Исцеление духовных болезней - Жан-Клод Ларше

новой тварью, подобной Христу, лишь при условии, что он всем своим существом раскроется навстречу поданной ему Духом благодати, что он обратит все свои способности и свою жизнь к Богу. Иными словами, объективные условия нашего исцеления и обожения, каковыми являются таинства, должны дополняться условиями субъективными: нашим свободным участием, нашим добровольным личным соработничеством. Как пишет святой Николай Кавасила, таинства подают нам жизнь во Христе, но при некотором участии человека[2195]. Тому же святому принадлежат слова: «Жизнь во Христе состоит в соработничестве Божественного, зависящего собственно от Бога, и человеческого, то есть нашей доброй воли, нашего усилия, нашего рвения»[2196].

Господь, уважая человеческую свободу, не мог бы навязать человеку Свою благодать и преобразить его, если бы тот не избрал и не пожелал этого всем своим существом. Он не мог бы вытеснить его Собой и действовать вместо него. «Человек, — пишет преподобный Макарий Великий, — от природы обладает произвольной деятельностью и той, которой требует от него Бог. Так, Писание требует, чтобы человек прежде всего размышлял, чтобы по размышлении он возлюбил и, наконец, чтобы он действовал добровольно. Что касается решений, принимаемых рассудком, поддержки труда и исполнения дела, то это подает Божественная благодать тому, кто хочет и кто верит. Итак, воля человека — это вспомогательное средство, связанное с его существом. Без этой воли Сам по Себе Бог не делает ничего (хотя и может) из уважения к свободной воле человека. Действенность помощи Божией зависит от воли человека»[2197].

Иными словами, хотя исцеление и спасение возможны единственно во Христе и даруются нам только в Церкви Духом Святым, они предполагают согласие и активное соработничество человека. Как говорит преподобный Макарий Великий, требуется, чтобы человек «привел свою собственную волю в согласие с благодатью»[2198]. Исцеление и спасение осуществляются в синергии[2199] Божественной благодати и человеческого усилия. Преподобный Макарий Великий утверждает, что если душа «не действует сообща с благодатью Духа, который обитает в ней, тогда она постыдным и позорным образом совлекается своего достоинства и лишается жизни, так как становится… неспособной к общению с Небесным Царем»[2200]. Во всех таинствах, и особенно в Крещении, Бог подает человеку Свою благодать без всяких ограничений. А человеку надлежит не только сохранить ее, но и усвоить, сделать частью себя и заставить плодоносить в себе, открывшись ей, дав ей проникнуть в себя и преобразить себя, подчинив себя ей, приведя все свое естество и все свое существование в согласие с ней[2201]. Так, блаженный Диадох Фотикийский отмечает, говоря о Крещении: «Мы возрождаемся посредством воды… вследствие чего очищаемся и духовно и телесно, если приступаем к Богу с полным расположением»[2202].

С одной стороны, человек должен стараться сохранить полученную им благодать. Вот что пишет святой Николай Кавасила: «Передача нам этой жизни изначально зависит исключительно от силы Христовой, но для того, чтобы сохранить эту переданную жизнь и оставаться живыми, требуется еще и наше соработничество. Необходимо человеческое содействие и наше личное усилие, чтобы сохранить нетронутой благодать, чтобы сберечь ее»[2203]. Это не означает, что благодать Крещения может быть отнята от человека: она пребывает неотъемлемо с тем, кто ее воспринял, кем бы он ни стал, как это подчеркивал, в частности, преподобный Серафим Саровский[2204]. Но человек может утратить ее. Вот как объясняет это преподобный Макарий Великий: «Что же означают слова Духа не угашайте (1 Фес. 5, 19)? Последний неугасим и светел, но ты, ты угас по отношению к Духу, когда воля твоя небрежна и когда ты не согласуешься с Ним»[2205].

С другой стороны, человек должен стараться развивать благодать. Это не означает, что благодать отсчитана человеку, что она была дана ему лишь частично. В Крещении он получает всю полноту благодати[2206]. Но ему надлежит самому развиться сообразно ей, в ней и благодаря ей. Вот почему святитель Григорий Нисский говорит, что «преобразование нашей жизни, которую производит перерождение, не может быть преобразованием, если ничего не изменится в нашей жизни»[2207], и даже говорит, что «если жизнь, которая следует за посвящением, не отличается от той, которая была прежде», если во всем нашем существе и во всей нашей жизни мы не стремимся соответствовать образу Божию, восстановленному в нас, «вода [Крещения] в этом случае — всего лишь вода»[2208].

Иначе говоря, то, что человек потенциально имеет в своей природе по благодати, тем он лично должен стать на деле по своей свободной воле, всем своим естеством и всей своей жизнью, ибо, как предупреждает святитель Григорий Нисский, «чем вы не стали, тем вы не являетесь»[2209]. Блаженный Диадох Фотикийский, в свою очередь, уточняет, что если первое из благ, дарованных по благодати Крещения, — это немедленное восстановление образа Божия, то второе благо — подобие Божие — «ожидает нашего содействия, чтобы совершиться»[2210].

Преподобный Марк Подвижник наиболее точно и настойчиво из всех святых отцов подчеркивает это, в частности, в своем трактате о Крещении[2211]. Он подробно говорит о том, что «святое Крещение совершенно»[2212]: в нем человек получает совершенную благодать Духа Святого[2213], благодать полного очищения[2214], полного избавления[2215], всецелого освящения[2216]. Если, уже будучи крещены, мы продолжаем грешить, жить в страстях, претерпевать последствия греха, быть духовно больными, то это не имеет никакого отношения к тому, что мы продолжаем претерпевать последствия первородного греха, ибо от него мы омыты, или к тому, что это навязано нам диаволом, так как мы освобождены от его власти. Это может иметь отношение лишь к нашему небрежению, это касается только нашей ответственности. Благодать, воспринятая нами, совершенна — это мы оказываемся несовершенными по сравнению с ней[2217]. Благодать, которой мы обладаем во всей полноте, открывается и проявляет свое действие только соразмерно нашей вере, нашей надежде и, как правило, соразмерно соблюдению заповедей[2218].

В Крещении Бог даровал нам полноту Своей благодати, она пребывает в нас, но не навязывается нам. Уважая нашу свободу. Он не принуждает нас к тому, чтобы принимать ее плоды[2219]. Человек совершенно очищается в Крещении, но остается свободным грешить. И если он грешит, то становится таким же скверным, как прежде[2220]. Поэтому ему необходимо бороться, чтобы не возвращаться назад и не впадать вновь в грехи и страсти[2221]. Всякий грех, совершенный после Крещения, связан не с несовершенством Крещения, а с нашим маловерием и с