Миры Роджера Желязны. Том 17 - Роджер Желязны

А теперь вынесем приговор тому, что есть, и решим, чему быть.

Все совершенное Маком может подлежать суду в разных плоскостях: с точки зрения результатов, с точки зрения его намерений или же в рамках споров урбанистов и сторонников деревенского образа жизни. Короче говоря, его поступки дают обильный материал для диалектической перепалки между силами Добра и Зла, которые смогут преспокойно обсасывать тонкости и нюансы в течение следующих десяти веков.

А результаты таковы:

Испытание первое. Константинополь. Икона, которую Мак спас, позже погибла. Город сожжен теми, кто якобы пришел его защитить. Зло победило.

Испытание второе. Кублай-хан потерял свой волшебный скипетр. Утрата этого скипетра лишила монгольские орды части их удачи и обуздала ярость их напора. Угроза набегов Кублай-хана на страны западной цивилизации уменьшилась. Тем самым победа на стороне Добра.

Испытание третье. Флоренция. Спасено бесценное произведение искусства. Двое мерзавцев, Медичи и Савонарола, способные еще на многие злодеяния, своей преждевременной смертью освободили мир от себя. Еще плюс на стороне Добра.

Испытание четвертое. Приобретение волшебного зеркала доктора Ди не имело существенного значения. А вот судьба Кристофера Марло имела, да еще какое. Проживи он дольше, он написал бы еще более едкие произведения против ханжества, что, в конечном итоге, идет на благо Добру. Победило Зло.

Испытание пятое. В долговременной перспективе ни спасение, ни гибель королевской четы никак не сказалось бы на демократических реформах девятнадцатого века. Они бы совершились в любом случае. Однако зло не было отвращено от конкретных людей — короля и королевы. В этом туре не оказалось победителей.

И последнее: на протяжении всего Турнира обе стороны прибегали к бесстыдному обману. И это тоже сводит результаты к нулю. А потому я объявляю результаты состоявшегося противоборства недействительными!

Глава 5

Информация об этом дошла до Мефистофеля с досадным опозданием.

Один из ангелов, направляясь из Рая в Чистилище на торжественное объявление победителя Турнира, вздумал на сей раз прилететь на собственных крыльях, а не переместиться с помощью магии. Во-первых, надо и крылья время от времени упражнять, чтобы не атрофировались; во-вторых, пора в кои-то веки полетать медленно и неспешно насладиться ландшафтами внизу.

Когда ангел пролетел над райскими особняками, оставив за спиной самые дорогие и желанные предместья Рая, он увидел — кого бы вы думали? — Мака! Этот парень медленно, но верно двигался по крутому каменистому склону в сторону райского дворца, вознесенного на самые высокие небесные высоты. Шел он на пределе сил, как заметил ангел, но шел — на своих двоих, и не думал сдаваться. Вот о чем поведал ангел Мефистофелю.

— И куда же он направлялся? — резко спросил Мефистофель.

— Похоже, что он намеревается встретиться с Сами-знаете-с-кем, — ответил ангел.

— Только не с Сам-знаю-кем! — вскричал Мефистофель.

— У меня сложилось впечатление, что он метит именно туда. Разумеется, он мог пойти в гору и просто так — полюбоваться пейзажем…

— Да как он мог посметь пуститься на поиски Господа! Каков наглец! Без специального мандата! Без рекомендаций и без разрешения! Без особого эскорта из праведников, безгрешность которых засвидетельствована семью печатями! Неслыханная дерзость!

— Я только передал то, что видел, — произнес ангел.

— Надо бы своими глазами поглядеть, что там происходит, — сказал присутствовавший при разговоре архангел Михаил.

Глава 6

Поднявшись почти к вершине горы, которая терялась в облаках, Мак узрел перед собой огромные жемчужного цвета ворота на золотых столбах. По мере приближения нашего героя створки ворот стали сами собой медленно-медленно распахиваться.

Мак смело направился внутрь и очутился в невиданной красоты саду, где каждое дерево и каждый куст взращивали на себе лишь добрые плоды и не было ни одного сорняка, ни одного вредного жучка, ничего дурного.

Тут Мак заметил, что навстречу ему торопливым шагом идет высокий бородатый человек в белом одеянии. Мак мгновенно пал ниц со словами: — Приветствую тебя, Господь!

Бородач подскочил к нему и помог подняться на ноги.

— Нет, нет! — быстро заговорил он. — Не надо мне так кланяться. Я не Господь. Боюсь, что Он не сможет поговорить с вами немедленно, как Ему хотелось бы. Однако Он послал меня, Его верного слугу, дабы сообщить вам, что Он пришел к решению отменить приговор Ананке и объявить вас победителем Турнира.

— Меня? — охнул Мак. — Но чем я заслужил такую честь?!

— Не знаю подробностей, — сказал бородач. — Однако вердикт касается не вас лично. Было решено коренным образом изменить ход мировой истории: повернуться лицом к тем, кого прежде считали презренными шалопаями и проходимцами, и вообще к простым грешным людям, не требуя больше от них совершенства, принимая их такими, какие они есть. Боги древности пытались вести человечество к сияющим высотам — и сели в лужу. Господь вместе с чистыми и нечистыми духами пытался делать то же самое — и не сумел. Его величество Закон пытался руководить человечеством — и опростоволосился. Разум также оказался никудышным предводителем. Даже его светлость Самотек покружил, покружил человечество и ни к какому берегу не прибил. А потому объявляется эра простого немудрящего человека. Вы, Мак, поступали во время Турнира крайне просто, руководствуясь потребностями минуты, вполне корыстно, но не без слабой надежды, что ваши поступки послужат более благородным целям. Поэтому вы достойны быть победителем Турнира, ибо даже легкий налет идеализма на действиях куда ценнее, куда убедительнее, нежели наличие в голове кучи великих и сложных идей, которые никак не сказываются на поступках.

Мак был ошеломлен, ошарашен, огорошен, подавлен.

— Чтобы я правил миром? — пробормотал он. — Это немыслимо, даже слушать не хочу. Говоря по совести, это звучит просто-напросто кощунственно! Да-да, это богохульство!

— Господь присутствует в каждом богохульстве, а дьявол — в каждой набожной фразе.

— Послушайте, — сказал Мак, — такие серьезные вещи я хотел бы обсудить с самим Господом.

— Ах, кабы это было возможно! — с грустью произнес бородач. — На беду, с единым Господом нельзя поговорить напрямую — даже здесь, в сердцевине Рая. Мы искали Его тут повсюду — и не нашли. Такое впечатление, что Он не то пропал без вести, не то скрывается. Кое-кто даже утверждает, что Он никогда не существовал: мол, сохранись после него хотя бы одна фотография, тогда бы другое дело… Но легенды утверждают, что было время, когда Он действительно существовал и ангелы часто навещали Его и вкушали мед созерцания лика Его. Он говорил им о том, что Рай и Ад прячутся в подробностях. Ангелы не улавливали смысла его слов. Он говорил им, что как внизу, так должно быть и наверху. Ангелы не понимали смысла его речи, пока на небесах не возникли трущобы и не начался разгул преступности.