Ликвидатор - Юлия Гутиева

— Можно узнать, кто они?

— Все те, кого я поймал и отдал в руки правосудия, но есть и те, кого просто поймал…

Внезапно всё встало на свои места, шестым чувством лев ощутил, кто перед ним и что он испытывает. Интуиция стала логикой. В который раз правильный выбор поразил очевидностью.

— Они здесь, как живое напоминание такому страшному чувству, как месть. Так?

Тень удивления на доли секунды промелькнула в чёрных глазах, но этого было достаточно.

«Ты молод и горяч, тебя ещё можно зацепить, несмотря на всю боль и опыт прошлого», — сделал вывод Ливон, не сводя проницательного взгляда с брата Демьяна.

— Как думаешь, почему я пришёл именно к тебе?

— Мне это не интересно, — равнодушно произнёс Кирк, лениво облокотившись о дверной косяк.

«Хорошо, упрямец, я всё равно тебя задену», — мысленно решил Ливон.

— На роль вожака есть достойные кандидаты, и они смогут, но мне этого мало, — в глазах охотника промелькнула искра интереса, лев продолжал, — я хочу, чтобы не просто могли, а сделали это частью себя, вросли плотью, слились кровью и отдались разумом. Мне нужен тот, кто способен именно на это. И Демьян был таким.

Кирк пустым взглядом уставился в окно.

— Но я — нет.

Лев воинственно посмотрел на пуму:

— Лжёшь.

Всполох злости в глубине чёрных глаз обжёг Ливона, быстро сменившись отчуждённым смирением.

— Ты не знаешь меня. Ты не знаешь, каким я был, каким стал. Чем жил, что отпустил, а что не смог, — спокойный тон, но почему каждое слово напоминало рык. — И зачем мне лгать тебе?

— Чтобы отгородить себя от возможной боли. Дело не в кошках, дело в том, кто ты и кем для тебя был Демьян. Ты до сих пор казнишь себя. Ты отдалился от людей потому, что так проще нести бремя, но так ты не отпустишь никогда. Я не знаю подробностей прошлого, но одно знаю точно — он простил… простил давно.

Чёрные глаза застыли, не выражая эмоций. В эту минуту Кирк был как никогда близок к своей звериной сущности.

— Ты тоже делаешь это.

Ливон удивлённо уставился на оборотня, молча требуя объяснений. Охотник не заставил себя долго ждать:

— Мари… или я не прав?

Лев явно недооценил брата Демьяна. В одну секунду разговор потерял смысл, но это не было провалом. Мужчина посмотрел на оборотня с печалью.

— Ты мастерски умеешь причинять боль, как и Моран.

При упоминании ликвидатора Ливон ощутил, как изменился вектор силы.

— В нашем мире происходит что-то очень плохое. Я думаю, новый враг, умный, сильный, опасный и безжалостный, стремится уничтожить всё то, что создавалось веками, стремится изменить уклад нашей жизни. И я уверен, он причастен к смерти Демьяна.

Лев наблюдал за реакцией собеседника, на лице охотника не дрогнул ни один мускул, Ливон горько улыбнулся.

— Согласившись, ты мог помочь не только нам, но и себе, сохранив самое дорогое, что было у твоего брата — его стаю… И ещё я надеялся — ты станешь первым, кто захочет отомстить за его смерть. Но, похоже, я ошибся, слишком доверившись мнению Демьяна, — вызов брошен, вопросы остались без ответов, теперь всё решит время.

Ливон покинул дом охотника, не попрощавшись.

Берк не мог уснуть, ворочаясь в постели с боку на бок. Наконец, ему это надоело, ликвидатор накинул халат и вышел на террасу. Холодный воздух взбодрил тело, но течение мыслей изменить не удалось.

Память, не обращая внимания на старания хозяина, возвращала к сцене на кладбище, неся с собой болезненные ощущения. Моран закрыл глаза. Фарион была живой, слишком живой по сравнению с остальными. Она проникала в его мысли, в его чувства, каким-то странным образом найдя брешь в многовековой броне.

Перед глазами Берка возник детальный образ Джули, усердно вытирающей слёзы и извиняющейся за срыв. А затем она с надеждой посмотрела на него, коснулась руки и тихо произнесла:

— Пожалуйста, пойди к Сейме. Ты нужен ей. Я не смогла помочь, Иван тоже, остался ты. Она послушает, иногда мне кажется, она ждёт именно тебя.

Берк устало потёр лоб. В этом вся Фарион: сначала рыдает у тебя на груди, ты утешаешь, надеясь на разговор, который прольёт маленький луч света на ситуацию, но она ловко переводит стрелки и, не дождавшись твоей реакции, ускользает.

========== Глава 48 ==========

София потягивала капучино в любимой «Шоколаднице» на Арбате и размышляла над написанием этого слова: насколько она помнила, три варианта имели место — «капучино», «каппучино» и «капуччино». Девушка даже загрузила интернет в телефоне, но и там один ответ разделился на три. Заглянув в меню, Гаремова выцепила знакомое «капучино» и остановилась на данной версии, мысленно удивляясь, почему в голову лезут такие мысли.

— Простите, у вас не занято? — приятный голос отвлёк от размышлений. Подняв глаза, девушка увидела лицо мужчины, мысли о котором не давали покоя с момента их первой встречи. Сердце дрогнуло, стукнулось о грудную клетку и провалилось куда-то в район желудка, но натренированные губы растянулись в ироничной улыбке.

— Здесь свободно, — два слова, полные скрытого смысла, от которого у Леонида дрожь прошла по телу. Такой эффект могла произвести только Гаремова.

— Странно, обычно в это время народу здесь меньше, — отметил Леонид, изучая меню.

— Действительно.

София огляделась по сторонам, удивившись количеству посетителей «Шоколадницы». Откуда ей было знать, что Леонид последние полчаса усиленно отлавливал прохожих, внушая им зайти и перекусить, но, только не подсаживаясь за столик к рыжей бестии. Хорошо, Берк об этом не узнает никогда. Таким образом, заполнив зал, патологоанатом появился на сцене.

Почему он просто не подошёл, не присел рядом, желая познакомиться? Во-первых, это была Гаремова, во-вторых, маг-вампир питал слабость к маленьким театральным постановкам в этой скучной жизни.

— Я — Леонид, — чуть запнувшись, произнёс мужчина.

Конечно, он мог срежиссировать многое, но чувства никак не хотели укладываться в сценарий.

— Я — София, — ответила девушка, одарив врача ослепительной улыбкой.

Кофе в чашке заканчивался, но Гаремовой не хотелось уходить. Заказ мужчины ещё не принесли. В воздухе витал особый вид напряжения, когда двое должны расстаться, но ни один из них этого не хочет.