Мастер зверей. Бог грома. Бархатные тени - Андрэ Нортон

Ни звука, ни ветерка. Но что-то… Остин остановился и перевел фонарик с дороги на скалу справа. Свет равнодушно скользнул по ней. Голый камень, ничего нет. Но за секунду до того, как туда упал луч света, Остину показалось, точнее он был уверен, что там кто-то прячется и неслышно крадется за ними, укрываясь в тени скалы. Он мог бы поклясться, что слышит осторожное дыхание, легкое цоканье когтей по камню, шорох потревоженного гравия.

— Ничего нет!

Значит, Логан тоже насторожился? Может, и он чувствует, слышит и боится сам себе верить?

— Слева! — крикнул Логан и, схватив Сторма за запястье, направил луч в расщелину скалы. Очень удобное место для засады, но… Голые камни, пустая трещина, ничего…

— Там… там что-то было, — запинаясь, проговорил Логан. — Ведь для кого-то они ставили ультразвуковой барьер?

— Для кого-то ставили, — согласился Сторм. — Только это было давно.

Привидения? Духи? Привидения тех, кто строил эту дорогу, тех, кто высекал морду трехглазого над тоннелем или здесь, на прокаленной солнцем равнине, есть какая-то невидимая жизнь? Та, от которой строители защищались барьером?

Они пошли дальше, держась поближе друг к другу. Сначала они шли медленно, но выступающие камни, зловещие расщелины и трещины словно подгоняли их, и они постепенно ускорили шаг.

Скрежет по камню… или это уже хриплое рычание? Вот оно! Остин был абсолютно уверен, что на сей раз он точно заметил место, откуда донесся звук.

Он покрепче сжал в руке гранату и направил туда луч фонарика, как направил бы парализатор. Голый камень, пустота!

— Стой! — резко приказал он самому себе.

Раз он так сильно ощущает чье-то присутствие, можно попытаться этим воспользоваться. Предположим, здешние обитатели владеют какими-то зачатками телепатии и могут создавать ощущение своего присутствия там, где их на самом деле нет, и таким образом обманывать своих врагов. Работа Остина с командой зверей сделала его особенно чувствительным к такого рода воздействию. Так почему бы не попробовать установить непосредственный контакт с этим чужаком?

Его дар, то, что связывало его с командой, с Рейном, что помогало чувствовать некоторых других животных, может, сейчас он поможет определить, что это за тварь, собирается ли она нападать или просто играет в прятки? Чувства подсказывали ему, что само это выматывающее нервы напряжение и есть одна из форм нападения.

Очень осторожно, осторожнее даже, чем человек идет в темноте по незнакомому дому, Остин послал телепатический призыв и замер, выжидая. А если оно разумно? Сможет ли он связаться с пусть злобным, пусть очень далеким от человеческого мышления, но все-таки разумом? И сможет ли защитится от него так же надежно, как защищались своим барьером строители пещер?

Что-то коснулось его разума и тут же исчезло, но Остин успел уловить направление и тут же повернулся, вглядываясь в ту сторону, откуда донесся этот сигнал. Или это только его воображение? Никаких доказательств у него не было, и все же он был абсолютно уверен, что вступил в контакт с кем-то или с чем-то связанным со строителями этой дороги так же, как он со своей командой.

Уже почти успокоенный, он послал этому невидимому созданию приказ, словно одному из своих зверей. Но тонкая, хрупкая ниточка контакта оборвалась так же внезапно, как и появилась.

Чем бы ни было это воздействие — реакцией потревоженного стража или своеобразной атакой случайно выжившего создания, — люди с облегчением вздохнули, когда оно прекратилось.

Тени кружились, кривлялись и роились вокруг них. Фонарик мог легко рассеять любую, но на ее место тут же являлись новые. Логан кричал, ругался, швырял в темноту горсти гравия, но ничего не менялось.

Уже начало казаться, что трехглазый монстр из пещеры невидимо и неслышимо бегает вокруг них, пытаясь добраться до добычи. Наконец Остин всерьез разозлился.

— Стой спокойно! — скомандовал он, и Логан замер с камнем в руке. — Пойдем и посмотрим.

Остин двинулся к ближайшей скале. Все его чувства протестовали против такой глупости. Ведь ясно же что там засело в засаде что-то злобное, хищное, коварное…

Вот слева что-то мелькнуло… еще… теперь правее… Похоже, их окружали… Логан шагнул вперед и сейчас они наконец все увидят… Фонарик опять осветил пустые камни, только давление на мозг усилилось, и Сторм испугался, что сейчас они не выдержат и побегут.

Логан с рычанием выхватил гранату и швырнул ее в темноту. Вспышка взрыва на минуту ослепила их.

А потом… какая-то ответная вспышка в душе и больше ничего. Теперь все вокруг стало спокойно и на самом деле безжизненно.

Оглушенные, они постояли, тяжело переводя дыхание, а потом бросились бежать. Теперь дорога повернула к скале, надо было успеть добраться туда до восхода солнца.

Дорога заметно поднималась и она сделалась совсем гладкой. Сторм посветил под ноги и увидел, что она покрыта знакомым черным веществом. Они поднялись уже довольно высоко над долиной, когда дорога внезапно оборвалась крутым уступом. Прямо перед ними был обрыв, а сбоку — голая необработанная скальная стенка. И сколько они не искали, не было ни дверей в стене, ни пути вниз с обрыва. Это был конец дороги.

— Похоже на посадочную площадку для коптеров, — заметил Логан, когда они немного огляделись. Он сел на черную поверхность и обхватил руками колени.

— Что же теперь? Вернемся? Здесь нас поджарит, как на сковородке.

Остин сомневался, что они успеют вернуться до наступления дневного пекла. Правда, они отошли не так уж далеко, но ночная схватка с привидениями порядком их измотала. И тела и души требовали отдыха, но если они хотели остаться в живых, следовало сразу же пускаться в обратный путь.

Он присел на площадке рядом с Логаном и с удивлением заметил, что свет фонарика отражается от покрытия. Приглядевшись, он увидел кое-что, потрясшее даже его отупевшую от всего пережитого душу: вокруг всей площадки шла странная блестящая полоска. Она начиналась на самом конце дороги и спиралью вилась по площадке до самого центра. Там она заканчивалась кругом, достаточным, чтобы в нем мог стоять один человек.

После он так и не мог объяснить, что заставило его действовать. Может, само это место оказывало какое-то влияние, но теперь он совершенно точно знал, что надо делать.

Подойдя к началу спирали, он пошел вдоль нее, виток за витком, стремясь к центральной точке. Все его внимание сосредоточилось сейчас на том, чтобы его сапоги не соскользнули с гладкого стеклянистого вещества.

Словно издалека донесся до него требовательный вопрос Логана, но ему было не до того. Весь его мир сузился до этой дорожки, и ее надо было пройти с максимальной концентрацией внимания. Круг в центре был дверью, и если он ошибется, она не откроется.