Маски Черного Арлекина - Олег Яковлев

– Вернуть к жизни, – оскалился носферату, отчего его прекрасное лицо превратилось в злобный лик зверя. – Дай мне его.

– Нет, – отрезал старик Тенор. – Ты не получишь его, упырь.

Люди кругом стояли, не зная, что поделать. Всего несколько минут назад они сидели за пиршественным столом, где светлый герцог лично воздавал почести геройски сражавшемуся в битве за Истар вампиру, а теперь он готов собственноручно вонзить кол ему в сердце.

– А давай, старик, спросим ее. – Неживой указал на королеву, которая так и сидела на снегу, закрыв лицо ладонями.

Ей было все равно, что подумают рыцари, ей было все равно, что подумают дворяне-марлы. Такого хорошего и дорогого ее сердцу человека не стало. Того, кто ничего не просил, но при этом готов был отдать за нее жизнь, причем не только в выспренних рыцарских клятвах и обетах, а на деле... Его больше нет. Молодого, красивого, благородного, храброго, бесстрашного рыцаря с обесславленным родом. Он ведь возлагал такие надежды вернуть уважение людей к имени Миттернейлов. И он этого так уже никогда и не сделает. Рода Миттернейлов больше не будет...

Она не слушала разговор отца и вампира. Для нее было ясно одно: он мертв, мертв один из последних защитников трона. Едва ли не последний из истинно верных, ее друг...

– Спросите у нее, – повторил вампир, резко поднимая королеву Ронстрада на ноги, не заботясь об этикете или учтивости. – Вы хотите, чтобы он жил? – Невзирая на гневный шорох, прошедший за спиной, он встряхнул ее как следует за плечи.

– Что? – Она не сразу поняла. – Да. Конечно! – Слезы текли из ее глаз.

Вампир отпустил ее и подошел к герцогу.

– Дайте мне его.

– Что его ждет, граф Д’Антрева? – покосившись на неживого, спросил старый лорд.

– Потом все вопросы! Из него и так уже почти ушла жизнь. Еще несколько мгновений и...

Граф-вампир просто забрал безвольное тело из рук лорда Тенора и опустил его на снег. В следующий миг он вонзил клыки в обнаженную, посиневшую от мороза шею рыцаря. Окружающие ахнули, многие рыцари не удержались и выхватили мечи из ножен, королева просто упала в обморок, обмякнув в заботливых руках слуги Глинервина. Поцелуй смерти продолжался какую-то долю секунды: высасывать кровь Илеас как раз и не собирался, требовалось лишь запустить вампирский яд в кровь «жертвы», чтобы обратить ее. После этого длинными, острыми клыками он вскрыл себе запястье и подставил сухой рот Миттернейла под струю собственной крови. Люди не могли скрыть отвращения. Некоторые зашатались: им стало дурно. Жертва уже была заражена ядом, но, чтобы она не умерла, требовалось насытить ее самой могущественной кровью из всех существующих – кровью вампира.

Спустя несколько секунд грудь распростертого рыцаря поднялась, из окровавленных губ вырвался вздох.

– Что его ждет? – только и смог спросить герцог.

– Ну... он больше не увидит солнца, – спокойно ответил граф Д’Антрева. – Никогда. Остальное предсказать трудно. Это зависит уже непосредственно от обращенного.

Королева пришла в себя и бросилась к открывшему глаза рыцарю. Рядом с ней над сэром Миттернейлом склонился и лорд Тенор.

– Это был... – прохрипел Лютер Миттернейл, – это был Черный Лорд.

– Я знаю, – попытался успокоить его герцог. – Клинок Черной Розы...

– Он забрал... он забрал королевича.

Все так и застыли там, где стояли. Никто не смог сразу осознать, что именно только что сказал рыцарь. Лишь полный боли и муки крик королевы утонул в ночном небе.

Глава 7

Выдать своих, или Веретено

Был честен ты, беден, и горя не знал,

Но сердце пленил яркий золота блеск.

Другу ошейник железный продал.

Да будешь ты проклят, предатель, навек!

Продал не за так, но все золото – тлен,

Попробуй за Арку забрать этот дар...

Ты сделал свой выбор – неравный размен.

Ведь боги не любят того, кто предал.

Печальная баллада. Неизвестный автор

10 сентября 652 года. За день до посещения королем Сар-Итиада. В нескольких милях по западному тракту от Гортена. Гортенский лес. Поместье герцога Валора

Волшебник в черном плаще с неподдельной тоской на лице выслушивал жалобы и похвальбы своего собеседника:

– – ...Все мешало нашему плану! Чудесный конь, который был специально заклят, чтобы сбросить короля и затоптать, только он вздумает сесть на него, пропал! Из моих личных конюшен пропал! Полумрака похитить! Совсем совесть потеряли! – Обладатель властного голоса не на шутку разъярился.

Это был высокий человек с гордой, прямой осанкой и серыми, похожими на выцветший пепел, вьющимися волосами до самых плеч.

Возмущенным до глубины души вельможей являлся не кто иной, как герцог Валор Хианский, человек крупных пропорций и жесткого нрава. Добавим также, что пресветлый герцог слыл человеком храбрым и, кроме того, обладал крепким телом и был довольно широк в плечах. При всех своих заботах о земле и народе он никогда не упускал случая принять участие во всех мало-мальски значимых рыцарских турнирах, проводимых в королевстве, что в его преклонном возрасте делать было совершенно необязательно, да и, что там говорить, весьма небезопасно. А его исполненный степенной мудрости взгляд и величественная манера вести беседу с чувством и расстановкой способны были поставить в тупик почти любого оппонента. Многие представители знати с завистью и восхищением взирали на герцога. Казалось: вот он, настоящий король, а не тот, что сейчас восседает на троне.

Своей манерой одеваться – всегда тонко и со вкусом, а также суровым и мужественным обликом Уильям Валор прямо-таки являл собой воплощение чести, благородства и доблести, черт, присущих, по мнению сладкоголосых придворных менестрелей, лучшей части ронстрадского двора. Большинству людей трудно было бы даже представить, что под подобной героической личиной скрывается человек мелкий, мстительный и подлый, способный ради своих корыстных целей на самый низкий поступок, но его сегодняшний собеседник был слишком опытен и хитер для подобного самообмана, к тому же он чересчур хорошо представлял, с кем имеет дело.

– Этого королевского волшебника ищут, милорд, – усмехнулся Танкред Бремер. – Но я вынужден признать, что обставлено все было красиво и ловко. И казнь, и послание, и похищение коня. Тайная стража Прево сработала лучше, чем можно было ожидать. Как о полумраке вызнали-то? Как догадались подослать своего агента, прикинувшегося магом и королевским посланцем? Как пришло в голову реквизировать коня?