Сердце Сапфира. Обрученная с вороном 2 (СИ) - Екатерина Слави

Равене не понравилась эта идея, но Ран-Ги согласился еще до того, как она успела возразить.

— Все в порядке, мин-са. Слепота не пугает меня. Если это нужно для того, чтобы помочь найти человека, пытавшегося убить вас, я готов вытерпеть любые неудобства.

Закрыв глаза, он спокойно позволил нанести ему на лоб Символ Темноты и до самого замка Черного Ворона оставался слепым.

В день ее прибытия Натаниэль попросил глав всех знатных семей и старейшин клана собраться, чтобы поприветствовать его невесту. Когда она вошла в просторную светлую залу в одной из башен замка, вся приглашенная знать клана уже была в сборе — ее ждали.

Девушки-служанки помогли ей перед этим облачиться в одежды Клана Воронов. Широкий пояс под грудью, легкий шелест скользящего по полу подола, искусно вышитые серебряными нитями стаи птиц, украшающие верхнее платье — такой Равена предстала перед Кланом Воронов в этот раз. В руках перед собой она несла сверток в плотном шелке, а за ней неотделимой тенью следовал Ран-Ги.

Она слышала пронесшийся по зале ропот, направляясь к ожидавшему ее Натаниэлю. Равена знала, что это была реакция не на нее — недовольство было вызвано присутствием канрийского мага.

Сейчас Натаниэль выглядел, как и положено главе клана — нарядные белые одежды в пол, обхватывающий голову серебряный обруч с вороном на лбу. Подойдя к нему, Равена повернулась к собравшимся, и кивком головы поприветствовала их.

Вперед вышел Габриэль — двоюродный брат Натаниэля, которого Равена когда-то принимала за своего жениха, — и поклонился ей.

— Клан Воронов рад возвращению невесты главы, — произнес он громко. — Все мы ждали вас, чтобы отблагодарить за чудесный дар возрождения. Как представитель первой семьи, хочу сказать в присутствии клана: отныне мои крылья — ваши крылья.

Следующим вышел вперед Аласдер.

— Приветствую невесту главы. — Он поклонился. — От лица второй выражаю вам свое почтение.

Аласдер говорил, не поднимая на нее глаз, его речь была скупой, и Равена невольно почувствовала укол вины.

Он уже знал, сразу поняла она — знал, почему Рил убил его отца.

«Не сейчас, — сказала она себе, слушая приветственные речи глав других семей. — Я подумаю об этом позже. Сейчас не время».

— Очень жаль, что вы так поспешно покинули нас в прошлый раз, — услышала Равена и, сосредоточив взгляд на говорившем, узнала старейшину Роха; его внучкой была Ули, заправляющая прислугой в замке, девушка, которую любил Габриэль. — Вы не дали нам возможности отблагодарить вас за великий дар возрождения. Кто-то может подумать, что люди из Клана Воронов не умеют быть благодарными…

— Старейшина Рох, — понизив голос, одернул его Габриэль.

Старик прокашлялся.

— Я только хочу сказать, что угасание больше не угрожает воронам, и за это мы в большом долгу перед вами. Я, конечно, уже старик, но знайте, что мои крылья будут в вашем распоряжении, как только они понадобятся вам.

— Благодарю вас, старейшина Рох, — кивнула Равена.

Повернув голову, она встретилась взглядом с Натаниэлем. Он смотрел на нее пристальным взглядом, который как будто говорил ей: «Видишь? Тебе рады здесь. Это место может стать твоим домом, если только ты захочешь этого».

Равена, подавив вздох, отвернулась.

— Рад приветствовать невесту главы, — слегка сиплым голосом произнес тем временем высокий и тучный старик с узкими покатыми плечами.

Равена не сразу узнала его, но пока он говорил, память воскресила имя: Тирон.

— Старейшины клана единодушны в своем желании выразить вам свою благодарность. Ваше присутствие здесь сейчас безмерно радует нас всех и дает надежду на то, что мы сможем отплатить вам за вашу доброту.

Равена ответила кивком головы.

Когда с приветствиями было покончено, Натаниэль обвел взглядом присутствующих, и произнес:

— С сегодняшнего дня Равена, как моя невеста, находится под защитой всего клана. Старейшины и главы всех знатных семей, проявляя верность ей — вы проявляете верность мне. Служа ей — вы служите клану.

Знать клана на какое-то время замерла в глубоком поклоне. Равена с удивлением повернула голову к Натаниэлю. Его слова стали неожиданностью для нее. Стоило ли ему заходить так далеко? Он ведь должен понимать, как сказанное им сейчас было воспринято его соклановцами?

Однако Натаниэль смотрел на нее в ответ спокойно, как будто ни в чем не сомневался. Бросив взгляд на Ран-Ги, Равена заметила, что тот смотрит на ее жениха с любопытством.

Натаниэль тем временем кивнул ей, на миг сомкнув веки. Это был знак, что настала ее очередь.

Сделав глубокий вдох, Равена обвела взглядом залу.

— Спасибо Клану Воронов за теплый прием. Ваши благодарственные речи нашли отклик в моем сердце. Однако…

Она на миг опустила взгляд и снова подняла его, заговорив решительнее:

— Могу ли в одиночку принять вашу благодарность? Справедливо ли это?

Она видела, как переглянулись с недоумением главы некоторых семей.

— Родившись в семье обычных людей, я не по своей воле наследовала возрождающую магию вымершего Клана Сапфиров, — продолжала она. — Так распорядились небеса. Угасание Клана Воронов остановила не я, это сделала духовная сила Сапфиров, — она твердо покачала головой. — И когда я думаю, что ваша благодарность никогда не достигнет их, это безмерно огорчает меня.

Изучая лица присутствующих — озадаченность, растерянность, недоумение, — Равена улыбнулась.

— Но теперь я знаю, что она может достичь их.

И снова удивленный обмен взглядами.

Равена выждала немного и, набрав полную грудь воздуха, громко произнесла:

— Клан Сапфиров можно возродить.

В первый момент в зале воцарилась тишина, но уже спустя несколько мгновений собравшиеся зашумели с новой силой.

— О чем вы говорите, госпожа? — спросил кто-то; если Равена не ошибалась, это был глава четвертой семьи Хорас. — Разве это возможно?

Она уверенно кивнула:

— До недавнего времени я и сама была уверена, что Клан Сапфиров исчез навсегда. Но теперь я знаю, что это не так. Посмотрите…

Осторожно она начала разворачивать сверток, который все это время держала в руках. Присутствующие затаили дыхание, наблюдая за ее действиями. Но стоило ей только откинуть последний уголок ткани, как все, кто был в зале, ахнули.