Многоярусный мир: Создатель Вселенных. Врата мироздания. Личный космос. За стенами Терры. - Филип Фармер

Одиннадцать. Вольф метнул дубинку и попал одному по хребту. Тот упал вперед мордой. Вала бросилась к нему и добила прежде, чем тот очнулся от шока.

Затем численность увеличилась до пятнадцати, но быстро сократилась до тринадцати, когда Ринтрах и Теотормон убили по одному. Потом опять ни одного.

В течение минуты казалось, что темпосфуджеры рассвирепели. Страшно напуганные, они метались взад и вперед; их стало двадцать восемь, ни одного, двадцать, десять, ни одного, пятьдесят шесть — или примерно столько. Конечно, подсчитать их точнее было невозможно. Еще немного позднее — полагаясь при определении численности лишь на удвоение — Вольф был уверен, что их 7192.

Больше стадо не несло потерь, Властелины не могли убить ни одного. Все возрастающее количество прыгунов ударяло охотников, людей сбивали с ног. Неведомо откуда появляющиеся животные неслись на них, царапали, лягали, мелькали перед самым носом.

Неожиданно прыгуны обратились в паническое бегство и, кувыркаясь, устремились ко входу в каньон. То один, то другой переворачивались, падали на землю, и стадо могло бы застрять в узком проходе, однако в последний момент животные каким-то образом восстановили порядок и скрылись.

Расстроенные и потрясенные, Властелины медленно поднялись. Они посмотрели на четырех убитых животных и покачали головами. Из восемнадцатитысячного стада, крутившегося под самыми дубинками, остались только эти четыре маленькие тушки.

— По половине темпосфуджера каждому — лучше, чем ничего, — заметил Вольф. — Но что мы будем есть завтра?

Все промолчали и отправились собирать хворост для костра. Вольф одолжил нож у Теотормона и стал снимать шкуры.

Утром Властелины позавтракали остатками вчерашнего пиршества, и Вольф повел отряд в путь. Безмолвие каньона по-прежнему нарушало только журчание реки. Стены продолжали сходиться. Высоко в небе сияло желтое солнце. Ближе к полудню в отдалении появилось несколько темпосфуджеров. Вольф бросил в одного из них камень, но увидел лишь, как тот исчез, будто скользнув за невидимый воздушный угол. Он снова появился три секунды спустя на двадцать футов дальше, стремительно прыгая, точно спешил на важное свидание, потом снова исчез.

Еще два дня спустя после того, как Властелины отобедали прыгунами, они были готовы к тому, чтобы отведать ягод. Паламброн утверждал, что запах этих ягод вовсе не означает, что они не съедобны. Если они и не вкусные, то вряд ли ядовитые. Раз им так или иначе грозит смерть, то почему бы не попробовать эти плоды?

— Ну что ж, — сказала Вала. — Ты предложил, ты и пробуй.

Она как-то особенно улыбнулась ему, словно наслаждалась зрелищем противоборства страха и голода.

— Ну, уж нет, — возмутился Паламброн. — Не буду я подопытной свинкой. Почему именно я должен жертвовать собой? Я начну есть ягоды только вместе со всеми.

— Ты упускаешь возможность встретить смерть в прекрасной компании, — заметил Вольф. — И вообще, назвался груздем, полезай в кузов, как говорят земляне. Так что или пробуй, или заткнись. Пустые споры только отнимают время.

Паламброн понюхал ягоду, которую держал в руках, поморщился и бросил ее на землю. Вольф продолжил движение, и Властелины последовали за ним. Примерно час спустя перед путниками открылся еще один вход в боковой каньон. Свернув в ответвление, Вольф подобрал круглый камень, подходивший по весу и размеру для броска. Только бы удалось подобраться к темпосфуджеру достаточно близко.

Этот каньон был намного меньше первого. В его дальнем конце пасся один-единственный темпосфуджер. Вольф лег на траву и пополз по-пластунски, используя как прикрытие каждую скалу, каждый кустик. И ему удалось покрыть половину расстояния, прежде чем животное неожиданно перестало двигать челюстями, село и настороженно огляделось. Нос у него подергивался, а уши вибрировали, как телевизионная антенна в сильный ветер. Вольф припал к земле и застыл. От нервного напряжения его прошиб пот. Голодная диета сильно ослабила его организм, хотелось вскочить и подбежать к темпосфуджеру, наброситься на него, разорвать на куски и тут же проглотить. Он чувствовал, что готов сожрать прыгуна целиком, от кончиков ушей до самого хвоста, а затем еще перебить кости и высосать мозг.

Но он заставил себя лежать неподвижно, животное скоро успокоилось, и стало можно продолжать черепашье продвижение. В этот момент из-за скалы неподалеку от темпосфуджера появилось еще одно животное. Зверь был серым, за исключением красных заячьих ушей, с длинной мордой, пушистым хвостом и величиной с лисицу или кайота. Зверь посмотрел в другую сторону, а затем прыгнул, намереваясь впиться в шею жертвы. Его зубы лязгнули в воздухе: прыгун исчез.

Хищник тоже исчез, пропав раньше, чем успел приземлиться.

Появилось трое животных, два темпосфуджера и один хищник. Вольф, имевший склонности к классификации, тотчас же назвал его хроноволком. В первый раз он видел существо, волею природы или Уризена заселившее этот мир, дабы препятствовать чрезмерному размножению прыгунов.

Устроившись поудобнее, Вольф с интересом наблюдал за ходом событий. Прыгунов было двое. Потом ни одного. Потом трое. Таким образом, настоящий темпосфуджер и хроноволк прыгнули вперед, но темпосфуджер задержался в будущем лишь на мгновение и тут же выпрыгнул назад. Так он воспроизвел себя, и теперь волк охотился сразу за двумя прыгунами. Затем животные снова исчезли и вскоре вновь появились, уже вчетвером. Два темпосфуджера, два волка. Охота продолжалась не только в пространстве, но и в страшных серых туннелях прошлого и будущего.

Еще прыжок, и волк скрылся в кустарнике у ближайшего валуна. Снова семь. На этот раз волк возник из ниоткуда — прямо за спиной жертвы. Он бросился вперед, и его челюсти сомкнулись прямо на шее темпосфуджера. Послышался треск костей, и прыгун упал замертво.

Семь живых и один мертвый темпосфуджер. Прыгнув в сторону, волк исчез: очевидно, решил отложить трапезу на потом. Вновь на поляне запрыгало семь животных. Вот сцепились два волка, один другому перегрыз горло.

На три секунды сцена опустела. Вольф мигом добрался до места схватки и бросился наземь. Хотя он и остался лежать на виду, но надеялся, что, оставаясь неподвижным, не привлечет к себе внимания, тем более что темпосфуджеры были охвачены ужасом, а волкам слепила глаза собственная кровожадность.

Еще один волк вынырнул из временного подпространства.

Оба волка набросились друг на друга, третий наблюдал за схваткой: темпосфуджеры очумело метались вокруг них.

Вскоре третьему волку надоела роль наблюдателя, и он активно включился в игру, схватив за горло темпосфуджера, налетевшего на него в сплошной суматохе.