Пятый мир - Данила Юрьевич Конев

– Пятый, – сообщил Глэг.

Архитектор начал собирать энергию вокруг себя. Едва видимые потоки начали появляться, становясь заметнее с каждой секундой.

– Медленно, – расстроился Глэг. – Он очень слаб.

Макс больше не мог обратиться в волка и не имел иного оружия. Ему оставалось беспомощно взирать на битву со стороны. Безликая в обличье медведицы наконец разобралась с одним из ангелов. Безликая устремилась на помощь друзьям, но тут огненный шар, пущенный Мертвым богом, настиг ее. Расправившись с безликой, Андурин посмотрел на Архитектора.

– Ты мне больше не нужен, мой друг, у меня теперь есть нечто более ценное, – произнес он, приготовившись метнуть в ангела шар. Тот бросил попытки открыть портал в другой мир и, расправив плечи, двинулся на Мертвого бога.

– Ну, давай, покончим с этим, Андурин. Убей меня, как ты убил своего отца. Ведь это сделал ты?

– Да, ты прав, всю грязную работу пришлось делать мне, а Вотан забрал все лавры себе, – согласился бог.

В этот же момент ангел, пришедший с Мертвым богом, сделал удачный бросок и попал в Черныша, задев и Андуза Фейна. Волк погиб на месте, а человека отбросило на несколько метров, но он остался жив. Пока Андуз приходил в себя, ангел двинулся на Анну, готовясь метнуть в нее новый шар. Бросок, и в тот же миг яркая вспышка ослепила принцессу. Девушка зажмурилась, приготовившись к смерти, но ничего не произошло.

– Идиот, не трогай ее, она мне нужна, – взревел Мертвый бог от ярости. Ангел отпрянул, опасаясь гнева своего повелителя.

Анна открыла глаза и увидела тело Макса, который лежал бездыханным на каменном полу. Он спас ее, пожертвовав собой. Девушка упала на колени, не в силах выдержать такое горе. Мертвый бог ликовал.

– Ну что ж, если мы закончили, то прошу, мама, вернемся во дворец, у нас есть важное дело, – подмигнул он Анне. – А остальные, если дорожите жизнью, прекратите сопротивление и сдавайтесь на милость победителя.

В этот же миг вокруг Мертвого бога сформировались энергетические потоки, похожие на те, что пытался создать Архитектор.

– Только не сейчас! – взревел Андурин.

Архитектор первым понял, что происходит, через мгновение Мертвый бог исчез, но портал, в который он провалился, был еще открыт.

– Скорее! – крикнул ангел Анне, Глэгу и Андузу. – Прыгайте, он скоро закроется.

Глэг моментально среагировал на его слова и в три прыжка оказался на месте. Архитектор метнул энергетический шар в приспешника Андурина, но тот оказался слишком слабым, потому сбил противника с ног лишь на несколько секунд. Однако этого времени хватило. Анна помогла Андузу подняться и подойти к порталу. Глэг дождался их и шагнул в уже закрывающийся проход.

– А Хель? – крикнула принцесса Архитектору. Тот схватил душу девушки и с силой бросил в портал.

– Бегите, – крикнул ангел.

Последнее, что увидела Анна перед собой – как энергетический шар поразил Архитектора и тот свалился замертво. После чего все померкло у нее перед глазами.

Глава 16

В каждом храме стояли статуи Триединых богов и возле них алтарь, где прихожане оставляли пожертвования. Вотану и Летовеху приносили хлеб, рыбу и прочую снедь. Их клали на специальный стол, сделанный из камня. Местные служители культа готовили из этих продуктов, либо сжигали их на костре. Так жертва доходила до бога. Другое дело с Андурином. Алтарей у Мертвого бога было два: один слева, другой справа от статуи. На правом резали куриц, овец и другую живность, сливая свежую кровь в специальный сосуд. Кровь из сосуда выливали в рот статуи. Левый же алтарь был приспособлен исключительно под жертвоприношения. Перед церемонией жертву опаивали хмельными напитками. Человек таким образом справлял свои похороны. Он становился вечным слугой Мертвого бога в Загробном мире. Это было почетно и уважаемо, но находилось слишком мало смельчаков, готовых пойти на подобное добровольно. Поэтому со временем имя жертвы стали определять посредством жребия.

Возле храма Триединых богов собралась толпа, которая ждала появления бога. В сам храм пустили не так много волкодлаков, в основном привилегированных особ, членов их семей и тех, кто успел прийти первым. Гальвин и другие жрецы вырядились в свои самые праздничные одежды и начали церемонию. Они пели и окуривали душистыми травами пространство храма. В этот же момент к храму по узким улочкам поселка неспешно двигалась отара овец. Завидев животных, охотники устремились к пастуху, ругаясь и бранясь на него, что привел в толпу скот. Молодой пастух размахивал палкой, отгоняя то овец, то надоедливых охотников. В итоге после недолгих препирательств на пастуха махнули рукой, разрешив понаблюдать за действом на краю площади.

Церемония началась, Хведрунг в сопровождении одного жреца и охраны вошел в храм под жидкие аплодисменты толпы. Многие были расстроены, что именно вожаку знахарей выпал столь тяжелый жребий.

– Нам надо попасть внутрь, – шепнула Лилит на ухо пастуху. В этот раз она обратилась мухой, которая сидела в волосах у Граки. – Иначе все пропустим.

Волкодлака немало удивляли возможности по превращению его новой подруги в существ кардинально разного размера. Но, в конце концов, она была богиней. Грака вздохнул и, надвинув капюшон, начал пробираться сквозь толпу. Это оказалось не так-то просто, но все же через десять минут, пихаясь и ругаясь по дороге со всеми подряд, он оказался перед входом.

– Куда прешь? – рявкнул охотник, не узнавший в нем бывшего вожака стаи. Грака отпрянул. Он осмотрелся и заприметил другого охотника, который отделился от охраны и направился к реке. Грака пулей понесся за ним, удивляясь по дороге, как его не узнают. Но Лилит хорошо постаралась, наложив немного чар и сделав похожим на настоящего Флига. Наконец он пробился к реке и оказался в кустах, где заканчивал свои дела охотник.

– А, привет, Флиг, – радостно помахал тот Граке. – Как дела?

Вместо ответа охотник получил увесистый удар, который вырубил его. Этому приему Грака научился у отца, который был известным задирой и погиб в пьяной драке, когда Граке было тринадцать лет.

– Неплохо, – присвистнула Лилит.

Грака скинул пастушью куртку и остался в волчьей шкуре, в которой он прятал копье. Лилит ненадолго приняла свой привычный облик и наколдовала Граке новое лицо, похожее на лицо валявшегося без сознания охотника.

– Ну вот, а теперь поспеши, – довольная, сказала безликая.

Через пятнадцать минут Грака вновь оказался перед оцеплением.

– Болг, где тебя бесы носят? – рявкнул один из охотников.

– Простите, – изобразил неловкость перед командиром Грака, встав в оцепление.

– Ты чего, издеваешься? – взревел тот. – Живо внутрь, и чтобы до конца церемонии своего поста больше не покидал!

Это была удача,