Женить дипломата - Оксана Зиентек

- Можешь говорить здесь, Каи, а то Его Высочество меня тут уже во всех грехах обвинить успел. – В голосе начальника стражи слышалась неприкрытая обида.

- За всеми грехами – это не ко мне, это к храмовникам. – Начал свою речь маг-целитель, дождавшись кивка от принца. – Но самый главный твой грех – дурак ты, Клаас. Дурак и кобель. Ты хоть бы раз посмотрел, до чего ты девочку довел!

- Да чего там смотреть-то, чего я там не видел? – Такое замечание командира стражи вызвало на лице целителя явное замешательство. Принц промолчал,  только чуть вскинул бровь, демонстрируя недоумение.

- А как же вы…  – Целитель осекся, жестом показав, что именно он имеет в виду.

- Мне что, тебе отчитываться? – Возмутился Клаас. – Как все, так и мы.

- Я – целитель, мне еще и не в таком отчитываются. – Невозмутимо заявил маг. – Ты что же, ни разу даже и не поглядел?

- Ну, ты как скажешь! Ваше высочество. Хоть Вы ему скажите! – Возопил рыцарь в праведном негодовании. – Разве ж стал бы я благородной госпоже юбки задирать, словно шлюхе какой-то?!  Да меня и первая жена за такое-то обращение подушкой по голове приласкала бы, а эта малышка – так вообще со страху бы померла. Она и так-то никак не привыкнет, трясется каждый раз да жалуется всем подряд.

- Дурак. – Сочувственно прокомментировал маг-целитель, обращаясь к принцу. – Вот представьте, Ваше Высочество, что таких дураков в моем полку было – десяток на дюжину. А я их двадцать лет лечил.

- Да, не зря же Его Величество целителей ценит превыше других магов. – Мимоходом польстил магу принц Гуннар. – Так что там с фру Цециль?

- Да, что с моей женой? А то ты как пришел, так все обо мне да обо мне.

- Натерто там у твоей жены все так, что ни сесть, ни встать. Заглянул бы хоть раз, сам бы увидел. – Пожал плечами целитель.

- Да разве ж такое бывает? Никогда не слышал, чтобы бабы жаловались.

- Оно и видно, что ты все больше с бабами дело имел. – Кивнул целитель. Не споря. – Тебе жена говорила, что ей больно?

- Так оно девицам на первых порах всегда больно. А потом привыкают. Ну, я и старался…

- Перестарался. – Констатировал маг-целитель, снова меняя тон на деловой и скупо, по-военному, докладывая уже принцу. – Следы побоев есть, но очень-очень давние. Скорее всего, годичной, а то и двухгодичной давности. Если без магии смотреть, даже следов не найдешь. А так, немного мази да травяные ванны, через пару недель следа от хвори не останется.

Нервы только подлечить бы, а то трясется вся, как осиновый лист. Не знаю, кто ей чего наговорил, но, похоже, сказали молчать, терпеть и ждать, пока полегчает. Вот дура и терпела, пока силы не закончились.

- Клаас, ну-у, я даже и не знаю… – Принц Гуннар беспомощно развел руками.  – Служишь ты. Как я уже говорил, отменно, но никогда бы не подумал, что мне тебя „этому делу“ учить придется. Ты бы хоть книжку какую почитал, что ли… А то стыдно даже.

- Да разве ж есть такие срамные книжки? – Стражник возмутился. – И как такое читать, когда дети в доме?!

- Есть. Зайди на досуге, дам. – Похлопал приятеля по плечу целитель.  – только в казарму не неси, несолидно.

- Мда-а, в казарме почитать тоже не получится. – Согласился Гуннар. – Вот что, будешь читать в библиотеке. Фон Штайнау скажешь, я велел тебе читать про деяния Александра Великого. Книжка, кстати, тоже там стоит, после этой – ту прочтешь и Эрику в следующий приезд о прочитанном отчитаешься.

    Ну, а с женой тебе придется поговорить. Без упреков, обид и Адельхайд. С глазу на глаз.

    При упоминании имени вдовы Адельхайд брови целителя изумленно взлетели вверх, но говорить он ничего не стал, только сокрушенно покачал головой.

    На этом дело стражника Клааса и его жены можно было бы считать законченным, но Гуннару не давала покоя одна фраза, вскользь оброненная целителем.

- Ты говоришь, били девочку? Кто? Родня?

- Не призналась. – Пожал плечами тот. – Но врать совсем не умет. Оно, конечно, поучить уму-разуму сам Творец велел. Но по уму поучить, да и возраст уже такой, что совестно. Это ж тебе не дитя неразумное, чтобы иначе не вразумить.

- Клаас, – снова обратился принц к помрачневшему рыцарю, – ты говорил, что у фру Цециль братья-сестры есть?

- Есть. Брату тринадцать. Я его к знакомому рыцарю в обучение пристроил. Рановато, конечно, но дома мне только его не хватало, а у дядьев… кому он там нужен? А сестре то ли восемь, то ли девять… Девчонку хотел забрать, где четверо, там и пятеро… Уже и сговорились почти, но тут некстати у их родича магия проснулась, и за нее заломили выкуп, почти как за невесту. Пришлось оставить.

- Я напишу наместнику. – Задумчиво сказал принц, раздумывая, где девочке будет лучше. У недалекого, но по-своему порядочного Клааса, или же у родни, которой до нее дела нет. – Думаю, он мне не откажет.    

    Так что как только получишь письмо, что указом наместника девица такая-то переходит из-под опеки дяди под опеку замужней сестры и ее мужа, сразу поедешь и заберешь. Но только с женой к тому времени тебе придется как-нибудь договориться. А то как бы хуже не получилось.

- Уж как-нибудь… – Проворчал Клаас, тяжело вздыхая. Ему было обидно и неловко, что его, словно мальчишку-недомерка, двое уважаемых людей учили тому, что, как он считал, у него и без советчиков прекрасно получалось. С другой стороны, мыль о том, что он, походя,  чуть не угробил жену, жгла стыдом.

    „Спаситель хренов!“ – Костерил сам себя рыцарь, отправляясь на поиски супруги. Если так подумать, Адельхайд не сказала о Цили ни слова неправды. Если