Страна призраков - Колин Уилсон

— Ты, похоже, сделал замыкание, — растерянно заметил Герек.

Это, наверное, из-за того, что Найл прервал последнюю фазу аттракциона, тем самым закоротив управляющую всей операцией схему.

Герек между тем озабоченно склонился над мигающей зеленой трубочкой, где то появлялась, то пропадала черная нить.

— Н-да, здорово, — произнес он, но волнение из голоса не пропало.

Когда свет в машине снова ожил, он вздохнул с облегчением.

Последние несколько минут так измотали Найла, что в глазах стояла рябь. Он огляделся, где бы присесть.

Герек, поняв его мысли, сказал:

— Пойдем выпьем кофе.

Он первым направился к выходу. Там было отдельное помещение со столиками, стульями и прилавком.

— Садитесь, я чего-нибудь принесу.

Яркие круглые столешницы на металлических ножках напоминали грибы. К ножкам крепились сиденья. Найл поспешно сел; самочувствие понемногу улучшалось. Капитан, как обычно, безмолвно встал неподалеку.

Посетителей было не так чтобы много. У большинства женщин глаза, кстати, округлостью напоминали ту девушку из кабинки. Пока ждали Герека, с улицы в закусочную вошли мужчина и женщина, все в той же яркой одежде. Проходя мимо столика, облюбованного гостями, паука они удостоили лишь поверхностным взглядом. Было что-то странное в том, что двое посторонних, застав на входе в Зал Развлечений двухметрового паука, никак не отреагировали. Или жителям Страны Призраков восьмилапые гиганты так уж привычны?

Возвратился с подносом Герек.

— Прошу извинить за задержку. Пришлось нарезать побольше мяса.

Он принес тарелку с непрожаренным мясом для паука, а себе и Найлу кофе с бисквитами. Найл пробовал кофе впервые и не знал, что эта горячая темная жидкость, которую здесь отхлебывают мелкими глотками, — просто заменитель из жареных каштанов.

— Почему у некоторых здешних женщин круглые глаза? — поинтересовался он вполголоса.

— Это эксперимент карвасида. Так как освещение тут слабее, чем наверху, он предположил, что округлые глаза улучшат им зрение.

— Но почему именно у женщин?

Герек улыбнулся и заговорщически пояснил:

— Ему подумалось, что мужчин круглые глаза глупят, а женщин красят.

Украдкой поглядев на голубоглазую девушку за соседним столиком, Найл отметил, что округленные глаза и впрямь делали ее привлекательней: трогательная невинность с оттенком изумленности. Окружающие ее мужчины (кое-кто из них в мундирах) с бледными, плохо выбритыми лицами горных обитателей смотрелись бы с такими глазами просто нелепо.

Найл допил кофе и доел бисквит.

— Куда теперь? — осведомился он.

— Быть может, еще немного пройдемся по Стране Призраков?

При синеватом свете немеркнущего дня — странно гнетущем после ярких огней Зала Развлечений — Найл заинтригованно заметил, что дорога здесь мощеная, точь-в-точь как во сне. Хотя на этом сходство, пожалуй, заканчивалось. Дома тут были как-то по-старомодному замысловаты: крутые скаты красных черепичных крыш, верхние этажи слегка выступают над нижними, а окна глядятся сквозь оплетку свинцовых рам. И уж во всяком случае не было здесь тех беловолосых существ-призраков из сна.

— Ты когда-нибудь видел таких созданий? — спросил Найл и передал Гереку их телепатический образ.

— Это градиксы, — определил тот.

— А откуда они у вас?

— Ну ты и скажешь, — подивился Терек — Ниоткуда. Их на самом деле нет. Так, сказочные персонажи.

— А троглы?

— Эти когда-то действительно существовали. Именно они изначально заселяли Страну Призраков, но еще до прихода людей все сгинули в результате извержения вулкана.

— Правда ли, что их призраки все еще скитаются по вашим окраинам?

— Да ну, что ты, — отмахнулся Герек. — Конечно нет. Призраков не существует.

Судя по всему, Герек, сам того не ведая, разделял убеждения Торвальда Стига.

За углом открывалась еще одна мощеная улица с островерхими домами.

— Кто в них, интересно, живет? — полюбопытствовал Найл.

— Этот район называется Фрейдиг, здесь проживают по большей части состоятельные горожане. За его основу взят город Краков в средневековой Польше. Вон там ратуша. — Герек указал на здание вроде герцогского замка. — Здесь у нас также лучший во всем городе ресторан.

Жители этого квартала и в самом деле смотрелись упитаннее и были лучше одеты, чем те, что жили на другой стороне моста, в деревянных домах. Особенно привлекала внимание одна величавая особа в подбитой белым мехом мантии.

— А почему они состоятельней?

— Хороший вопрос, — рассмеявшись, одобрил Герек. — Карвасид рассудил, что нашему обществу совсем не повредит классовая структура, с богатыми и бедными. Город, где все на одно лицо, был бы не так интересен, как город, разделенный на классы. На сегодня, скажем, бедняков очень греет надежда переселиться на этот берег реки, поближе к дворцу.

— А что прельщает богатых?

— Богатых? Чтобы им позволили путешествовать наверх. Вот почему карвасид желал бы заключить мирный договор с пауками.

— Вы меня удивляете, — признался Найл.

— Чем же?

— Да разве может реальное путешествие сравниться с теми, что у вас в Зале Развлечений!

— Как видишь. Ни одна машина грез не способна удовлетворить спрос на реальность.

Они уже успели обойти громадный шатер и возвратились к рыночной площади. Здесь основательно прибавилось народу; тем удивительнее было ощущать тишину.

Гельбы все так же дожидались у коновязи, среди других припряженных повозок и телег. Впечатление было такое, что они даже не шелохнулись за два с лишним часа отсутствия седоков. Герек взял вожжи, ловко вывел повозку, и они поехали, за мостом повернув налево. Обернувшись, Найл заметил, что многие провожают их взглядом. Получается, на самом деле горожане не столь безразличны, как кажутся.

Капитан со своими двухметровыми шажищами без труда держался вровень с гельбами. Повозка ехала как раз на удобной для него скорости. Найл, уютно откинувшись на сиденье, безмятежно наблюдал плывущие мимо окрестности.

Невдалеке от рыночной площади они миновали просторный плац, где занимался шагистикой взвод пехоты. Строевые упражнения Найл видел впервые и был впечатлен автоматизмом движений и тем, как солдаты лихо управляются с оружием. Так как телепатические сигналы сюда не доносились, казалось, что движения они совершают синхронно, сами по себе.

— Зачем солдаты, если у вас нет врагов? — спросил Найл.

— Карвасид считает: боеготовность превыше всего. К тому же шагистика идет на пользу мужскому населению.