтобы скрыть гримасу ярости на своем лице. Магистр скрипнул остатками зубов, но ей было плевать. Она сосредоточенно гасила тьму, грозящую подняться изнутри и затопить её сознание. Забавно, но Черная Ярость, изъян её рода, был даже опаснее с годами. Новообращенный вампир, охваченный безумной жаждой убийств, мог выбежать на свет солнца или напасть на сильнейшего. Этого было легко избежать, попросту заперев его с жертвами. Однако, по настоящему большие неудобства Черная Ярость доставляла когда вампиры уже набирали силу и обзаводились свитой. Например вот сейчас, когда вокруг полезные слуги, сорваться было бы непростительно. Лупакия пару раз срывалась по совершенно незначительным поводам, приходя себя в окружении растерзанных трупов. И каждый раз приходилось набирать новых смертных, дрессировать их… Столько мороки. Хотя, однажды, она вынырнула из темного безумия и обнаружила себя голой, рядом с ещё живой служанкой, из которой тянулись кишки. Кишки омерзительно воняли, а Лупакия, похоже, наматывала их на себя. Омерзительно. Вампирша нашла в этом некую странную красоту и продолжила. Интересный опыт. И с тех пор все не было подходящего случая повторить.

Мысли о приятном помогли успокоиться. Она повернулась обратно к зеркалу и прислушалась к бормотанию гуля.

— В общем, я оставил в Караэне три сотни всякой мрази, пришедшей на запах крови и добычи. Велел им сторожить Фонтан… Это основной источник воды в городе. А сам взял Гонората, его безносого любимца и сейчас везу их на север. Наемники уже должны были собраться. Через пару дней будем там.

— Ты думаешь, что горожане так и будут страдать от жажды, и откроют ворота когда ты приведешь армию? — удивилась Лупакия его тупости. Она даже рассмеялась. — Ты оставил там наследника местного человеческого правителя, и ждешь, что он будет сидеть сложа руки? После того, как он трижды смог выжить после встречи с тобой, да еще и оставив метки на твоем лице?

— Нет. Я только хочу, чтобы они отвлекли внимание. Я подкупил каменщиков, чтобы те разобрали стену, — ответил Анастасий.

Вампирша испытала острое желание облегченно выдохнуть. К счастью, то во что превратились её легкие, позволяло это сделать. Так же, как и говорить. Не всем вампирам так везло. Впрочем, многое зависело от Рода.

— Госпожа… — прохрипел магистр. Потный, жалкий старикашка. Похоже, он устал поддерживать связь.

— Я свяжусь с тобой через три дня, — сказала она Анастасу.

— Простите, моя госпожа, но это слишком рано. Человеческие армии двигаются очень медленно. Нам потребуется минимум три недели, прежде чем мы дойдем до стен Караэна, — зачастил гуль.

— Тогда я свяжусь с тобой через четыре недели. Знай, что я недовольна. Но ты уже достаточно пострадал за свои ошибки, — вампирша выразительно указала на лицо Анастаса. — И все же, считай это предупре…

Зеркало резко потемнело. После солнечного света, исходящего из него, покои золотой конкубины показались темными и затхлыми. Даже какими-то тесными.

— Магн. Горная ведьма, — Лупакии очень не понравилось, что всего один человек может нарушить её планы. Конечно, Анастасий не сказал это прямо, но вампирша поняла многое из недосказанности. Он избегал называть его имя, словно… Боялся?

— Горные ведьмы не могут лечить. Их чары непредсказуемы, но редко бывают благо… кхм… полезными. Для людей, — вмешался магистр. — Чаще всего за ними стоят другие, более могущественные сущности. С неясными мотивами. В Золотой Империи мы убиваем всех, кто подпадает под подозрение в таком колдовстве.

— Можешь выяснить больше? — тепло улыбнулась Лупакия. Даже наклонилась и коснулась щеки старика кончиками пальцев.

— О, Лупа…Я так стар… Я боюсь каждую ночь, что не доживу до утра… Поверь я могу быть полезен тебе и дальше… Просто дай мне… — он схватил её руку и стал целовать.

Лупакия вырвала руку. Вот единственный минус богатства и власти. Все хотят тебя использовать!

— Сделай, как я велела. Хотя… — Лупакия знала, что сила вампира растет с числом жертв. Именно это, а не прожитые годы давали все новые уровни талантов и раскрывали новые. Говорят, сам Император когда-то был просто молодым генералом обращенным одним из архонтов Конклава. А потом он испил кого-то. Некоторые говорят, своего учителя. Никто не говорит точно, но все знают — выпьешь другого вампира и обретешь часть его силы. Возможно, только поэтому аристократия ночи еще и не заполонила мир. А что