Речные заводи. Том 2 - Ши Найань

было не сбросил с себя всадника. Тогда сопровождавшие его конные бросились вперед и стали стрелять из луков. На Ян Сюне и Ши Сю не было лат, поэтому они решили отступить и прекратили бой.

Ду Син помог Ли Ину взобраться в седло, и они ускакали. Ян Сюн и Ши Сю вместе с остальными поселянами также ушли. Пешие и конные из поместья Чжуцзячжуан гнались за ними два-три ли, но потом, когда стемнело, они повернули обратно.

Ли Ин с помощью Ду Сина вернулся в свое поместье. Все прошли во внутренние комнаты, где собралась семья Ли Ина. С Ли Ина сняли латы, вытащили стрелу и смазали рану мазью.

В этот же вечер они держали совет, как действовать дальше. Ян Сюн и Ши Сю сказали Ду Сину:

– Ши Цяня все равно пока не удастся освободить, а по-сколь ку все это произошло из-за нас, и эти мерзавцы так бесцеремонно поступили с вашим господином и даже ранили его, то мы сейчас же отправимся в Ляншаньбо и обратимся за помощью к Чао Гаю, Сун Цзяну и другим главарям. Они придут сюда, отомстят за оскорбление вашего господина и освободят Ши Цяня.

И они поблагодарили Ли Ина за его гостеприимство.

– Я пытался помочь вам, но ничего не мог сделать. Так что прошу вас, уважаемые герои, не сердитесь на меня за это.

Затем он приказал Ду Сину принести золота и серебра и одарить Ян Сюна и Ши Сю. Однако те никак не соглашались принять дар.

– Вы, как удальцы из вольного люда, не должны отказываться от моего подарка, – сказал Ли Ин.

Только тогда они согласились взять серебро и золото и распростились с Ли Ином. Ду Син отправился проводить их и показал им дорогу. Затем он возвратился в Лицзячжуан, и говорить об этом мы больше не будем.

Расскажем лучше о Ян Сюне и Ши Сю, которые пошли в Ляншаньбо. Вскоре они увидели кабачок с вывеской на длинном шесте.

Зайдя в кабачок, они заказали вина и, попивая, стали расспрашивать о дороге.

А надо сказать, что этот кабачок как раз и был одним из вновь построенных постов стана Ляншаньбо. Содержателем его был Ши Юн. Заметив, что вино заказали посетители не совсем обычные, он решил сам поговорить с ними.

– А вы откуда, почтенные путники, прибыли и для чего вам нужно знать дорогу в Ляншаньбо?

– Мы пришли из Цзичжоу, – ответил Ян Сюн.

– А вы случайно не Ши Сю будете, уважаемый господин? – спросил вдруг, словно припомнив что-то Ши Юн.

– Нет, я – Ян Сюн, – отвечал тот, – а вот это – Ши Сю. Но откуда вы, уважаемый брат, знаете его имя?

– Я не знаю его в лицо, – поспешно сказал Ши Юн. – Но брат Дай Цзун побывал в Цзичжоу, много рассказывал о почтенном брате Ши Сю, и мы очень рады вашему приходу к нам в лагерь.

После того как все трое совершили полагающуюся в таких случаях церемонию знакомства, Ян Сюн и Ши Сю подробно рассказали о том, что с ними произошло. Приказав подать вино, Ши Юн раскрыл в павильоне позади кабачка окно и, натянув лук, пустил поющую стрелу. Сразу же из зарослей камыша показалась весельная лодочка с одним гребцом. Когда она пристала к берегу, Ши Юн предложил гостям переправиться на отмель Утиный клюв. Вперед был послан гонец с извещением о прибытии Ян Сюна и Ши Сю. Вскоре они увидели Дай Цзуна и Ян Линя, которые шли с горы к ним навстречу. После приветственной церемонии все они отправились в лагерь.

В это время уже распространился слух о том, что в лагерь прибыли новые удальцы. Дай Цзун и Ян Линь вывели Ян Сюна и Ши Сю вперед, чтобы представить их Чао Гаю, Сун Цзяну и остальным главарям. Затем Чао Гай стал подробно расспрашивать прибывших об их жизни. Ян Сюн и Ши Сю прежде всего попросили принять их в стан и рассказали, каким оружием они владеют. Их рассказ доставил всем большое удовольствие, и согласие было тут же дано. После этого Ян Сюн неторопливо стал рассказывать:

– С нами шел еще один человек, по имени Ши Цянь, который также хотел просить вас принять его в стан. Но он допустил оплошность: выкрал и зарезал на постоялом дворе Чжуцзядянь петуха, который будил всех по утрам. Разгорелась ссора, и Ши Сю спалил постоялый двор. Ши Цяня схватили. Ли Ин дважды просил освободить его, но три сына из семьи Чжу решительно отказались выполнить эту просьбу. Они поклялись переловить всех добрых молодцов из лагеря Ляншаньбо и всячески поносили и оскорбляли нас. Эти негодяи действительно держали себя самым неподобающим образом!

Не расскажи Ян Сюн об этом, может быть, не произошло бы многочисленных событий, которые последовали за этим рассказом. Выслушав его, Чао Гай вскипел от гнева и закричал:

– Ну-ка, удальцы, окажите мне услугу! Снимите головы этим двум мерзавцам и принесите их мне!

– Дорогой брат, не гневайтесь так, – поспешно промолвил Сун Цзян. – Эти два доблестных человека прибыли сюда издалека для того, чтобы быть с нами. Как же можно казнить их!

– После того, как мы покончили с Ван Лунем, – сказал на это Чао Гай, – для добрых молодцов в Ляншаньбо главное – верность и честность. Мы всегда относимся к народу справедливо и милостиво. Каждый из нас, выходя из лагеря и спускаясь с горы, помнит о своем долге. Все наши братья, и старые, и вновь прибывшие, ведут себя как подобает доблестным героям. А вот эти мерзавцы, прикрываясь честным именем удальцов из Ляншаньбо, украли петуха и съели его, тем самым запятнав и опозорив нас! Поэтому мы сегодня же выставим их головы на месте сожженного постоялого двора для острастки другим негодяям. А потом я сам поведу отряд, чтобы стереть с лица земли поместье Чжу. Не забывайте своего долга! За дело, ребята! Принесите мне две головы!

– Нет, так не годится! – остановил его Сун Цзян. – Дорогой брат, вы не совсем поняли то, что рассказали эти два уважаемых путника. Ши Цянь «Блоха на барабане» действительно виновен. Но при чем тут они? Это Ши Цянь опозорил честь нашего лагеря. Но вы сдержите пока свой гнев. Я от многих уже слышал, что семья Чжу замышляет против нас поход. В нашем лагере много людей и коней, но недостает денег и продовольствия. Сейчас для нас самый подходящий момент напасть на поместье семьи Чжу. Они сами полезли в пасть тигра. Если нам удастся их одолеть, мы