Приходи в полночь - Сюзанна Форстер

– Мэрилин?

Ли ступила в комнату ровно настолько, чтобы нашарить на стене выключатель. Запах аммиака по прежнему был удушающе силен. Должно быть, она разбила бутылку в ту ночь, когда нашла фотографии.

– Кто здесь? – спросила она.

Ли услышала какое то движение в темноте. Только бы это была кошка, взмолилась она мысленно. Ощупью Ли нашла выключатель. Свет на мгновение ослепил ее, а потом она увидела в дальнем конце комнаты Мэрилин, которая выгнулась над чем то на полу. Похоже, кошка играла с каким то маленьким металлическим предметом.

Ли испытала огромное облегчение. Никогда она не была так рада кошке Ника. Она вообще еще никогда в жизни так никому не радовалась.

– Что это? – пробормотала она.

Маленький цилиндрический предмет, казалось, притягивал к себе свет, сверкая так ярко, что Ли не смогла разглядеть его, пока не подошла поближе и не присела на корточки. Она потянулась к предмету и застыла, не донеся до него руку. Это было мужское кольцо.

Мэрилин с гордостью посмотрела на женщину, потом лапой подтолкнула к ней кольцо. Ли отскочила, словно оно было отравлено. Свернувшаяся кольцом и кусающая свой хвост серебряная змея. Это было кольцо Ника. То, которое, как он клялся, было украдено. Ли в ужасе отшатнулась.

Первой и единственной ее мыслью было – бежать. Надо перебраться отсюда в более безопасное место. Она как в тумане поднялась, испытывая ужас при виде несомненной радости Мэрилин, нашедшей зловещую игрушку. Дотрагиваться до кольца Ли не хотела, но и оставить его на полу не могла. Схватив, она затолкала его в карман джинсов и пошла к двери.

Когда она вышла из темной комнаты, в лицо ей брызнула фотовспышка. Ослепшая Ли попятилась. Щелканье переключаемого затвора камеры показалось ей автоматной очередью. Отсчитывая кадры, перед глазами у нее рвались белые бомбы фотовспышек.

– Кто это?! – крикнула она, прикрывая рукой глаза. Слепящий свет проходил сквозь ладони, как рентгеновские лучи. Ли наткнулась на что то твердое, затем, ища защиты, отвернулась к стене.

– Поверни голову, малышка. Вот так! Улыбнись.

– Ник? – прокричала Ли. Обернуться она не могла. Свет был слишком ярким, но голос его она слышала. – Ник, что ты делаешь? – всхлипнула она.

Она стала продвигаться вдоль стены, пытаясь спастись от взрывов света. Затвор клацал не переставая, и слышался жуткий скрежещущий звук, словно не на той скорости проигрывали магнитофонную запись. Как будто хохотали демоны.

– Ты красавица, малышка! Ты просто сногсшибательно хороша.

Голос принадлежал Нику, но что это он делал? Он узнал, что она нашла кольцо, и теперь собирается ее убить?

– Пожалуйста, Ник, не надо!

Он наступал на нее, камера сверкала, и Ли попыталась было бежать, но до двери добраться не могла, он стоял там, преграждая ей путь. Тогда она развернулась и не глядя бросилась к зеркалам.

Ее ужас отразился в миллионе поверхностей, полетев во все стороны. Она видела себя – мечущуюся, в безумии бегающую кругами, налетающую на собственное отражение и отскакивающую назад. И каждый раз, когда она поворачивала голову, сотни голов вокруг повторяли ее движение. Растерявшись, Ли замерла, желая остановить жуткую карусель.

Но это ей не удалось. Малейшее движение, отражаясь, повторялось и повторялось, и этому не было конца. Она заблудилась в море отражений. Выхода отсюда не было. Где то среди всех этих зеркал сверкнула вспышка, и у Ли все поплыло перед глазами, как будто она наблюдала цепную реакцию фотовспышек. Каждая зеркальная поверхность зажглась, побежали белые изломанные лучи, словно электрическая гроза.

– Вот так, замри, сука! Делай, как я говорю, или ты умрешь… умрешь… умрешь… умрешь…

Его угроза грохотала у нее в ушах, отражаясь от стен студии. Ли, защищаясь, вскинула руки. Это Ник! Он хочет ее убить! Его серебристые солнцезащитные очки сверкали во всех зеркалах. Красная бандана, трепеща алым пламенем, надвигалась на нее.

Ли повернулась, ища пути к спасению. Зажегся мощный прожектор, потом другой, потом еще один. Всего один осветительный прибор превратился в бесконечную ленту света, и студия взорвалась кошмарным фейерверком. От света резало в глазах, едкая аммиачная вонь ударила в нос, но Ли отчаянно пыталась найти Ника. Казалось, он надвигался на нее со всех сторон. Его красная бандана и серебристые очки были повсюду.

И он держал револьвер!

– Нет! Ник… нет! – дико закричала Ли.

Оружие сияло во всех освещенных поверхностях. Она видела тусклый блеск холодного металла, гладкий круглый ствол, деревянную рукоятку в скрытой под перчаткой руке. Описав сверкающую дугу, револьвер нацелился на нее. Застыв на месте, Ли смотрела на дула миллионов револьверов, смотрела в немигающий глаз своей жизни и смерти.

– Это было весело, – с тихой издевкой прозвучал голос Ника. – Ты не думай, я здорово повеселился.

Металлический щелчок сказал ей, что пуля вошла в барабан револьвера.

В отчаянной попытке спрятаться от зеркал Ли присела. Если она будет смотреть вниз, она отсюда выберется. Если она ничего не видит, то он, должно быть, тоже ослеплен этим светом!

Грубый деревянный пол обжигал кожу, царапая ладони и колени, но она упрямо искала путь, которым пришла сюда позавчера ночью, искала дверь в кладовку. Ее отчаянная попытка спастись оказалась безуспешной – в спешке Ли толкнула одно из зеркал. Оно с грохотом упало на пол и разлетелось вдребезги, Ли наткнулась на что то прочное, на мужские ноги.

Она ударила его так сильно, что он пошатнулся.

Его голос сорвался до резкого крика, обрушившегося на нее со всех сторон:

– Тебе конец! Тебе конец! Тебе конец!

Он бросился к ней, и Ли схватила первое, что подвернулось ей под руку, – маленький табурет на колесиках. И с силой запустила им в Ника. Тот упал навзничь, и револьвер, описав огромный полукруг, ударился об пол. Ли пристально следила за его падением, стараясь, чтобы зеркала не сбили ее с толку. Он налетел на металлическую опору и рикошетом отскочил прямо к ней.

– Ли! Где ты? Ли?

Ли схватила револьвер и в шоке развернулась. Это был голос Ника, но он шел совсем с другой стороны. Ее недоуменное лицо взглянуло на нее со всех сторон, под разными углами, искаженное. Она снова безнадежно заблудилась среди зеркал, потеряв ориентацию.

Красная бандана и серебряные очки смотрели на нее из каждого зеркала, с каждой поверхности, но там появилось еще одно лицо. Лицо Ника, черные волосы развеваются, голубые глаза горят безумным огнем. Это был другой образ, но оба мужчины, казалось, беспрерывно поворачиваются и вспыхивают в темноте. Ли не могла отличить одного от другого.

– Сука! – прорычал кто то.