Нейтралы - Роман Г. Артемьев

по большей части незнакомые, спустя минут двадцать появилось второе. На столе поблизости я заметил ризотто, пасту с ветчиной, жульен, мясо с грибами, жареного гуся (его быстро разобрали) и много чего ещё. Запивать всё это богатство предлагалось водой и соками.

Ближе к концу пира в зал вошли припозднившиеся волшебники, для которых за профессорским столом были приготовлены отдельные кресла. Людо Бэгмен и Барти Крауч. Бэгмен – своеобразный магический Жириновский, его все любят и прощают глупости. Азартный игрок, о чьей готовности делать ставки слагают легенды. Тем не менее, мужик он умный и с прекрасной интуицией, позволившей ему занять одну из важнейших должностей в Министерстве.

С другой стороны от Дамблдора сел Бартемиус Крауч. Старший. Очень сложная фигура, опасная и влиятельная. Один из лидеров «красной» партии, не ставший министром благодаря случайности и совместным усилиям абсолютно всех остальных партий. Слишком жесток, неуступчив, не для мирного времени. В определенном смысле, они с Дамблдором – идеологические оппоненты, сторонники диаметрально противоположной тактики в вопросе развития магического мира. Сейчас он руководит департаментом международного сотрудничества и все последние успехи Министерства имеет полное право записать на свой счет.

Наконец, тарелки опустели, директор вновь встал из-за стола. Он мастерски нагнетал интригу – представил чиновников, позвал Филча с ларцом, однако открывать его не стал, ещё немного поговорил, вытащил Кубок и только тогда принялся оглашать правила. Всё-таки есть в нём любовь к театральности.

- Желающие участвовать в конкурсе на звание чемпиона должны написать своё имя и название школы на куске пергамента и опустить его в Кубок, - сказал он. – Им даётся на размышление двадцать четыре часа…

Объявление о запретной линии, не позволяющей бросить в Кубок своё имя тем, кому не исполнилось семнадцати лет, вызвало бурю возмущения за столом Гриффиндора и отдельные недовольные крики среди учеников других Домов. У нас народ подобрался. Участвовать в чемпионате по-прежнему хотели немногие, но обойти заклятье самого Дамблдора – это вызов.

- Дорогие, - рядом с нашим столом остановилась мадам Максим, - поблагодарим любезных хозяев и возвращаемся на борт летающей кареты.

- Да, мадам! – немедленно принялись собираться шармбатонцы.

Тем временем большая часть воронов зачарованно наблюдала за колдующим Дамблдором. Короткие, скупые движения палочки и чуть слышно срывающиеся с губ слова, полное отсутствие лишних эффектов. Директор Хогвартса редко колдует на публике, и всегда, когда это происходит, за мастерской работой пристально следят ученики.

- Сильная ментальная составляющая в заклинании, - сделал вывод Артур. – Если соискатель уверен, что старше семнадцати, то пройдёт. В остальных случаях черта его не пропустит.

- То есть нам, чтобы пройти, надо убедить себя, что нам больше семнадцати?

- Нереально. В самовосприятии личности очень многое завязано на возраст и ощущение времени – да практически всё завязано! Я не знаю, какого уровня менталистом надо быть, чтобы настолько перекроить собственное сознание. Или хотя бы наложить поверх маску, способную обмануть проверку.

- Иными словами, школьник не справится.

- Абсолютно точно нет.

- А оборотень или одержимый? Их вторые сущности могут вовсе не воспринимать концепцию времени.

- Б…ть! – спустя минуту выдал Артур. – И никого под рукой нет, когда нужны. Лайза! Лайза, погоди, дело есть!

Он вскочил из-за стола, догнал уходящую Турпин и принялся горячо ей что-то втолковывать. Рядом со мной присела Луна, с рассеянной улыбкой оглядела покидающих зал учеников.

- Ты мог бы попытаться, - тихо заметила она.

- Здесь я не сильнейший. Даже не в первой десятке.

- Волшебники думают, что знают, как думает Кубок. Это не так.

- В любом случае – я не хочу.

- Жаль. Было бы смешно.

Смотря кому. Я не из породы нагибаторов, меня даже обладателем сильных лидерских качеств не назовёшь. Выезжаю за счет взрослого опыта и примерного знания будущего. Пока что всё идёт так, как и должно идти, однако выбор иного чемпиона, не важно, меня или нет, обернётся сильным искажением известных событий.

Вернулся мрачный Артур.

- Нас декан заловил. Напомнил, что умышленное вселение духа в смертную оболочку карается пятью годами в Азкабане. Какого хрена! Корнер уже согласился!

- Не переживай. Спросишь в клане, кто-нибудь наверняка с подобной ситуацией сталкивался.

- Не факт. Заклинание высшее, модифицированное под конкретную задачу, может сильно отличаться от аналогов, - он вздохнул и оглядел полупустой зал. Луна уже куда-то незаметно исчезла. – Пойдём, что ли?

- Пойдём.

Четвертый курс Вторая часть

По субботам и воскресеньям расписание многим позволяет поваляться в кровати подольше, однако в этот раз многие спустились в зал раньше обычного. Виной тому был Кубок, стоявший на той же табуретке, на которой лежала Шляпа при распределении. Хотя, возможно, табуретка другая, никто не присматривался.

На расстоянии в метра три от неё тускло сияла тонкая золотая линия.

Некоторые из наших сидели за столом с тетрадками, куда заносили имена пожелавших рискнуть и время. Падма показала мне свою – первым шёл Кассиус Уоррингтон со Слизерина. Я припомнил его сонный взгляд, полноватую фигуру и пришел к выводу, что ему не светит.

- Кто-нибудь из наших участвует?

- Долиш и Дэвис. С Долиш всё понятно – она в аврорат пойдёт, у них это семейное, ей нужно. А Дэвис, похоже, на ту полувейлу глаз положил и теперь выставляется.

- Без шансов.

- Точно.

Несколько студентов додумались сварить старящее зелье и выпить его, надеясь таким образом обмануть черту. Из наших данный способ использовала Сандра Фосетт, девушка с чрезвычайно активной жизненной позицией – возможно, её подвергнут остракизму за недостаточную продуманность эксперимента. Или не подвергнут. Красивым девушкам многое прощается.

На близнецах старящее сработало нестандартно, о чём я попросил Падме сделать пометку в журнальчике. Всех, его выпивших, черта выкидывала сразу, попутно обеспечивая бородой. Однако, когда Фред Уизли пересек черту, а Джордж остался снаружи, реакции не последовало. Только после того, как Джордж тоже попытался опустить своё имя в Кубок, заклинание поступило с ними так же, как и с предшественниками. Черта посчитала их одним человеком?

В полном составе, заявившись, как и вчера, в парадной форме, побросал бумажки с именами Дурмстранг. Школа с очень неоднозначной репутацией, вернее, не школа – институт. Огромная структура, включающая в себя учебное заведение, аналог наших Гильдий, полк стражников и много чего ещё. Каркаров отвечает за подготовку кадетского корпуса, именно своих питомцев он и привез на состязание. Среди них всего одна девушка. Дурмстранг почему-то считается восточно-славянской школой, хотя по факту туда поступают