Дела Разбойного Приказа-6королев Тюдора. Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Булыга Сергей Алексеевич

Голос Харста дрожал от возмущения.

— Король, должно быть, абсолютно уверен в расположении к нему императора, раз рискует вызвать гнев герцога. Нам остается надеяться, что он щедро обеспечит вас, дабы умиротворить вашего брата.

Анна тоже на это рассчитывала. По справедливости, Генрих обязан был компенсировать ей утрату так и не надетой короны.

Вечером она написала ему — заверила, что согласна на рассмотрение вопроса о законности их брака собором духовенства, хотя не сомневается в его легитимности. Тем не менее, если епископы решат иначе, она надеется, что его милость будет и дальше смотреть на нее с приязнью. Письмо было отправлено ко двору с вечерним приливом.

Утром доставили послание от Тайного совета: она должна прекратить переписку с королем.

Это было обидно до слез. Когда из Уайтхолла прибыл Харст, Анна оборвала его прежде, чем он успел заговорить.

— Прочтите. — Она сглотнула, силясь сохранить спокойствие. — Это еще не все.

Харст зачитал вслух:

— «Послы Клеве не сдержали своего обещания предоставить доказательства расторжения помолвки леди Анны с сыном герцога Лоррейнского. Вместо этого они прислали документ, который вызывает еще больше сомнений, и таким образом получается, что брак короля никак не может быть признан имеющим законную силу». Мадам, это какой-то ужас! Они затыкают вам рот, когда вы имеете все основания подать голос в свою защиту.

— В Клеве есть люди, которых тоже можно обвинить. — Анна не стала называть их по именам, потому что если кто и совершил ошибку, так это ее отец или его советники. — Если бы моя помолвка была должным образом расторгнута, я не оказалась бы в таком опасном положении.

— Вам не грозит никакая опасность, мадам, — заверил ее Харст.

— Но если я разозлила короля, разве это само по себе не опасно? Что я теперь могу делать, кроме как изображать, будто меня все устраивает? Мне нужно написать Тайному совету, заверить лордов в своих добрых намерениях и сказать, что я никогда не отступлюсь от решения доставлять удовольствие его величеству.

— Не делайте пока ничего, мадам. Я думаю, скоро все разрешится. Вчера епископы собирались в Вестминстерском аббатстве во главе с архиепископом Кранмером. Я слышал, они опрашивали свидетелей под присягой.

— Ах! Не сомневаюсь, моих дам привлекли к этому делу! — Анна невесело рассмеялась. — Я воспользуюсь вашим советом, мой добрый друг.

Она оставила Харста допивать эль перед возвращением в Уайтхолл, а сама вошла в свои личные покои, где ее дамы играли в карты, налила себе большой кубок вина — никогда еще Анна не нуждалась больше в кураже, который давала выпивка, — и с удовольствием осушила его. Потом села и взяла в руки пяльцы, пытаясь не думать о том, чего наговорили вызванные в суд свидетели. Заявили ли они, что король никогда не хотел ее? Запишут ли эти показания, чтобы их читали грядущие поколения?

Щеки у нее горели при мысли о том, что Генрих сам мог открыть миру подробности происходившего — или непроисходившего — между ними в постели и заявить, что она оставалась девственницей, какой он взял ее в жены. Но больше всего она боялась, как бы король не заявил, что взял ее вовсе не девственницей. Анна содрогалась от стыда. Если она вернется домой отвергнутой невестой, Вильгельм, при большом везении, может, и смилостивится над ней, но если узнает, что она уехала к жениху обесчещенной, то уж точно убьет ее, в этом сомневаться не приходилось, и никто не станет его винить. Невыносимо было сидеть и ждать решения своей судьбы, оставаясь в полном неведении и теряясь в догадках, что же все-таки происходит. Сегодня епископы соберутся вновь. Они станут изучать и обсуждать показания свидетелей, и то, что должно оставаться тайной супругов, будет явлено всему миру. Анна с первой брачной ночи подозревала, что Генрих раскрыл ее тайну. Оградит ли он ее от позора и его ужасных последствий?

Часть третья. Сестра короля

Глава 16

1540 год

Позже тем же вечером в Ричмонд прибыл мистер Берд и сразу попросил о встрече с Анной.

— Он назвал вашу милость леди Анна! — воскликнула герцогиня Саффолк. — Какая наглость!

Анна ничего не сказала. Она знала, что это означает, и про себя задавалась вопросом: «Кто я теперь?»

Мистер Берд, по крайней мере, проявил любезность по отношению к ней и поклонился.

— Мадам, — сказал он мрачно, — сегодня в три часа епископы пришли к общему согласию в том, что его величество и вы не связаны полноценно заключенным между вами браком, и объявили его не имеющим силы.

Анна ожидала этого, однако весть все равно шокировала. Она подумала, что сейчас лишится чувств, но нет, ноги продолжали держать ее, и дыхание не прервалось. Голова полнилась вопросами, правда, ни один из них она не могла задать — онемела.

Берд смотрел на нее, без сомнения готовясь устоять перед шквалом эмоций.

— Его величеству уже сообщили, равно как и обеим палатам парламента. Следующее заседание совета духовенства отложено до восьми утра пятницы, когда постановление епископов будет официально объявлено и вступит в силу.

Значит, пока еще она королева, но всего на несколько дней. По крайней мере, Берд не намекнул на то, что ее ужасная тайна раскрыта. Отчего, несмотря на шок и возмущение, Анна испытала огромное облегчение.

Она обрела голос:

— На каких основаниях я должна быть разведена, мистер Берд?

— Их три, мадам. Во-первых, по причине помолвки между вашей милостью и маркизом Лоррейнским; во-вторых, в связи с тем, что его королевское величество, догадываясь о существовании этого препятствия, вступил в брак против своей воли; и в-третьих, потому, что английский народ имеет большую заинтересованность в том, чтобы у короля было больше потомков, которых, это очевидно, ваша милость никогда не сможет ему дать, так как брак остается не исполненным до конца по той причине, что его величество в сердце своем убежден в вашей для него недоступности. Оба вы — его величество и ваша милость — свободны заключать новые браки.

И теперь Генрих сможет получить свою Кэтрин! Анна не завидовала этому его счастью. Она не жалела об утрате короля в качестве супруга, только как друга, хотя в последнее время он и особых дружеских чувств к ней не проявлял.

А потом ей в голову пришла странная мысль. Неужели никто не заметил противоречия в постановлении епископов? Ее брак расторгнут на том основании, что она все еще связана помолвкой с Франциском Лоррейнским, значит не может быть свободной для нового замужества, тем не менее их светлости постановили обратное. Но что это меняет, если никто не отрицал отсутствия окончательного завершения брака, а это само по себе достаточное основание для его расторжения.

Что теперь будет? Генрих фактически обрек ее на жизнь в безбрачии и отсутствие детей. Позора, которого она так боялась, не избежать. Что скажет Харст? Ей хотелось, чтобы он был здесь. Что скажут люди, если уж на то пошло? Но важнее всего, как отнесется к этому Вильгельм?

Мистер Берд настороженно наблюдал за Анной, пока та собиралась с мыслями.

— Мадам, король требует, чтобы вы согласились с решением духовенства.

— Простите меня, мистер Берд, но эта новость расстроила меня, как вы понимаете. — Если у вас есть сердце. — Дайте мне немного времени, чтобы собраться с мыслями. Я скоро дам вам ответ. — С этими словами Анна кивнула, давая знак, что аудиенция окончена. Берд с недовольным видом удалился.

Она ничего никому не сказала. Весь вечер сидела среди своих дам и джентльменов, пила вино, слушала музыку и пыталась совладать с кипучими мыслями. Меньше чем через два дня все, из чего складывалась ее жизнь, — большой двор, прекрасные дворцы, почтение, драгоценности и прочие составляющие ее ранга — исчезнет, и она не представляла, что произойдет с ней дальше.