Страна призраков - Колин Уилсон

Внезапно капитан, с шипением вскинувшись, вперился куда-то в глубь пещеры. Синеватый свет проникал лишь на считаные метры, и в темноте сложно было что-либо разглядеть. Найл, обмерев, смотрел, как из недр скалы на них надвигается огромный силуэт.

— Не бойтесь, это просто страж, — успокоил Герек.

Но как же тут не испугаться, если у голого мега, проявившегося из потемок подобно безмолвной мраморной статуе, не было головы. Найл нервно хохотнул.

— Он что, башку потерял?

Герек наконец посветил фонариком, и выяснилось, что у мега посередине груди имеется один немигающий глаз, взирающий на пришельцев.

— Это специально, для устрашения нарушителей, — пояснил Герек.

— У вас что, нарушители бывают? — не веря своим ушам, спросил Найл.

— А как же, — усмехнулся Герек. — Бывают такие, что пытаются сбежать в наружный мир.

Эти слова откровенно настораживали. То, что мег охраняет здесь северные рубежи от посягательства возможных нарушителей, понятно и объяснимо. Но пресекать попытки бегства из страны — это что-то новое. Само слово «бегство» уже подразумевает задержание и заточение.

Хотя одного взгляда на открытое, жизнерадостное лицо Герека было достаточно, чтобы успокоиться. Такой человек просто не может иметь отношения к жестокости или насилию.

С Гереком во главе они протиснулись мимо мега, заслонившего своим кряжистым корпусом большую часть неширокой пещеры. Далее ход поворачивал налево. По ушам внезапно ударил рев воды. В десятке метров отсюда находился высеченный из породы мост; бушующий поток несся внизу, вздымая над собой немолчный ветер. Найл, зачарованный зрелищем, на мосту невольно притормозил и загляделся. Тут он обратил внимание, что поток внизу разделяется надвое: половина проносится под мостом, другая, срываясь с утеса, устремляется вниз, как струя воды в умывальнике.

— Куда это она?

— На нижние уровни.

За мостом тропа шла наверх, и вскоре поток оказался по правую руку. От него путников отделяло метра три, не больше. Этот отрезок пещеры с невысоким куполом был, очевидно, проточен в камне водой, которая постепенно расширила и углубила проход.

Они фактически двигались вдоль берега реки, плавно поднимаясь. Отшлифованный водой пол был гладким, однако сверху клыками торчали выступы, так что нужен глаз да глаз, если не желаешь ушибиться головой. Наконец и сам тоннель расширился настолько, что стало возможным идти в полный рост. Да это, собственно, был уже и не тоннель, а своего рода подземный каньон, где река петляла меж рухнувших с купола громадных глыб. Не отражаясь более от стен, шум воды приглушился.

На одном из участков река вновь срывалась в высоченный водопад. Однако в породе был предусмотрительно прорублен лаз со ступеньками, и путники пробрались по нему как по трубе, выйдя затем в том месте, где река снова остепенялась.

Найла это карабканье уже порядком утомило. Видящий в темноте паук успел обогнать людей и шел теперь впереди, приноравливаясь к черепашьей скорости этих нерасторопных двуногих. Через несколько сотен метров от водопада Найл уловил волнение своего восьмилапого друга и одновременно с этим углядел где-то впереди, на высоте, лучи дневного света. Почувствовав, что капитан не на шутку встревожен, он посветил фонариком. Сбоку у тропы стоял на страже еще один мег — пожалуй, покрупнее первого, — не спуская своего единственного глаза с этой не внушающей доверия троицы, которую тем не менее приходится пропускать.

Спустя четверть часа в мрачную теснину каньона (теперь понятно, почему его именуют Черной расселиной) хлынул солнечный свет, и Найл впервые за эти два дня увидел солнце. В наружном мире день был в разгаре, и солнце бликами играло на водах реки, мерно бегущей по дну каньона. Найл прежде и не задумывался, какое это блаженство — щурясь, глядеть на солнце, ощущать кожей его тепло. Оттого, видно, эта долина на севере Страны Призраков и зовется Долом Благодарения.

Еще с полмили, и из каньона они вышли в широкую долину, точнее, седловину меж двух горных вершин. Трава здесь была влажная — недавно прошел дождь, — и над ней стояла легкая дымка. Благоуханный воздух был необычайно теплым для октября и полнился звонким птичьим щебетом. От безудержной радости Найл неожиданно для самого себя рассмеялся. Можно лишь представить, что ощущал немногочисленный отряд Сатханаса, выбравшись после своей первой пещерной зимовки под весеннее солнышко.

От тепла и света усталость сошла на нет, и Найл вслед за Гереком бодро зашагал по разнотравью в сторону вершины — той, что пониже. Высоты в ней было не больше трехсот метров. С ее стеной опадающего склона открывался вид на долину, которая раскинулась внизу на расстоянии мили. Со снежных северных пиков задувал ледяной ветер (для вспотевшего от долгой ходьбы ощущение не из приятных). Умещенная же меж гор зеленая седловина, напротив, скапливала тепло, так что здесь по сути все еще стояло лето.

Капитан не преминул, сложив ноги, блаженно замереть на солнышке. Найл и Герек, спустившись на луг, последовали его примеру и тоже растянулись на влажноватой согретой траве. Найл, смежив веки, слушал птичьи голоса.

Невдалеке из-за какой-то букашки ссорились два воробья. Внезапно прервав спор, они порскнули в стороны: на их место, норовя склевать обоих, опустилась несравненно более крупная птица. Матово-черное оперение и желтый клюв показались смутно знакомыми. Ну конечно же, ворон: Найл понял это, «вглядевшись» в ум птицы. Подлетев поближе, старый приятель сел на куст, тем не менее соблюдая дистанцию: как-никак, рядом лежал еще один человек. А когда Герек зевнул и повернулся на бок, ворон и вовсе улетел.

Герек, сев, кивнул на другую гору, повыше.

— Ну как, ты готов к очередному восхождению?

Конечно, куда приятней было бы остаться здесь, но Найл без разговоров встал и пошел за провожатым.

На эту гору они взбирались дольше, но когда достигли вершины, стало понятно, для чего понадобился подъем. Внизу, на юге, лежали возделанные угодья: огороды, виноградники, бурые лоскуты пахотных земель.

— Вот она, житница Страны Призраков, — с гордостью заявил Герек. И указал дальше, на лесистую местность: — А там наше лесничество.

— Вы этот лес сжигаете?

— Да ты что! — с некоторым даже испугом воскликнул Герек. — Это же понапрасну изводить богатство. У нас полно угля и электричества.

Далеко внизу извилистой лентой поблескивала река. Слышно было, как где-то вдалеке трубно мычат коровы. На противоположном склоне белыми точками виднелись отары овец. В общем, тысячи и тысячи акров плодородных земель.