Песнь сауриалов - Кейт Новак

— А после долин — Эльфийский Лес? Кормир? Путеводец, ты можешь перенести все Королевства в безопасное место?

Слезы потекли по щекам Элии, она начала кричать.

— Акабар внутри этой твари, и это из-за тебя. Если бы ты воспользовался парастихийным льдом из твоего глупого камня, чтобы уложить сауриалов в спячку, Акабару не пришлось бы и близко подходить к этой куче. Он был бы с нами, а сауриалы в безопасности. Но твой камень важнее людей. Ты никогда не любил никого, кроме себя. Теперь у тебя есть твое драгоценное бессмертие и волшебный камень, зачем тебе помогать нам? Мы не нужны тебе. Мы ничего для тебя не значим.

— Элия, — прошептал Путеводец, — это не правда. Я люблю тебя всем сердцем.

— Нет, не любишь, — заявила Элия. — Ты не понимаешь самого главного.

Путеводец замолчал. Он был слишком смущен, чтобы спорить дальше. Все, сказанное Элией, было правдой, кроме одного. Он любил ее, и даже мог признать, что был не прав.

— Извини, — сказал он. — Ты права. Я должен был раньше использовать камень. Сейчас слишком поздно, я понимаю, но мне очень жаль.

— Докажи это! Достань лед из камня! — запальчиво ответила Элия. — Воткни его в сердце Моандера! Заморозь его насмерть! После этого мы спасем Акабара!

— Я… не уверен, что это сработает, — уклончиво сказал Путеводец.

— Это может сработать, — торопливо перебил Грифт, — если мы сможем прикрепить парастихийный лед к чему-нибудь, что сможет выдержать такой холод… возможно, к волшебному оружию или посоху.

Дракон взял у Элии свой меч и предложил его магу рукоятью вперед.

— Парастихийный лед и волшебный огненный меч? — с сомнением произнес Грифт. — Я бы такого не советовал.

Путеводец посмотрел, на заплаканное лицо Элии. Теперь он понимал, что она чувствовала, когда он бранил ее за то, что она изменяла его песни. Путеводец боролся с неудержимым желанием заставить ее вновь улыбаться. В конце концов, он проиграл эту борьбу. Он вытащил свой кинжал.

— Это принадлежало моему деду, — сказал он, — Он имеет силу против злых созданий.

— Это замечательно, — сказал Грифт. — Теперь мы сломаем камень, чтобы достать лед? — спросил он.

— Ты можешь подвесить его в воздухе? — спросил Бард, протягивая путеводный камень.

Кивнув, Грифт вытащил из кармана халата маленькую золотую проволочку.

Когда он сосредоточился на концентрации волшебной силы, пещеру наполнил запах скошенного сена.

— Поднимись, — сказал он, изогнул проволочку в форме лопаты и поднял ее.

Проволочка засветилась и исчезла, волшебный камень Путеводца поднялся из рук Барда.

Снаружи донесся треск деревьев — Моандер прокладывал себе путь сквозь лес к пещере, поглощая деревья.

Путеводец толкнул волшебный камень кончиком кинжала, чтобы тот принял вертикальное положение.

— Оливия, — спокойно сказал певец, — мне нужны твои твердые руки хафлинга и твой сладкий голос. Ты все еще носишь кольцо, которое я дал тебе?

— Да, — ответила Оливия. — Ты хочешь его обратно?

— Нет. Я хочу, чтобы ты носила его для защиты. Возьми еще вот это, чтобы уберечься от холода. — Бард снял с пальца второе кольцо и надел его на палец Оливии рядом с тем, что дал ей раньше. Он посмотрел на Элию.

— Мне нужно, чтобы ты взяла высокое до, — сказал он, — по моему сигналу.

Держи, пока я не сделаю знак остановиться.

Элия кивнула.

— Оливия, ты высокое соль и держи.

Путеводец подал знак обеим женщинам, чтобы они начинали. Когда их голоса сплелись в аккорд, бард пропел несколько случайных атональных звуков. Затем он сделал знак замолчать. Он ткнул кинжалом в путеводный камень, и крохотная трещина появилась в середине камня вдоль его граней.

Доносившийся снаружи звук падающих деревьев и грохот камней стал таким громким, что путешественникам пришлось кричать, чтобы было слышно. Теперь они ясно могли слышать нестройный хор, повторяющий имя Моандера. Дракон подошел к выходу, чтобы следить за приближением божества.

Протянув свой кинжал Оливии, Путеводец приказал ей:

— Держи клинок горизонтально.

Хафлинг взяла кинжал обеими руками. Бард снял верх путеводного камня с его нижней части. Немедленно пещеру наполнил ужасный холод, от дыхания пошел пар.

Капельки воды на стенах замерзли, папоротники посерели, ласточки в гнездах в трещинах тревожно защебетали. Руки Элии посинели, она начала неудержимо дрожать. Грифт подошел к выходу из пещеры, где воздух был теплее. Защищенная кольцом Путеводца, Оливия не чувствовала холода. Путеводец просто не обращал на него внимания.

— Элия, возьми это, — сказал он, протягивая ей верх камня.

Элия осторожно взяла кусок кристалла. Она ожидала, что он тоже холоден, но он был теплым, как рука Путеводца.

Из середины нижней части, как булавка из подушечки, торчала ледяная игла.

Путеводец подставил руки под камень и приказал Грифту снять с него действие заклинания.

— Сделано, — ответил от входа маг.

Путеводец опустился на колени перед Оливией. Он выдохнул на кончик кинжала, чтобы тот запотел.

— А теперь осторожней, девочка Оливия, — сказал он и наклонил камень, чтобы кончик ледяной иглы прикоснулся к желобку кинжала. Когда он убрал камень, игла упала в канавку, кончик иглы висел над концом клинка. Путеводец снова дохнул на клинок, чтобы игла парастихийного льда примерзла к кинжалу.

Путеводец поднялся и подбросил низ камня на ладони. — В этом куске должно остаться достаточно энергии, чтобы осветить мне дорогу к Акабару, — объяснил он Элии. — Если мне удастся уничтожить Моандера, но я не смогу выбраться из кучи, ты должна попробовать найти волшебника при помощи верхней половины камня.

— А ты можешь снова соединить половины? — спросила Элия.

Путеводец покачал головой.

— Никогда, — сказал он.

Внезапно Элия поняла, что бессмертие Путеводца не сможет уберечь его от смерти от рук божества. Он может никогда не вернуться к ней. Она просила его пожертвовать камнем, но не хотела, чтобы, он жертвовал жизнью.

— Позволь мне взять кинжал, — сказала воительница. — Моандер мой враг настолько, насколько и враг любого.

Путеводец покачал головой.

— Нет. Это мое дело, — твердо сказал он.

Стены и пол пещеры начали дрожать от приближения Моандера. Ласточки в пещере начали покидать свои гнезда и вылетать наружу.

— Оливия, осторожно опусти кинжал, — приказал Путеводец. — Теперь я попрошу назад мое кольцо сопротивления холоду. Оставь себе кольцо защиты. Такой неосторожной, как ты, оно пригодится.

Оливия положила кинжал среди замерзших папоротников. Путеводец взял свое кольцо защиты от холода и надел его на палец. Оливия торопливо отстегнула серебряный значок арферов, который дал ей Путеводец. Когда Бард наклонился, чтобы поднять кинжал, Оливия пристегнула значок к его тунике и сказала: