No pasaran! Они не пройдут! Воспоминания испанского летчика-истребителя - Франсиско Мероньо Пельисер

Строй немецких самолетов поломался. Фашистские летчики второпях начали сбрасывать бомбы. Хосе подозвал по радио своего ведомого, и они вновь бросились в атаку...

АНТОНИО КАНО

Находясь в госпитале в Москве, мы с Хосе получали письма от однополчан с Курской дуги. В них рассказывалось и о нашем общем друге Антонио Гарсиа Кано. Он воевал против фашистов еще в республиканской Испании и был неплохим летчиком-истребите-лем. До битвы на Курской дуге он участвовал в боях под Москвой и Сталинградом. Вместе со своими советскими товарищами он служил в частях ПВО. Их истребители базировались недалеко от Курска на аэродроме Уразово: в их задачу входило прикрывать от воздушных атак железнодорожные узлы и перегоны Касторное — Старый Оскол — Новый Оскол — Валуйки. Особенно тщательно они должны были прикрывать крупный узел Валуйки.

За несколько месяцев до битвы на Курской дуге у Антонио Кано и его ведомого Виктора Чуприкова произошел не совсем обычный бой, в результате которого им досталась совсем уж необычная добыча. За этот бой они получили благодарность от Героя Советского Союза генерал-лейтенанта А.В. Евсеева.

Утром 12 октября 1942 года Антонио Кано и его ведомый были дежурной парой на своем аэродроме в Уразово. По сигналу ракеты они взлетели. Над их аэродромом плыли редкие облака, поэтому немецкий самолет-разведчик «Хейнкель»34, попытавшись уйти в облака, не смог спрятаться и вынужден был принять бой. Несколько атак Антонио Кано и его ведомого Виктора Чуприкова не увенчались успехом. Немецкий самолет ожесточенно отстреливался. Как они узнали позже, это был специально оборудованный само-

лет-разведчик с бронированными моторами и бензобаками. Защитное бронестекло было настолько толстым, что очереди наших истребителей никак не могли его пробить. На самолете было несколько фотоаппаратов. Его экипаж состоял из четырех человек — старших офицеров немецкой разведки. Двое из них имели по два Железных креста, а штурман — крест за участие в боях в Испании в 1936—1939 годах. Немецкий самолет возвращался с маршрута глубокой разведки по маршруту Полтава — Орел — Калуга — Москва — Владимир — Горький — Саранск — Пенза — Саратов — Воронеж.

Летчику, сидевшему за штурвалом разведчика, никак не удавалось уйти от вертких советских истребителей. К этому времени двое из экипажа «Хейнкеля» получили ранения в ноги: бронированное стекло прикрывало их не целиком. Тогда пилот решил прорваться на свою сторону на бреющем полете. Кано вовремя разгадал маневр фашиста. Дав команду своему напарнику поддержать его огнем, Кано начал прижимать противника к земле, вынуждая его сделать посадку. Они раз за разом прицельно били по немецкому самолету, но тот, рыская, все шел вперед. Все же прорваться через линию фронта фашистскому самолету не удалось: он совершил вынужденную, посадку. Кано сделал над ним круг, заметив место, и вернулся на свой аэродром. Оттуда он на У-2 полетел с двумя бойцами к месту посадки немецкого самолета.

Подлетая, Кано чуть отклонился в сторону, чтобы не попасть под вероятный огонь турельного пулемета, но тот молчал. Кано посадил свой самолет в стороне и вместе с бойцами побежал к немецкому самолету-разведчику. Однако там никого не оказалось, а на земле были видны следы крови. Пошли по следам, просматривая все складки местности: следы вывели на бугор, затем спустились с него, и метров через двести привели к плетню, за которым находились хата, да полуразвалившаяся баня на отшибе. Вскоре выяснилось, что двое раненых засели в бане (сопротивления они не оказали), а остальные сумели уйти в сторону фронта.

Раненые немцы отказались садиться в У-2, который они назвали «рус фанер». Кано немецкого языка не знал и сказал немцу-штурману несколько фраз по-французски, вставляя при этом в свою речь испанские слова. Лежавший на земле немец насторожился и переспросил:

— Вас? Вас? — А потом сразу затих и, будто что-то вспомнив, сказал, мешая немецкие слова с испанскими: — Ту ист эспаньоль?

Разговор становился интересным, и один из бойцов попросил Кано:

— Ты нам переведи, чего он лопочет.

Кано наклонился к немцу и увидел у него на груди значок, каким гитлеровцы награждали своих летчиков, воевавших в Испании в фашистском авиасоединении «Кондор».

— Этот сукин сын воевал в Испании, — объяснил Кано, показывая на значок. — Может, нам даже приходилось там встречаться с ним в воздухе... Они тогда не очень любили вступать в бой с нашими истребителями, а больше обстреливали мирные села да дороги, по которым шли беженцы...

Подтвердив, что он испанец, Кано с бойцами прикрутил начавших вырываться немцев к сиденью У-2 веревкой. Тех очень обеспокоили слова одного из бойцов: «Капут немец, капут! Воевал в Испании, а потом полез в Россию? Вот и подавился русской землей! И Гитлеру будет капут!»

...Во время Курской битвы заместитель командира

эскадрильи Антонио Кано вместе с летчиками своей части прикрывал железнодорожные узлы, где скапливались эшелоны с боевой техникой и личным составом. Утром 6 июля 1943 года четверка их «яков» по тревоге вылетела на железнодорожный узел Валуйки для отражения атаки вражеских бомбардировщиков. На этот раз ведомым у Кано был младший лейтенант Т. Шевченко. Они поднялись на 4500 метров и на западе на высоте 4000 метров увидели группу вражеских бомбардировщиков. Антонио сообщил об этом на КП и вместе с ведомым атаковал гитлеровцев. Другая пара «яков» связала боем немецкие истребители Me-109. Но за первой группой бомбардировщиков появилась вторая. В налете участвовало до пятидесяти Хе-111 и Ю-88. Летчики фашистских бомбардировщиков, видимо, не ожидали атаки от двух советских истребителей — или, возможно, приняли их за свои самолеты, вызванные для прикрытия первой группы бомбардировщиков. Антонио и его ведомый, используя преимущество в высоте, предприняли несколько атак на бомбардировщики врага, поливая их огнем пушек и пулеметов. В этом бою были сбиты четыре вражеских самолета. Противник вынужден был прекратить прицельное бомбометание и, беспорядочно сбросив бомбы, стал удирать.

КАПИТАН АНТОНИО АРИАС

С северо-запада, из Скандинавии, дул резкий ветер. По небу, прижимаясь к земле, ползли свинцовые тучи, оставляя большие хлопья снега на вершинах высоких сосен. Эти хлопья подхватывал ветер, крутил в воздухе и бросал на самолеты, возле которых находились дежурные летчики. Почти ничего не было видно. Механики, надвинув шапки-ушанки и подняв воротники,

ходили возле самолетов и то и дело счищали с машин снег, а там, где образовался лед, они сбивали его длинными круглыми кусками резины.

В это время года погода резко менялась: осень встречалась с зимой, уступая ей свои позиции. С каждым днем становилось холоднее, однако