Вежливые Люди - Анастасия Игнашева

Когкхе, которого просто распирало от собственной важности и крутизны, — Мы устроим им ловушку и захватим их корабли. Потом перебьём эльдориан и воспользуемся их флотом, чтобы очистить сектор Талпо от посторонних. Как вам это нравится?

— Каждый народ имеет право сам решать свою судьбу. — уклончиво ответил Рек.

Понемногу в комнате стали собираться талповцы. Рек кивнул последнему и отошёл к Датчу и Гвидо.

— Как тебе идеи нашего Предводителя? — спросил Рек брата.

— Потрясающе!

— Не очень хочется участвовать в революции, которую намерены устроить эти господа, — тихо сказал Гвидо.

Датч, тем временем, продолжал отдавать команды На-Ле и та с грехом пополам, посадила, наконец-то, «Медузу».

На-Ла! Ты сделала это!

* * *

Полковник Малинин.

Власть — такая штука, от которой никто не откажется добровольно. Ну, или почти никто. Принц Аолий Рмаркритский к этим «почти» не относился. И единственное, что он мог сделать в сложившейся ситуации — это спасти подмоченную репутацию, а заодно и замести следы. Для этого следовало убрать всех свидетелей, непосредственных участников и тех, кто, возможно, мог знать о его проколе. Ту злосчастную бумагу ему действительно подсунула женщина. Любовница. А точнее — наложница. Вот с ней первой и расправились.

— Жеггларрда! О, Жеггларрда! Вероломная! — картинно заламывая руки, возопил принц и пышные рукава его ярко-алого одеяния, похожего на платье-халат, откинулись, открыв худые смуглые руки почти до плеч, — Как ты могла так поступить⁈ Как ты могла меня так подставить? Кто, кто, скажи, сказал тебе принести мне на подпись эту ужасную бумагу⁈ Кто?

Рмаркриты — раса невысокая. Самый рослый рмаркрит едва дотягивает до 150 см.Принц был ниже, но на голове у него был надет высокий головной убор, напоминающий тиару Римского Папы, расшитый золотом, бусами и каменьями, что зрительно придавало ему роста, да и туфли с загнутыми носами, имели небольшой каблук. Кроме тиары на нём было навешано ещё немыслимо много всяких бус, цепочек и прочих фенечек, длинные тёмные волосы заплетены в косу, на конце которой завязан пышный бант. У него, как и у всех представителей его расы, была смуглая, цвета кофе с молоком, кожа и тонкие черты лица. Жеггларрда, к которой он обращался, одета была примерно так же, только одеяние её было жёлтым с алой каймой. На голове у девушки был длинный колпак с тремя хвостами.

— Какая-то женщина. — тихо ответила Жеггларрда.

— Какая? Она была рмаркритка? Простая илуоанка?

— Нет. Кажется — она землянка.

— И ты не запомнила её? Не спросила, как её зовут? Жеггларрда! Тебе нет прощения и оправдания! Я скорблю по поводу твоего поступка!

Принц заломил руки и принялся метаться по кабинету, сбивая по ходу различные предметы, вроде пепельниц-курильниц и прочих цветочных горшков.

— Жеггларрда! Вероломная! Ты понимаешь, несчастная женщина, что ты лишаешь меня трона? А то и жизни?

— Повелитель! — Жеггларрда упала в ноги и зарыдала.

— Я повелеваю тебе немедленно оставить наш двор! Я удаляю тебя! Я отвергаю тебя как женщину!

— Я должна отправиться в Тихое Пристанище? — рыдая спросила Жеггларрда.

— В Башню! Навеки в Башню!

Рыдания Жеггларрды сотрясли стены покоев. Она сорвала с головы шёлковый, расшитый серебряными нитками и драгоценными каменьями колпак и с размаху шваркнула им об пол. У рмаркритов это означало глубокое горе. Принц, картинно заламывая руки и стеная выбежал из кабинета, громко призывая очередную любовницу:

— Эойя! Эойя! Приди в мои объятия!

А в кабинет принца вошли двое, подняли женщину и, подхватив под руки осторожно, но решительно поволокли прочь.

* **

— Двигатели на прогрев!

— Давно пора! — заявил Гвидо, — Принц, наверное, с ума сошёл уже.

— Принц никуда не денется. — возразил Датч, — Сперва мы здесь кое-куда заглянем. Я, пока эти там митинговали, кое-что услышал.

— Что именно? — спросил Рек.

— Это здесь, в горах. Нападение на нашу исследовательскую станцию. Они послали сигнал бедствия. Просят эвакуировать срочно.

— И что?

— Как что? Заберём людей. К тому же — это деньги! Они заплатят столько, сколько мы запросим. Других земных кораблей, насколько я знаю, в округе нет.

— А кто напал?

— Похоже — наши знакомые. Люди Влада.

— Но принц… — слабо запротестовал Гвидо. Его не слушали…

— Как ты думаешь — они заплатят нам? — спросил Рек Датча.

Они уже почти долетели. Оставался последний поворот. Зенитка поджидала их именно здесь, на последнем километре. Вспышка лазера. Он попал точнёхонько в самое уязвимое место космического корабля.

Сначала почувствовался толчок, команду резко тряхнуло в креслах. По счастью, все были пристёгнуты «боевыми» ремнями безопасности. Потом раздался взрыв, ещё и ещё. Завыла аварийная сигнализация, замигал свет. Послышался нарастающий где-то внутри, в самом сердце корабля, гул, который в несколько секунд дошёл до отвратительной оглушающей вибрации — и так же внезапно прекратился. Рек несколько раз потыкал в кнопку, отключающую сирену. И каждый раз сирена включалась снова. Тогда он просто рванул на себя какой-то блок на пульте — и выдрал его с проводами. Сирена замолчала окончательно. Свет тоже перестал мигать.

— Отлетались! — крикнул он, глянув на показания приборов.

— Точнее! — потребовал Датч. Он переключил все системы на ручное управление и теперь пальцы его крепко сжимали блестящие рычажки.

— Оба досветовых двигателя выведены из строя. По-видимому, прямое попадание.

— Из планетарных работает только один, — добавила На-Ла совершенно спокойно.

«Медуза» вырвалась из-за горного хребта на открытое пространство.Пока она продолжала лететь. Оставшийся двигатель «подталкивал» корабль, не давая скорости упасть до критической.

— Как с импульсными установками? — сквозь зубы спросил капитан «Медузы», сражаясь с внезапно отяжелевшим кораблём.

— Что-то вырубилось, — доложила На-Ла. И добавила: — Репульсоры сдохли.

Датч поджал губы и изо всех сил старался выровнять корабль.

— Рек! Шасси!

Несколько щелчков тумблера, злой до отчаянности вздох.

— Нет. Не выходят. Автоматика не работает.

— Тогда держитесь!

На-Ла инстинктивно вцепилась в край пульта. Земля приближалась слишком быстро. Нос корабля все больше опускался. Шаттл коснулся брюхом поверхности. Скорость по-прежнему была велика. Новые броски и швырки. Команду немилосердно мотало и болтало в креслах. Гвидо лишился чувств. Датч упрямо продолжал держать управление. Гигантский аппарат несколько раз ударился о землю и подскочил, как «блинчик», который запускают мальчишки на поверхности воды.