Шепот в песках - Барбара Эрскин

Мальчик возвращается в свою хижину из пустыни. Он счастлив. Он принял решение. Флакон, который он нашел, не имеет цены – так говорит его отец. Значит, он подарит его своей матери и тем самым заслужит ее благословение за свое великодушие и щедрость. Он разворачивает флакон и несет его на край пустыни, к реке, где тщательно отмывает в илистой воде. Теперь стекло сверкает, оно стало чистым и прозрачным. О древности флакона говорит шероховатость его поверхности.

Его мать берет подарок и улыбается. Она пытается скрыть вдруг пробившую ее дрожь отвращения. Она относит флакон в самый дальний угол, подальше от глаз. Теперь каждый раз, когда она проходит мимо этого места, она вздрагивает и делает жест, защищающий от дурного глаза. Она чувствует присутствие теней, которые охраняют этот флакон. Она боится.

Мальчик очень молод, он такой же сильный, как и его брат. Жрецы могут выкачивать из мальчишек их жизненные силы, и каждое утро, с новым рождением бога Солнца, они становятся сильнее и сильнее.

А мальчишки чахнут.

– Что случилось? – Серина прижимала флакон к груди.

– Дневник Луизы. Кто-то взял его.

– О, Анна! Этого не может быть. Я знаю, что дневник – очень ценная вещь, но никто на пароходе не взял бы его, даже Чарли. Вы уверены, что не положили его куда-нибудь в другое место? В сумку? Вы всегда носили сумку с собой. А может быть, в другой ящик, или в шкаф, или куда-то еще?

– Нет. Дневник пропал. – Анна угрюмо сжала губы. Когда она начала скрупулезно обшаривать каюту, руки ее тряслись. Она думала не о том, сколько стоит дневник, совсем нет. Как же теперь она узнает, чем закончилась история Луизы и Хассана?!

Она знала, что совершенно бессмысленно перерывать шкаф сверху донизу, прощупывая каждый лист папиросной бумаги, которые были положены между вещами, но тем не менее сделала это. Когда она складывала вещи на место, раздался стук в дверь.

Дверь раскрылась, и в комнату заглянул Энди.

– У вас все в порядке, леди?

– Нет, у нас не все в порядке. – Анна в смятении посмотрела на него. – Дневник исчез!

– Дневник Луизы Шелли? – Он нахмурился.

– А что, разве здесь был еще какой-нибудь дневник?

– Анна, я говорил вам, что нужно быть осторожной! Вы же знали, какую ценность представляет собой этот дневник. – Он зашел в комнату. – Вы уверены, что он не мог завалиться за шкаф или за кровать, ну, в общем, что-нибудь в этом роде?

– Абсолютно уверена. – Она стояла посередине каюты, как неприкаянная. – Его кто-то взял.

– В таком случае, мы можем предположить, кто этот человек. – Энди пожал плечами. – А я ведь вас предупреждал, Анна.

– Если вы имеете в виду Тоби, то это не может быть он. Сегодня утром мы вмести с ним плавали на паруснике.

Энди поднял бровь.

– И вы были с ним все это время? Каждую секунду?

– Да. – Она смутилась. – Ну, предположим, не каждую секунду.

Перед отплытием Тоби оставил ее на паруснике на некоторое время одну. Под каким предлогом? Она нахмурилась. Он пошел за своим альбомом для рисования, как будто не мог обойтись на этот раз без него. Потом он отошел опять, чтобы принести из столовой несколько баночек сока. И еще, когда они вернулись, он выходил из бара. Куда он мог ходить? В свое время она не поверила сплетням о Тоби, объясняя их антипатией, которую испытывает Энди к Тоби, но теперь…

Увидев, что она нахмурилась, Энди улыбнулся.

– Вот-вот. Хотите, чтобы я с ним поговорил?

– Нет! – мгновенно ответила она. – Нет, ничего ему не говорите. Если кто-нибудь ему об этом скажет, то это буду я.

Она не верила, что Тоби мог это сделать. Как такое возможно? Тем не менее она была вынуждена признать, что у него, несомненно, несколько раз была возможность забрать дневник.

– Анна, – спокойно проговорила Серина, – вы не можете знать наверняка, что это сделал Тоби. С таким же успехом это может быть кто-нибудь из членов команды. Или вообще посторонний человек, который мог пробраться на пароход, когда сегодня утром мы все уехали кататься на парусниках.

– Но откуда они могли знать о дневнике? – спросила Анна холодным тоном. – Если это был грабитель, то почему он не забрал мои бусы из лазурита и серебряный браслет? Я оставила их на туалетном столике. Они тоже кое-чего стоят. – Она отрицательно покачала головой. – Нет, это был кто-то, кому нужна именно эта вещь. Слава богу, он не взял флакон для благовоний. Какова была бы ирония судьбы!

Энди, проследивший за взглядом Анны, посмотрел на предмет, обернутый в шелковый шарф.

– Это он? – резко спросил он. – Почему он у Серины?

– Потому, что я отдала флакон ей, чтобы она присмотрела за ним, – спокойно ответила Анна.

– Не самая хорошая идея. – Энди шагнул вперед и со спокойной уверенностью забрал флакон из рук Серины. – Думаю, что лучше мне присмотреть за флаконом, если не возражаете. Это подделка, тем не менее флакон представляет определенный интерес, так что при любых обстоятельствах при мне он будет в большей безопасности. Кроме того, я не позволю больше Серине заниматься всем этим мистическим бредом и расстраивать Чарли. Уже чуть ли не весь корабль трясет от разных суеверий и истерии. – Укутав флакон в шарф еще плотнее, он засунул его в карман и повернулся к двери. – Не беспокойтесь о нем.

– Энди! Верните флакон! – Анна наконец смогла говорить. – Немедленно верните!

Но Энди уже вышел и скрылся в коридоре за поворотом.

– Не могу поверить, что он сделал это! – Анна повернулась к Серине, которая тяжело опустилась на кровать. – Вы видели, что он сделал? Он просто забрал флакон с собой.

– Я видела. Мне очень жаль, Анна.

– Он просто последний ублюдок! – От злости Анна даже топнула ногой. – А как он доволен собой! Вы видели? Ведь оказалось, что Тоби – вор. – И нерешительно добавила: – Или по крайней мере…

– Вот именно, Анна. – Серина посмотрела на нее. – Не надо делать никаких выводов, основываясь на словах Энди, прошу вас, Анна. Взвесьте все свои доводы «за» и «против». Или посоветуйтесь с Омаром, что нужно делать. – Она нерешительно добавила: – Полагаю, надо вызвать полицию, если этот дневник действительно представляет такую ценность.

Анна присела рядом с ней.

– Я пойду и поговорю с Тоби. Спрошу его без обиняков. Если он даже и взял дневник, то только для того, чтобы почитать. Вот и все. Он просматривал дневник, и мы оба были увлечены историей Луизы. Он никогда не стал бы красть чужие вещи. Никогда.

– А как быть с флаконом?

– О, насчет флакона не беспокойтесь. Я его заберу. – Анна сложила ладони. – Если он считает, что, угостив меня коктейлем, он притупил мою бдительность и теперь может заставить меня идти ему на уступки, то он жестоко ошибается. Да и вообще, как он смеет разговаривать с вами – с нами – в таком тоне?!