Грета и потерянная армия - Хлоя Джейкобс

За спиной заплакал Дрю. Мама всхлипывала. Грета подвергла их жизни угрозе. Теперь у неё нет выбора: они с Айзеком — вместе — должны избавиться от демона.

Она чувствовала, как отец напрягся всем телом.

— Что это такое? — спросил он слабым, потрясённым голосом. — Это явно не человек.

— Нет, пап, не человек.

Тут невозможно ошибиться. Его чёрная кровь, стекавшая из раны на виске, засохла, размазавшись по всему лицу. Тонкая кожа была больше похожа на салфетку, обтянувшую кости. Местами она отслаивалась, местами была порвана, обнажая сухожилия и кости. Но его глаза горели алым, губы были растянуты. Он со злорадством смотрел на её родителей.

— Мамочка, папочка! — Он широко раскинул руки. Блудный сын вернулся домой, не иначе. И сам засмеялся над своей больной шуткой. — Безмерно рад с вами познакомиться. Ваша смелая дочурка много о вас рассказывала… ну, возможно, слово «рассказывала» тут не совсем подходит. — Он бросил взгляд на Грету и ухмыльнулся. — Как бы ты описала наши отношения, дорогая? Эту нашу особую связь. — Он просто дразнил её. — Я бы сказал, это слишком интимный момент, который не описать словами.

Она поёжилась и подняла меч.

— Нет между нами никакой связи, урод.

Демон пожал плечами.

— Ну, раз ты настаиваешь…

Он снова перевёл взгляд на её родителей и начал надвигаться на них. Его глаза сверкали, предвкушая, сколько боли они причинит Грете и её семье.

Грета бросилась на него, не обращая внимания на боль в боку, и сделала диагональный выпад мечом. Аграмон заблокировал удар, но Грета ловко пнула его по голени и пихнула локтем в живот.

Её мать вновь закричала, когда раздался звон стекла. Грета обернулась и увидела, как из кухни выходит Айзек. Он разбил окно, чтобы попасть в дом.

Пользуясь тем, что она отвлеклась на секунду, Аграмон сбил её с ног, резко ударив прямой рукой по её груди. Она упала на кофейный столик в гостиной, и тот хрустнул под ней, острый кусок дерева впился в её бок.

Айзек заслонил её родителей и с яростным рёвом бросился на демона. У него не было силы его лунной фазы, но король гоблинов всё равно был свиреп и опасен, когда наносил один удар за другим.

Родители подбежали к Грете.

— Помогите мне достать эту штуковину, — простонала она, указывая на ножку столика, торчащую из её живота.

Её папа замотал головой, его глаза были распахнуты от шока и страха.

— Не могу. Ты истечёшь кровью. Щепки…

Айзек взвыл, и что-то сломалось. Аграмон нависал над ним, приподняв ногу, словно собирался наступить на надоедливую букашку.

Грета попыталась протолкнуть острый край через рану, но не смогла сдержать крика.

— Папа, сделай это, прошу тебя! Айзек не справится с Аграмоном в одиночку. Ему нужна моя помощь!

Айзек сумел подняться на ноги, но ему в лицо тут же прилетел кулак. Грета через всю комнату услышала этот неприятный хруст. К чёрту всё. Она попыталась встать и пойти к нему прямо в таком состоянии, но отец не дал ей этого сделать.

— Ты моя дочь, я не позволю тебе… — начал он.

— Пап, ты не понимаешь, кто я! — взвыла она. — Я боец. Я… убийца. Но я не стыжусь этого, потому что только я могу помешать этому демону уничтожить весь наш мир.

Мама опустила ладонь на плечо Греты. Девушка подняла глаза, и в этот момент деревяшку вытащили из неё со спины. С её губ сорвался крик, полный скорее удивления, чем боли.

Её мать отбросила окровавленную ножку стола и развязала пояс своего халата, чтобы обернуть его три раза вокруг талии Греты и завязать в узел над раной.

— Я верю в тебя, — прошептала она голосом, полным искренних эмоций. — Иди уничтожь эту тварь.

— Спасибо, — ответила Грета, стиснув зубы, и встала.

Отец держал её меч. Грета протянула за ним руку.

— Я смогу это сделать, — пообещала она папе. — Я не позволю никому и ничему причинить вред тем, кого я люблю.

Его взгляд был полон боли и напряжения, но отец всё же отдал Грете меч. Она кивнула в благодарность — и за оружие, и за оказанное доверие — и обернулась. Аграмон прижал Айзека к стене, держа за горло, оставив на стене вмятину от широких плеч короля гоблинов. Всё лицо Айзека было всё в крови. Он рычал и размахивал кулаками, но демон лишь поднял руку и вонзил острые когти прямо в грудь Айзека, словно намеревался вырвать его сердце.

— Нет! — закричала Грета. Она бросилась к ним и отрубила мечом руку Аграмона. Айзек упал на колени, а затем перекатился на бок.

Грета сделала выпад вперёд и пронзила мечом сердце Аграмона. Тот распахнул огромную чёрную пасть, издавая пронзительный вопль ярости и боли. Его длинная тонкая рука дёрнулась на полу, но он не мог до неё дотянуться. Вместо этого он схватил меч обеими руками и дёрнул глубже на себя, вынуждая Грету подойти ближе.

Она не отпускала рукоять. Когда они оказались нос к носу, он пригвоздил её взглядом. Она чувствовала, как чёрная масса тянется к ней, взывает к ней.

— Ты никогда не будешь свободна от меня, — театрально произнёс он в какой-то извращённой пародии на шёпот любовника. — Я теперь часть тебя. Можешь убить меня, но потом всю жизнь проведёшь в страхе, ожидая моего возвращения.

— Нет. Нет, я не буду бояться, — пообещала она, сильнее надавливая на меч, пока рукоять не коснулась его груди. — Потому что ты ничтожество, всего лишь склизкая оболочка, пустая внутри. Ты не сможешь больше никому причинить боли, никогда.

Она оттолкнула его вытаскивая меч, и занесла его высоко над своей головой. Он, рыкнув, бросился на неё, но Грета рассекла воздух быстрым, решительным движением.

Голова демона, прокрутившись в воздухе, упала на пол, лицом к ней, как большой бильярдный шар с предсказаниями. В этот момент Грета поняла, что его слова были отчасти правдой. Это искорёженное насмешливое выражение будет преследовать её в кошмарах до конца жизни.

— Грета.

— Айзек! — Она обернулась к