Любимец богов - Юлия Куликова

В комнату Мондрагона без стука, почти отшвырнув стражу, ворвались Дирокс и Энтремон.

- Ваше величество, это слишком...., - заговорил молодой Герцог, тогда как Энтремон умудрился нависнуть над высоким Асмугом.

- Ты единственный, кто мог остановить все это, неужели ты до сих пор не понял, кто он? - взгляд Асмуга затравленно метнулся к подошедшему Дироксу и обернувшемуся Мондрагону.

- Ваше сходство уже не секрет для всего замка, - произнес Дирокс, - Я всегда знал о вашей суровости, но такое.... Это не наказание, это казнь, вы осознаете это?

Прежде чем Асмуг успел ответить, дверь вновь со стуком распахнулась, пропуская маленькую фигурку. В комнату вбежал Аргон, со слезами упав перед Мондрагоном. Следом тихо вошла Гвиддель, на бледном лице которой застыло упрямство.

- Отец, - рыдал мальчик, - останови это, отец.... - он поднял взгляд на короля, обнимая его ноги, - прошу тебя, останови.... Ты не знаешь, кто он, останови....

К наследному принцу мгновенно метнулся Дирокс, оттаскивая упирающегося и рыдающего мальчика. Молодой герцог стал что-то быстро говорить ему на ухо, пока Аргон достаточно осознанно не кивнул головой, потупив взгляд.

- И кто же он? - наконец, полюбопытствовал Мондрагон, - Энтремон упомянул, что это его родственник.... Асмуг?

- Это неважно, - выступила вперед Гвиддель, бросив быстрый взгляд на Герцога, - Отец, ты не можешь его казнить.....

- Он убил твоего брата, и ты его защищаешь? - Мондрагон шагнул вперед к дочери, не заметив, как из комнаты быстро выскользнул Энтремон, - Ты потеряла честь, дочь короля, и я не желаю знать тебя....

- Я люблю его, - гордо подняла подбородок Гвиддель, смело шагнув вперед. Мондрагон почти зарычал от ярости, сжав руки в кулаки.

- Он пытается свергнуть меня, да и ты ему нужна только для того, чтобы подобраться к трону!

- У тебя нет трона, пока он в этом замке, - произнесла Гвиддель, вызвав недоумение только у Асмуга, который, посмотрев на Дирокса, осознав, что молодой герцог знает, о чем говорит принцесса. Однако эти слова подействовали на Мондрагона. Его лицо покраснело, глаза стали мутными и он, шагнув еще ближе, наотмашь ударил дочь. Ринувшиеся вперед Асмуг и Дирокс понимали, что уже не успеют. Хрупкое тело Гвиддель упало у самого камина, а голова с глухим и почему-то очень громким стуком ударилась о каменный выступ.

74.

Энтремон стремительно вышел во двор, бесцеремонно расталкивая столпившихся воинов и рыцарей, в глаза которых уже не было прежней радости, когда шута-предателя только готовили к наказанию. Феарн не издал ни звука. Его голова повисла, лицо скрывали грязные спутанные пряди волос. Рубаха превратилась в лохмотья, обвиснув на его руках, с которых капала кровь. При виде Энтремона Фергас немедленно спустился со стены, откуда в бессилии кусая губы, наблюдал.

- Интересно, - громко заговорил Энтремон, оглядывая собравшихся. Палач опустил уже готовый взлететь хлыст, - Вы знаете легенды? - в ответ послышались робкие голоса. Собравшиеся в недоумении переглядывались, - Тогда Вы, наверное, знаете, - голос Герцога стал жестким и громким, - у кого на груди красный дракон - печать богов? - с этими словами Энтремон сдернул обрывки рубахи. Мат Фаль поднял голову, встретившись взглядом с глазами своего дяди. Взяв стоявшее рядом ведро воды, Герцог окатил пленника, смывая кровь и грязь. Сквозь капли крови проступил красный дракон... Палач выронил хлыст, который гулко упал во внезапно наступившей тишине, - Ваше Святейшество, - склонился Энтремон, в то время как Фергас отбирал ключи у рухнувшего ниц палача.

Военачальник пытался снять оковы, когда к нему подошел Гарет, взял ключи и стал открывать замок, освобождая вторую руку пленника от цепей. Мужчины едва успели подхватить Мат Фаля, которого не держали ноги, осторожно переместив на ступени лестницы, ведущей на стену.

- Ваше Святейшество, - нарочито громко заговорил Фергас, - Какие будут распоряжения?

- Осада, - смог вымолвить Мат Фаль. Гарет подал ему воды напиться, - Готовьтесь к осаде и сражению. Мне нужны слаженные действия всех гарнизонов...., - отдав честь, Фергас, бросив взгляд на младшего сына Герцога Асмуга, размашистым шагом взбежал на стену, зычно призывая воинов к сбору.

И в этот момент Мат Фаль почувствовал Уркама. Кара. Ему грозит кара за невыполненное обещание. Алтарь не получил необходимое количество крови, чтобы можно было провести обряд. И бог в ярости.... Волшебник через силу рванулся с места, едва не столкнув Гарета. Молодой человек старался успеть за ним, пока Фергас наводил должный порядок во дворе, получив указания от самого Эмри.

Мат Фаль ворвался в залу, уже понимая, что опоздал. Не в его власти было остановить это. Голова, ударившись об острый край, поникла. Волшебник, пробежав это короткое расстояние, упал на колени рядом с возлюбленной. Ее лицо серело на глазах, кровь тоненькой струйкой вытекала, образовывая лужицу. Все присутствующие замерли при виде вбежавшего. Однако, увидев его спину, отвели взгляд...

- Уркам!!! - завопил Мат Фаль. Эхо его голоса метнулось по комнате.

- Ты не выполнил обещание, - раздался грубый голос бога, заставив людей вертеть головами в поисках говорящего.

- Я отдал свою кровь, я отдал, - проговорил волшебник.

- Мне недостаточно, - хмыкнул бог, - Присягни мне, и она останется жива....В ином случае, ты потеряешь всех, кто дорог тебе....

- Ты ошибся, Уркам, - горько рассмеялся Мат Фаль, поднимаясь на ноги, - Кроме нее у меня никого нет. Я буду сражаться, или тебе нужно объявление войны по старым традициями?

- Неплохо бы, - ответил бог, - И все-таки ты забыл о других.... Твой брат, - Гарет, застонав, упал на пол, - Твой отец, - Асмуг, однако стойко перенес воздействие бога, сильно побледнев, - У тебя слишком много слабостей.... Подумай... Ты можешь все остановить.

Мат Фаль остался стоять над телом возлюбленной под изумленным взглядом Мондрагона.

- Объявление войны? - спросил он другим тоном сам себя, - Будет тебе объявление войны! Никто не посмеет коснуться того, что мне дорого.... Даже ты, Уркам!

Заговорив заклинание, его руки осветились зеленым светом, так что Мондрагон отшатнулся, впервые увидев силу своего шута. Мгновенно боль ушла, оставив Гарета и Асмуга. Тогда он направил магию на Гвиддель. Кровь остановилась, на глазах сворачиваясь. Лицо девушки все еще было бледным, но она дышала. Мат Фаль, подняв возлюбленную на руки, широким шагом покинул апартаменты Мондрагона, и, пройдя коридоры, отнес Гвиддель к себе в комнату. И никто не решился остановить его.

Несколько часов боролся Мат Фаль за жизни дорогих ему существ, отдавая последние силы. Руки его светились, вливая целебные силы в бездвижное тело. Эпонис не только мгновенно ответила ему, она, невидимо присутствуя, помогала сыну советами, поддерживая его, когда он почти терял сознание от истощения. Лишь когда Гвиддель вздохнула и медленно открыла глаза, осматриваясь. Мат Фаль бессильно опустился на кровать рядом с ней, заглядывая в ее наполнившиеся слезами глаза. Выкупив у Отмоса две души взамен собственной, он терял бессмертие души и закрыл для себя последние пути к отступлению.