Том 23. Джентльмены предпочитают блондинок - Картер Браун

И мы расстались.

Глава 8

Охранники у ворот встретили нас суровыми взглядами и заглянули в багажник. После этого разрешили проехать к дому. Это был настоящий дворец — будто кому-то удалось выкрасть из Голливуда пышные декорации времен немого кино и поставить здесь.

Когда мы вышли из машины, двери дома открылись. На пороге появились еще два охранника, а позади них нас поджидал улыбающийся слуга-филиппинец.

— Гуськом, один за другим, понятно? — сказал один из охранников и показал пальцем на меня. — Вы — первый.

Я направился к двери. Лози следовал за мной, потом — Колетт и последняя — Мэнди. Внезапно металлический детектор жалобно зазвонил, и большая рука охранника схватила за руку Мэнди.

— Так, леди! Выкладывайте!

— Что выкладывать?! — удивленно спросила Мэнди.

— Пистолет, нож или что у вас там металлическое.

— Но у меня нет ничего такого! — запротестовала она.

— Вы здесь гостья, леди, — сказал охранник со вздохом. — И мы не хотим никаких неприятностей из-за вас. Детектор установил, что при вас есть что-то металлическое, поняли?

— Металлическое? — Мэнди на секунду задумалась, а потом лицо ее прояснилось. — Мне кажется, я могу вам это показать. — Она приподняла подол юбки чуть ли не до талии, открыв стройные ноги в черных чулках, которые держались на крошечных подвязках. — В этом отношении я старомодна, — кокетливо заявила Мэнди. — Эти подвязки имеют металлические замочки, понятно?

— О’кей, леди! Одно наверняка могу сказать: ваши ноги — самое грозное оружие, которое мне приходилось видеть.

Мэнди хихикнула и опустила юбку. Лози схватил ее за руку и грубо потянул вперед. Глаза его злобно сверкнули. Я с Колетт направился вслед за ними. Филиппинец показывал нам дорогу. Коридор, по которому мы шли, оказался очень длинным. Но наконец он закончился сводчатой дверью. Войдя в эту дверь, мы очутились в зале огромных размеров, с высоким потолком, не менее пяти метров высоты, и галереей, которая тянулась с трех сторон. По всему залу была расставлена мебель самых различных эпох и стилей — от античной до самой современной.

Филиппинец одарил всех нас лучистой улыбкой.

— Леди и джентльмены, — сказал он приветливым тоном, — мистер Фишер сейчас будет. Разрешите мне принести вам что-нибудь выпить?

Мы высказали свои пожелания, и он исчез.

— Вот это комнатка! — восхищенно протянула Мэнди. — Настоящие королевские хоромы!

— И страшно безвкусные, — добавила Колетт. — Я знала, что она вам понравится, Мэнди.

— Возможно, вы и правы, — ответила Мэнди своим голоском маленькой девочки. — Но надеюсь, что, когда я достигну столь же почтенного возраста, вкус у меня будет не хуже.

Возмущенная Колетт хотела что-то ответить, но в этот момент появился филиппинец с подносом, на котором красовались полные рюмки. Через несколько секунд в дверях показались двое мужчин и женщина-блондинка. Волосы ее, цвета спелой пшеницы, были уложены на голове в высокую прическу, что подчеркивало нежную горделивость ее шеи, а глаза были какого-то необыкновенного фиалкового оттенка. На ней было длинное вечернее платье из белого джерси, кажущаяся простота которого еще больше подчеркивала его элегантность. Сидело оно на ней великолепно, плотно облегая красивую фигуру и подчеркивая все округлости, так что внезапно наряды Мэнди и Колетт показались мне страшно вульгарными.

Мужчина, который шел с правой стороны от блондинки, был лет сорока, плотный, с копной вьющихся волос и густыми усами, крепыш, судя по всему отличавшийся завидным здоровьем. Глаза его, запавшие в глазницы, были темно-карие. Темный костюм и пестрая рубашка — сама по себе комбинация чудовищная — на нем отлично смотрелись. Другой мужчина был лет на десять старше, высокий, худощавый, с тронутыми сединой волосами, в очках с толстой оправой — этакий тип мыслителя.

— Я — Шелдон Фишер, — сказал высокий мужчина густым голосом. — А это мой партнер — Хэл Диборн. — Потом он с улыбкой взглянул на блондинку. — А это — Джулия.

— Пол Донован, — назвал я себя и представил других.

— Прошу простить за все формальности при вашем прибытии. Но в наши дни нужно быть осторожным.

— У вас действительно не дом, а крепость, — заметил Лози.

— Так оно и есть. — Фишер самодовольно кивнул. — Мой дом — моя крепость. Зато здесь можно расслабиться и отдохнуть.

Филиппинец опять принес напитки и раздал их желающим. Потом мы все расселись в плетеных креслах, которые стояли в центре зала. Фишер и Диборн с блондинкой — с одной стороны, Мэнди, Лози, Колетт и я — с другой. Минуты две мы болтали о том о сем, а потом Фишер деловито кашлянул.

— Джулия, — обратился он к блондинке. — Может быть, ты покажешь дом этим двум леди? Это их наверняка заинтересует.

— Конечно, — безучастным тоном сказала блондинка и поднялась.

— Возьмите с собой свои бокалы, милостивые сударыни, — благожелательно посоветовал Фишер. — С ними будет веселее.

Он подождал, пока все три женщины не удалились, а потом выжидательно взглянул на меня.

— Поскольку у нас сегодня лишь предварительная встреча, — бросил он небрежно, — то я подумал, что мы успеем поговорить и до ужина.

— Разумеется, — согласился я.

— Вот и отлично! — Он сделал глоток из своей рюмки. — Какое же у вас ко мне предложение, мистер Донован?

Я объяснил ему, что хотел бы финансировать новую революцию в Малагае. Первая попытка потерпела провал, но причина неудачи крылась в саботаже при пересылке оружия. Я поддерживал народность имродасов, и они были готовы выступить в любой момент. После этого я предоставил слово Лози. К счастью, Курт вспомнил все, что я говорил ему в самолете, когда мы летели над Атлантикой. Его сообщение Фишер слушал внимательно, лишь временами издавая какое-то бурчание, но Лози не перебивал.

Когда последний закончил, он сказал:

— Ситуация мне ясна. Теперь я знаю, чего вы от меня ждете.

— Я хотел бы, чтобы вы провели операцию за меня, — подтвердил я. — В прошлый раз я попробовал это сделать сам, но все пошло вкривь и вкось. Поэтому у меня плохая репутация в Малагае, особенно у имродасов.

— Примите мои сочувствия, мистер Донован. — Он криво усмехнулся. — Значит, теперь вы стали умнее и хитрее и хотите, чтобы в деле участвовали профессионалы.

— Я хотел бы, чтобы вы обеспечили за меня фрахт в Малагай: ружья, автоматы, гранаты и минометы. Ну и, разумеется, заряды к ним.

— Более сложное оружие?

— Нет, — возразил я. — Имродасы — племя не очень развитое. Они не сумеют овладеть сложным оружием. Кроме того, мне нужна команда белых наемников, хотя бы на первых порах, чтобы подкрепить выступление.

— Сколько?

— Человек двадцать.

— Это вам недешево обойдется, — задумчиво произнес он. — А как понимать ваши слова «на первых порах»?

— Думаю, что месяца на два. Если выяснится, что они нужны на более длительный срок, то мы оговорим условия позднее.

— Откуда вы получаете оружие?

— Я его вообще не буду получать. Как я уже сказал, у меня в Малагае подмоченная репутация. Никто ни в коем случае не должен знать, что за этой операцией скрываюсь я. А оружие вы можете получить от Бошара.

— Нам понадобится судно, — сказал он. — И я думаю, что лучше всего транспортировать на одном и том же корабле и людей и оружие.

— Видимо, вы правы, — согласился я.

— Но это будет стоить больших денег. Может быть, есть смысл сделать прямо сейчас предварительные расчеты, чтобы посмотреть, не испугают ли они вас, мистер Донован?

Диборн уже орудовал карандашом в блокноте. Казалось, он полностью погрузился в расчеты и мы для него просто не существуем. Наконец он поднял голову.

— Все еще очень приблизительно. Надо еще поинтересоваться у Бошара, не поднялись ли за это время цены. Корабль найти не проблема, но команда может обойтись весьма дорого, когда люди узнают, для какой цели их нанимают. Как минимум — миллион долларов. Но скорее всего, больше.

— Как вы считаете такую сумму, мистер Донован? — Фишер испытующе посмотрел на меня.

— Вполне приемлемой.

— Гарантии не даются. — Голос его прозвучал резко. — Речь идет об особых людях, которых еще нужно найти, и они, разумеется, сделают все возможное, но обратных выплат не будет в случае, если операция потерпит неудачу.

— Это вполне понятно, — ответил я. — Но я буду менее понятлив, если отступление начнется при первых же неудачах.

— Такого не может быть, — заверил он меня. — Судя по всему, мистер Донован, мы останемся довольны друг другом. — Он взглянул на Диборна. — Вы, конечно, произведете точные расчеты, Хэл?

— Разумеется, — с готовностью откликнулся он. — Но тут имеется еще кое-что, что я должен проверить. Простите меня, пожалуйста.