Золотой Стряпчий - Антон Чернов

клятве, я наказал самим фактом того, что клятва была дана божеству, которое к рябым деяниям относится крайне отрицательно. Вроде бы Гортах гадостец засранцу не делал, но это не точно. Мог проклясть от души, долговременно… Хотя вряд ли. Божества идиотами не бывали, так что подозреваю, что ремесленное божество просто посчитала последствия даваемых его именем клятв, ну и посчитало эти последствия «наказанием за ересь» соответствующим преступлению.

Это не говоря о том, что Пантеонные жрецы — жадины те ещё. С меня благорасположеный жрец содрал полавра. А это доход какого-нибудь работяги за месяц, а то и побольше, на который этот работяга живёт с семьёй.

Это момент миропонимательный, а конкретным было вот что: у Корчмаря и его банды были «подзащитные», с которых они собирали дань. За защиту, само собой, и я думал — от страшных себя, но оказалось что не только. Довольно удивительный момент, в котором мафиозо крайне маловероятно что врал, но банда, собирая поборы, старалась их отработать. В том числе против корифейских структур. Конечно, воевать с дружиной и что-то такое никто не собирался. Но время от времени возникали «несправедливости и попрания» от стражи и Управ. С которыми бандиты сделать ничего не могли, а вот я в качестве поверенного (кстати оплачиваемого из бандитского кармана) — смогу. Ну и инетересую в таком виде, хотя вопрос — а оно мне надо?

— Я дорого беру, — протянул задумчивый я.

— Понимаю, почтенный. Найдём звон, — покивал Корчмарь.

— И не говори что прямо сейчас надо.

— Не скажу, потому что не надо. Если согласие дадите — то и хорошо. Человечек с бедой к вам придёт, расскажет, выслушает, вы ему назовёте, сколько вам потребно.

Хм, ну понятно что всё золото мира не принесут, но всё таки… А, пусть будет, решил я. «Связи» с бандитами — с одной стороны опасность. А вот с другой — удобство. Да с той же алхимией разобраться, до которой лапы так не дошли, со слежкой. В общем — пусть будет. Если дело не понравится — всегда смогу отказаться, я на себя возьму обязательство выслушать и назвать цену, если возьмусь. Это Корчмарь думает, что меня уговаривать надо, а по большому счёту мне без разницы, кто клиент. Финансово обеспеченный, конечно — бесплатно работают только кони. Или, в крайнем случае, с противоположной стороны можно что-то поиметь (хотя бы настолько глубокое моральное удовлетворение, что отсутствие денег будет скомпенсировано).

Так что Корчмарь я себя «уговорить» позволил, да и послал мафиозо нафиг. Правда, предварительно, озадачил прислать мне какого-нибудь человечка, со списком доступных алхимических средств. Впоследствии — проверю, что на возможном взаимодействии напрямую скажется, в зависимости от результата проверки.

— Совсем все, почтенный? — уточнил Корчмарь.

— Из тех, что можно приобрести. С кратким описанием воздействия на владетеля, одарённого, простого человека.

— На некоторые и пол влияет, и возраст.

— И это — тоже в короткое описание.

— И даже те, которых в Золотом «нет»? — явно выделил мафиозо последнее слово тоном.

— А что в «все из тех, что можно приобрести» — непонятно? — заинтересовался я. — Если я смогу купить — то какая мне к лешему разница?

— Никакой, так и выходит. Понял я вас, Михайло Потапыч, сделаю. На этом прощаюсь, благ вам всяческих.

— Пока. И тебе всяческих тоже, — помахал лапой я, потопа спать — время было позднее, рассвет скоро.

Наутро направился в собрание: покушения — покушениями, а репутацию беречь надо. Сказать что был прям «аншлаг-аншлаг» — не выйдет, но слушатель у меня нашлись, причём не только из «благорасположеных» родов. Те же Капросы, например, мелькали в отдалении пятаками, очевидно грея уши. Ну а я «в лёгкую», без деталей, просветил в основные организационные моменты. Ну и дал совет насчёт «партнёра»:

— Понимаете, уважаемые, будущий товарищ не обязательно будет переспевать. Да и не пойдёт он с вами в товарищество — возьмите того же мастера Любима. Но тут надо понять, почему у мастера проблемы с деньгами. Если от ленности — рук или ума, неважно — то в навь такой товарищ не сдался. А вот если из-за идей, которые могут принести в будущем деньги, но для их осуществления потребны средства — тогда «да», хорошо и вам, и ему. Все довольны, потому и товарищество, а не наёмничество.

В общем-то нельзя сказать, чтобы я был кровно заинтересован в развитии множества товариществ и иных форм сотрудничества владетелей и одарённых. Скорее я был заинтересован, совершенно не кровно, в плодах такого сотрудничества: развитии бытовых удобств, поднятии общего технического (хотя в данном случае — маготехнического) уровня. В том смысле что моим планам не мешает, потенциальной угрозы вроде как не несёт. Ну а польза может быть вполне весомая, так что почему бы и «да»?

А помимо «мастер-классов» я обменялся кивком с Рейнаром: старым, седоватым лисом. Просто раз уж главный «по Золотому» Рейнар тут, то переться в лисью нору не было никакого желания. Старик по-лисьи прищурился, но кивнул, так что после часа трындежа я с лисярой уединился.

— И о чём вы желали побеседовать, почтенный? — отхлебнул кофе Бач Рейнар, причём, судя по травяно-алкогольному запаху, это был «не кофе с настойкой», а скорее «настойка с капелькой кофе».

— Я, уважаемый, нахожусь в романтических отношениях с вашей родственницей, — не стал наводить тень на плетень я. — Впрочем, не сомневаюсь, вы в курсе.

— Вы правы, в курсе, — благожелательно щурясь покивал Лис. — И даже догадываюсь, почтенный, о чём ваш интерес. Но, увы, не могу на него дать ответ, — развёл он лапами.

— Понимаю, — хмыкнул я.

— Не подумайте, Михайло Потапыч, что из-за родовых тайн или скверного характера, — подмигнул мне старик. — Тайна это даже от меня: семейные дела.

— Хм-м-м, — нейтрально ответил я, пытаясь понять что имеет в виду лисяра.

Впрочем, он и сам рассказал. Понять врёт-не врёт я, как понятно, не смог, но выходило всё довольно похоже на правду. Дело в том, что я, например, принял внутриродовые склоки и их последствия у Лидари как норму. Их много, объяснимо, но в остальном род у владетелей — более-менее монолитен.

Ну а у Рейнаров оказалось «менее». Не знаю, насчёт усобиц и прочих моментов, но семья ближнего родства: сексуальные партнёры и их отпрыски — были семьёй в роду. Со своими интересами, конфликтами и секретами. И Бач мне