Император. Прогрессор. Маг - Игорь Дикарёв

несмотря на бесчисленные недостатки, всё же есть один плюс — благодаря его опасностям и тяготам живущие там существа закаляются и становятся сильными.

Лишь благодаря подобной закалке, полученной в родном мире, здесь мы обладаем практически бессмертием. Там же тридцатилетние эльфы считаются долгожителями. Лишь благодаря нашей крови, делающей здесь нас бессмертными, там мы можем протянуть три десятилетия.

Плюсом нашего родного мира является то, что там благодаря трудностям можно обрести истинную силу и стать божеством. Именно поэтому тот из нас, кто первым обрёл эту силу, изгнал нас из того мира. Нет, он не был добр, так как понятие добра чуждо для нашего мира, просто он боялся, что кто-то из нас может стать столь же могущественным и потеснить его.

Я много общался с землянами и узнал, что в их культуре существует понятие ада. Так вот, ад очень похож на наш родной мир.

С этими размышлениями я добрался до дворца. Именно дворца, так как назвать увиденное очередным гнездом тварей у меня язык не поворачивался. Похоже, главный арахнид любит красоту и комфорт.

Множество дорог сходилось в одном месте. Место было выстроено из камня и напоминало настоящий холм, состоящий из бесчисленных коридоров, комнат, кладовок и проходов. Каменные стены были расписаны всеми цветами радуги, оттого выглядело сооружение достаточно красиво. В некоторых местах стены украшали рисунки и барельефы.

Несколько десятин я наблюдал за тем, как передвигаются здесь арахниды, выявляя последовательности и закономерности в их передвижении. Это помогло мне пробраться внутрь дворца. Здесь мне пришлось стать тенью тварей. Я то шагал за ними по пятам, то прятался в комнатах, то взбирался на потолок, чтобы меня не заметили.

Тяжело было оставаться незаметным, особенно учитывая, сколь сильное давление оказывало на мой разум близкое присутствие главного арахнида. Он обладал крайне могущественным, распространяя свои мысли одной лишь силой воли. Я физически ощущал волны его гнева. Похоже кто-то не на шутку рассердил его, и я даже догадывался, кто именно.

Я завис под потолком одного из коридоров, прячась от тварей, ухватившись за уступы промеж камней. В этот момент несколько отродий проконвоировали подо мной толпу гномов, что завизжали будто дикие животные, когда я ощутил очередную волну гнева твари. Когда волна прошла, гномы пускали слюни и вели себя крайне странно, будто потеряв разум. Я правильно сделал, что попросил Саяна уничтожить врата, а сам отправился сюда. Он очень сильный маг, но боюсь, что противостоять такому ментальному воздействию он бы не смог, ведь даже мне — существу, прожившему несколько веков и родившемуся в родном мире эльфов, это давалось с превеликим трудом.

Главное, чтобы тварь не почувствовала моего присутствия, ведь стоит ей обратить на меня своё пристальное внимание, и она одной лишь силой воли сможет превратить меня в пустую оболочку без разума. Для этого мне приходилось постоянно представлять, что меня не существует, что я лишь песчинка под ногами тварей, которая совершенно случайно постепенно приближается к главному жуку.

Не знаю, сколько времени у меня ушло на то, чтобы добраться до цели, но вымотало меня это знатно. Я прополз сквозь узкий лаз, служивший, судя по всему, для проветривания центрального помещения, и оказался на внутреннем балконе, под самым потолком, откуда смог рассмотреть всё убранство помещения.

Это был огромный каменный зал с высокими потолками, разукрашенными стенами, несколькими статуями и четырьмя фонтанами, располагавшимися по периметру и бесчисленным числом свечей, что освещали всё вокруг. По центру зала находился огромный арахнид, что был гораздо крупнее даже виденных мною трицератопсов. Это точно он. Главный жук. Он выглядел не опасно, а скорее отвратительно. Огромная голова, лишённая хитиновой брони, такое же омерзительно-розовое тело, несколько сотен коротких ног и мерзкая пасть, в которую со специального помоста закидывали приведённых гномов.

И как мне его убивать? Да, он лишён брони, но слишком уж огромен. У меня с собой только лук и стрелы. Хотя всё же есть одна мысль. Знахарь по имени Марон дал мне не только целебные снадобья, но и особую двухкомпонентную мазь с обратным действием. Он сказал, что это сильнейший яд, придуманный лично им, последний компонент которого он отыскал в экспедиции, в которой мы едва не погибли.

Я достал оба компонента и влил один в другой. Хранить их смешанными нельзя, так как яд быстро теряет свою силу и выветривается. В колбе забурлило и зашипело, стал ощутим едкий запах. Я обмакнул наконечники всех стрел в эту жижу, после чего натянул тетиву и прицелился в глаз твари.

Меня здесь нет. Я песчинка. Всего лишь крошечная жёлтая песчинка. Стреляет в тебя кто-то другой. Не я.

Стрела отправилась в полёт, а спустя мгновение у меня в голове будто очутился гигантский колокол, звон которого едва не разорвал мою голову в прямом смысле слова. Я едва не упал с крошечного балкончика.

У нескольких тварей, что были ближе всего к главному жуку, действительно взорвались головы, как и у бедных гномов, что жуки ещё не успели скормить генералу.

У меня из ушей лилась кровь, а ещё я физически ощущал боль, что чувствовал сейчас стратег. Но это меня не остановило. Я накладывал на тетиву одну стрелу за другой, выпускал их в разные части уродливого тела. После каждого выстрела я сам был всё ближе к смерти. Меня стошнило, а руки стали трястись. Ноги подогнулись, я выронил лук и едва не полетел вниз, в последний момент успев схватиться за выступ, на котором стоял. С трудом подтянулся и вполз в отверстие, через которое и проник внутрь.

Нужно было уходить как можно быстрее. Если выбраться из дворца, то будет хотя бы крошечный шанс на спасение.

Всё было будто в тумане, будто во сне. Примерно также я ощущал себя, когда в прошлый раз потерял память, разучился делать элементарные вещи и едва не потерял себя. Неужели опять мне предстоит разучиться стрелять из лука? Нет, только не это. Скорее наружу, скорее! По спинам остолбеневших детекторов, мимо обезумевших исчадий, поднырнуть под неподвижных отродий и на выход.

Полностью пришёл в себя я уже снаружи дворца. Тварь сдыхала, я чувствовал это. Спасибо, Марон, хороший яд придумал.

Снаружи дворца было несколько остолбеневших отродий, что конвоировали внутрь дворца нескольких эльфов. Здесь влияние разума жука было не столь сильным, как внутри, поэтому моим соплеменникам удалось сохранить разум. Они с недоверием смотрели на меня и на остолбеневших отродий.

— Они больше не опасны, — сказал я. — Но это ненадолго. Можете убить их. Это делается так.