«Если», 1999 № 06 - Брюс Стерлинг

Видно, что автор неплохо знает современную книжную и кинофантастику. Порой создается впечатление, что иные событийные ряды словно списаны из некоего «каталога сюжетных ходов». Но кто сейчас утруждает себя поисками оригинальных сюжетов?..

----------------

Андрей ШАГАНОВ

ЗАГОВОРЩИК

Москва: ACT, 1999. — 416 с.

(Серия «Звездый лабиринт»). 10 000 экз. (п)

===================================================================================

Содержание этой книги полностью укладывается в каноны классического психоанализа. Эрос олицетворяет планета Хеинва, оплот победившего феминизма. Все женщины здесь как на подбор рослы, красивы, максимально сексуальны, а мужчины хилы, малочисленны, слабы и вообще никем в грош не ставятся Лабиринт, творение древней цивилизации, используется просвещенными властями планеты Хеинва как орудие изощренной казни и на деле оказывается храмом Смерти, символом Танатоса. Истинное назначение этого грандиозного сооружения — заставить попавшего сюда прочувствовать весь ужас и всю прелесть грядущей неминуемой гибели. Провести жертву по всем кругам ада, доказать бессмысленность сопротивления судьбе и убедить, что Смерть на самом деле прекрасна и может быть дарована лишь самым достойным.

Правда, обе эти линии существуют в романе как бы раздельно, и автор не приложил особых усилий, чтобы связать их Поэтому первая часть, описывающая злоключения героя среди женщин-амазонок, смотрится натужным прологом, призванным лишь предварить попадание его в Лабиринт. История двух молодых землян, втянутых в неудачную попытку военного переворота, не блещет ни оригинальностью, ни убедительностью. Да автор, похоже, и не слишком старался придать событиям и поведению персонажей особую правдоподобность, сведя сюжет и описания к набору расхожих штампов (чего стоит хотя бы упоминание об иллюминаторе в каюте заключенного-смертника на космическом корабле!).

Вторая часть, посвященная непосредственно Лабиринту, воспринимается уже с интересом. По крайней мере, приключения группы преступников описаны автором с чувством и искренним увлечением — в отличие от натужных политических интриг. У персонажей даже появляются индивидуальные черты, а их действия начинают приобретать осмысленность. Впрочем, сам главный герой (русское имя которого упоминается всего два-три раза за весь роман) остается столь же плоской фигурой, на протяжении всего романа безвольно плывущей по течению событий На этом фоне не совсем понятна симпатия, наперебой проявляемая к нему обеими героинями-амазонками. Но, с другой стороны, что им еще остается делать — ведь остальные, попавшие в Лабиринт мужики, являются либо бандитами, либо сумасшедшими, либо хвостатыми инопланетянами..

----------------

Роберт МАККАММОН

КОРАБЛЬ НОЧИ

Москва: ACT, 1998. — 432 с.

Пер с англ. О. Колесникова. 10 000 экз. (п)

===================================================================================

Капитан фашистского подводного рейдера, шныряющего в карибских водах в разгар войны, и не подозревал, что сердить местных колдунов очень опасно. Вот и случилось так, что после обстрела и пожара на одном островке хунган — вудуистский колдун — столь крепко проклял немецких подводников, что они даже погибнуть «окончательно» не смогли. Потопленная лодка превратилась в склеп, полный зомби…

Пролетели десятилетия. Ныряльщик Дэвид Мур случайно обнаруживает под водой невзорвавшуюся глубинную бомбу, спихивает ее в бездну, но после того, как она взрывается, наверх всплывает та самая роковая подлодка.

Естественно, райская жизнь на маленьком тропическом островке немедленно превращается в ад. С распоясавшимися зомби никто не может справиться. Старый колдун мучается угрызениями совести, поскольку это его рук дело. Решить проблему суждено отважному ныряльщику Муру, который, оказывается, тоже немножко колдун, но сам этого не знает и знать не хочет. В итоге злодеи повержены, то бишь утоплены, и на сей раз окончательно. Представления американцев о второй мировой, судя по всему, относятся к области мифологии. Это не лучший роман Маккаммона, хотя для поклонников его творчества он представляет некоторый интерес. Но не более…

Павел Лачев

----------------

Милорад ПАВИЧ

ХАЗАРСКИЙ СЛОВАРЬ

Санкт-Петербург, Азбука, 1998. - 384 с.

Пер. с сербского Л. Савельевой —

(Серия «Азбука — классика»). 10 000 экз. (о)

===================================================================================

Гениальный метатекст Павича в любой производной не вмещается в рамки рецензии. Писать о таких произведениях невероятно трудно — передать эмоции, обуревающие при чтении «Хазарского словаря», невозможно. Наличие этой книги в домашней библиотеке является таким же социокультурным маркером, как тома раннего Борхеса и позднего Лема. Если имеет смысл говорить о таком направлении, как «высокая фантастика» (HF — High Fiction © Э.Г.), то Павич, несомненно, достойнейший из достойных.

Виртуозное оперирование смыслами и вербализация магической компоненты западнославянского менталитета делают книгу Павича своеобразным ответом на вызов латинского (а скорее всего — католического) миропознания.

История принцессы Атех — это развернутая притча о тщете любой самоидентификации. История о том, как хазары выбирали, в какую веру им обратиться, — это развернутая притча о тщете любой истории.

Сказать, что это многослойное произведение, значит ничего не сказать — слоев в «Хазарском словаре» попросту нет. В отличие от традиционной европейской «линейной» прозы, текст Павича напоминает плотно смотанный клубок, не имеющий конца или начала.

Язык Павича невероятно пластичен, содержание напоминает густое варево — где ни зачерпнешь, везде вкусно! Текст Павича сулит надежду на то, что кризис идей в современной фантастике на самом деле является продуктом лености ума.

Книга Павича в первую очередь предназначена для тех, кто пишет Книги. Модных писателей просят не беспокоиться.

----------------

ФБ’98.

Сборник фантастических произведений.

Москва: «Армада», 1999. — 554 г.

(Серия «Фантастический боевик»). 10 000 экз. (п)

===================================================================================

Упомянутое в редакторском предисловии высказывание Кира Булычева — «Отечественный любитель фантастики воспитан на сборниках» — не только верно, но и своевременно. Малым формам, мягко говоря, непопулярным у издателей, угрожает вымирание, и выход первого (во всяком случае, для издательства «Армада») ежегодного сборника рассказов и повестей в жанре фантастики заслуживает самого пристального внимания.