Королевская страсть - Патриция Хортон

— Безусловно, мы не можем не принять приглашения твоих лучших друзей.

Ах, как мудра была леди Джерард! Катерина приклонила колени и вознесла благодарственную молитву. Истинно, Бог никогда не посылает непосильную ношу. Он забрал к себе ее дорогую матушку, но послал вместо нее леди Джерард. Теперь у Катерины есть настоящий друг и мудрый советчик.

С радостным волнением она предвкушала, как наедине с Карлом поедет в королевской карете в дом леди Джерард. Конечно, туда приглашены только те гости, которые не одобряли влияния леди Каслмейн на короля. С их помощью Катерина преобразится и очарует Карла. Они дадут проявиться ее остроумию, будут расточать ей комплименты, может быть, даже немного пококетничают с ней. Король поймет, что другие мужчины находят ее привлекательной, и посмотрит на нее новыми глазами.

Катерина, не в силах сдержать ликующую радость, порывисто схватила Карла за руку и воскликнула:

— О Карл, я так счастлива!

Карл молча пожал ее руку. В сумраке кареты она не могла видеть жалостливого выражения его лица. На мгновение его решимость поколебалась. Но он поборол чувство жалости. На всю жизнь Карл запомнил один случай из своего детства. Они с отцом были на охоте, и Карл подстрелил оленя. Вдруг ему стало так жалко животное, что он повернул коня, решив бросить охоту. Но отец остановил его и серьезно сказал: «Карл, если тебе жалко оленя, то единственное доброе дело, которое ты можешь сделать, это убить его сразу, иначе смерть его будет мучительной и долгой».

Взяв Карла под руку, Катерина прижалась к его плечу и, тихонько напевая что-то, поглядывала в окно кареты. Какая замечательная женщина леди Джерард! Катерина должна благодарить судьбу за то, что у нее появился такой надежный друг! Без ее советов она бы никогда не одолела любовницу Карла и по-прежнему прозябала бы на заднем плане, окруженная двумя-тремя скучными вдовушками. Вчерашняя поездка в театр благодаря присутствию Джейми и Карла прошла просто прекрасно, Катерина даже забыла о присутствии леди Каслмейн. И казалось, так легко добиться одобряющей теплой улыбки на лице Карла. Но леди Джерард не позволит Катерине расслабиться, и вскоре Карл убедится, что его истинное счастье — быть верным супругом.

Катерина улыбнулась в темноте собственным мыслям. Дом леди Джерард располагался прямо напротив дома леди Каслмейн на Кинг-стрит, и она обязательно заметит нынешний триумф Катерины. Барбара будет в одиночестве стоять у окна с пылающими гневом глазами и смотреть, как король веселится на балу в обществе своей жены. И это только начало, первый вечер!

Карл помог ей выйти из кареты, и Катерина бросила торжествующий взгляд в сторону дома Барбары. Она намеренно медлила перед входом, расправляя и разглаживая пышные юбки, чтобы дать Барбаре время разглядеть их и позавидовать.

Дом леди Джерард был ярко освещен. Хозяйка встретила их в холле в богатом зеленом платье, на ее шее и запястьях сверкали драгоценности. За ней толпились придворные, каждый стремился протиснуться вперед. Они с нетерпением ждали королеву, чтобы доказать ей свою преданность и снискать ее расположение.

Катерина сердечно поцеловала леди Джерард, преисполненная благодарности, и быстро прошептала:

— Дорогая, я так счастлива!

Карл, сняв широкополую шляпу, склонился к руке леди Джерард. Выпрямившись, он окинул долгим внимательным взглядом собравшихся, словно хотел получше запомнить всех их. Выражение его лица не сулило ничего хорошего. Затем он посмотрел на леди Джерард, и в его глазах сквозила убийственная жестокость.

— Мне известно, что этот вечер организован исключительно для того, чтобы унизить тех, кто пользуется моим покровительством и любовью, — произнес король высокомерным холодным тоном. Первые ряды придворных дрогнули и отступили под его тяжелым презрительным взглядом. — Я не желаю участвовать в подобного рода развлечениях, — он язвительно растянул слово «развлечение», — поскольку у меня есть более достойное приглашение… — он сделал паузу и добавил: — буквально напротив, через улицу!

Потрясенный вздох вырвался у всех присутствующих, когда король снова надел шляпу и величественно покинул дом леди Джерард.

В холле стояла мертвая тишина. Катерине показалось, что быстрые глухие удары ее сердца сейчас услышат все собравшиеся. Она пошатнулась, но лорд Джерард шагнул к ней и поддержал ее под руку.

— Я убеждал жену, что она окажется в глупом положении, если попытается разделить короля и леди Каслмейн. — В его голосе звучали обида и раздражение. Он склонил голову к Катерине и тихо сказал ей на ухо: — Сейчас вам нельзя проявить слабость, иначе вы уже никогда не сможете завоевать признание двора. Эти люди были готовы идти с вами, но вы должны показать им, что достойны восхищения, иначе они покинут вас!

Катерина стояла точно оглушенная. От счастливой и беспечной Катерины ее отделяло всего одно мгновение. Поступок Карла был подобен удару ножом из-за угла в самое сердце.

Лорд Джерард тронул ее за руку и повторил свои слова. Наконец в голове у нее прояснилось, и она слабо кивнула.

Остальные гости тоже пришли в себя, и глубокое молчание сменилось бессвязными восклицаниями. Каждому хотелось высказаться по поводу коварного маневра короля. Никто никого не слушал, все говорили одновременно. Общий шум голосов перекрыл голос лорда Джерарда:

— Ужин ждет нас! Не желают ли джентльмены проводить дам к столу?

Поддерживая королеву под руку, он повел ее в столовую. Катерина двигалась словно заведенная, подчиняясь его воле. Леди Джерард старалась хоть как-то отвлечь себя от мыслей о страшном провале, отдавала последние распоряжения слугам. Огромный стол с белоснежной скатертью сверкал хрусталем и начищенным до блеска серебром. По краям высились пирамиды засахаренных фруктов, а центр стола украшало настоящее произведение искусства: изо льда были вырезаны две короны, сплетенные вместе двумя буквами «К», — символ союза Карла и Катерины. Увидев стол, гости вновь умолкли.

Лорд Джерард, создавая видимость веселья, рассаживал гостей. Люди с самообладанием сразу последовали его примеру, и вскоре за столом начались разговоры вполголоса.

Катерина уставилась на свою тарелку с золотым ободком, точно это был единственный реальный предмет в расплывающемся зыбком мире. Никогда, никогда она не сможет поднять глаза и взглянуть в лицо людям, которые стали свидетелями ее унижения.

Леди Джерард была уязвлена до глубины души, она клокотала от ярости, переживая свое поражение. Лицо ее покрылось красными пятнами, губы подергивались.