Академия Форз - Анна Лирейн

того бледный вампир будто еще больше побледнел. Скулы заострились, а под глазами пролегли глубокие тени. Похоже, ему эта ночь далась с трудом. Но что произошло?

Я начала прокручивать в голове события прошлого вечера и не могла понять, что конкретно пошло не так? Мы сдавали экзамен в столичном кладбище. Но что произошло потом? Мне вспомнилась обжигающая боль в спине, а позже и на безымянном пальце…

Осознание пришло резко. Настолько, что я даже подскочила с кровати, разбудив Нотта.

— Эллая? — сонно протянул он.

Но я не слышала. Я сидела на постели, оглушенная произошедшим, и прожигала взглядом свое запястье. Татуировки больше не было. Даже следа не осталось. Я перевела растерянный взгляд на вампира.

— Все закончилось? — срывающимся голосом сказала я.

— К счастью, да, — слабо улыбнулся Нотт и заключил меня в свои крепкие объятия. — Я почти тебя потерял, — прошептал он, уткнувшись в мою макушку.

Эти слова были настолько искренние, что я лишь сейчас осознала, насколько близка была к гибели. Слезы сами покатились по щекам. Я прижалась к вампиру и разрыдалась. Эмоций было слишком много, и я не могла до конца их осознать.

Немного успокоившись, я все же отстранилась от Нотта. Настало время задавать вопросы, и главный из них:

— Что стало с Амайей?

— Акриелю все же удалось ее уничтожить, — произнес он, сжимая мою ладонь, — Но они с Астрией прибыли слишком поздно. Девушек спасти не удалось. Заклинание, которое применила Амайя, обратить не удалось.

— А как тогда выжила я? — спросила я и внутренне сжалась, — Ведь она и мою силу выпить успела.

— Кольцо, — Нотт кивнул на правую руку. Я же лишь сейчас заметила, что помолвочного кольца на пальце уже не было. На его месте красовался след от ожога, — Это был сильнейший артефакт императорского рода. Он защитил тебя, но при этом полностью расплавился.

Так вот что тогда стекало по моей руке… Я тоскливо посмотрела на свою ладонь. Как-то привыкла я уже к кольцу.

— Я тебе подарю новое, — пообещал вампир, целуя руку.

Хотела сказать, что это совсем ни к чему, но вовремя прикусила язык. В конце концов, когда это все закончится и Нотту больше не будет необходима наша фиктивная помолвка, мы расстанемся. А кольцо останется приятным воспоминанием об этом несносном вампире. Правда, носить столь дорогое украшение я едва ли смогу. А в том, что Нотт потратит баснословные деньги на покупку кольца, я почему-то не сомневалась.

— Как ты себя чувствуешь? — с нежностью заглядывая в мои глаза, поинтересовался он.

— Все хорошо, — ответила я, прислушавшись к себе.

Чувствовала я себя и в самом деле отлично. Будто и не побывала на грани смерти. Что очень сильно меня удивило.

— Я так испугался, — прошептал Нотт, — почти открыл портал к тебе.

— Что? — от изумления я аж поперхнулась воздухом. — Но между мирами порталы могут открывать только маги рода Солдж.

Это была аксиома, известная каждому жителю нашей империи. Именно благодаря своей родовой особенности род Солдж сохранял относительную независимость от императора. Чего уж там, это был единственный род, в котором право наследования определялось не по старшинству, а по уровню дара. Да у них во главе могла встать женщина. Подобное казалось дикостью для всей империи, но Солдж плевать хотели на мнение окружающих.

— Да? — вампир насмешливо изогнул бровь. — Ты не учла, что это мир Амайи, а все маги тьмы получили силу от нее. Соответственно, при желании и достаточном уровне магии мы способны перемещаться. Собственно, у Ника это отлично получалось.

— Ты мог бы стать лишней подпиткой для Амайи, — задумчиво протянула я. — И вот тогда не факт, что ректору удалось бы победить ее.

Ответить Нотт не успел. В дверь постучались. А после, не дожидаясь ответа, в комнату вошел сам ректор:

— Адептка Мортер, как себя чувствуете? — поинтересовался глава академии, подходя ближе к постели, на которой я находилась в полулежащем положении.

— Благодарю, лорд Флуссо, — пролепетала я, пытаясь подняться. Но вампир удержал, злобно сверкнув глазами.

— Простите за беспокойство, — без тени сожаления, а скорее немного нахально произнес ректор. — Но мне необходимо измерить уровень магической силы.

— Мой? — на всякий решила уточнить я.

— А чей еще? — вопросом на вопрос ответил лорд Флуссо.

Подошел, доставая из кармана своего костюма совершенно незнакомый мне прибор, отдаленно напоминающий карманные часы, которые носили при себе состоятельные жители столицы, и протянул ко мне руку. Непонимающе глядя на ректора, я подала свою ладонь. Дракон осторожно схватил за запястье одной рукой, а другой поднес прибор и приложил его на сгиб локтя. Я почувствовала слабый укол. Прибор пропитался кровью и подозрительно засветился. Пару минут ректор внимательно вглядывался в циферблат. Затем кивнул каким-то своим мыслям и произнес:

— Что ж, как я думал, — он развернулся, намереваясь уйти.

— Что происходит? — я схватилась за его руку.

Конечно, вести себя подобным образом я не имела никакого права. Но сколько можно? Сколько еще мне молчать и трястись? Речь идет обо мне и моей магии. Мне необходимо знать, зачем дракону понадобилось заново фиксировать мой уровень дара. Учитывая, что он автоматически замер в момент пробуждения, в этом не было никакого смысла.

— Основной закон природы, леди Эллая, — улыбнулся ректор. — Магия не появляется из ниоткуда и точно так же не может уйти в никуда.

— Это вы сейчас к чему? — не поняла я.

— На момент смерти Амайи вы были единственным темным магом во всем мире, — сообщили мне. — Делайте выводы. Теперь вы едва ли уступаете в силе императорскому роду. Хорошего дня. И да, — он повернулся к Нотту, — она полностью восстановилась. Так что причин удерживать ее в академии нет.

Ректор покинул комнату, оставив меня в полной растерянности. Вся магия, которую Амайя годами копила, чтобы выбраться из своего заточения, перешла ко мне? Я правильно поняла? Я подняла руки, потрясенно оглядывая их. Не знаю, что хотела увидеть или почувствовать, но во мне не было ничего необычного. Разве что чувствовала я себя чересчур бодро для человека, который едва не погиб прошлой ночью.

* * *

Дракон вошел в свой кабинет и устало опустился в кресло. Прошлая ночь и сегодняшнее утро были просто нескончаемыми. Акриель был выжат